К-19. Рождающая мифы - Владимир Ильич Бондарчук
В трагические страницы истории аварийной К-19 радисты добавили свои. Но, в отличие от механиков, они сумели самостоятельно выйти из создавшегося критического положения. В общем хоре восторженных рассказов о монтаже нештатной системы проливки реактора никто и слова благодарности не проронил в адрес связистов. А ведь они тоже воспользовались нештатной системой, только связи. И с честью справились с возложенными на них обязанностями. При этом на общем фоне хвалебных воспоминаний большинства членов первого экипажа К-19 они оказались удивительно скромными людьми. Сейчас уместно вспомнить их имена. О командире БЧ-4 старшем лейтенанте Р.А. Лермонтове уже упоминалось. Старшиной команды радиотелеграфистов был мичман Корнюшкин Николай Иванович из Брянска. Командир отделения радиотелеграфистов старшина 2 статьи Питель Юрий Алексеевич, умер 30.12.2003 года в Полтаве. Радиотелеграфист старшина 2 статьи Шерпилов Виктор Михайлович.
В настоящее время существует утверждение, что проблема со связью была связана с поврежденным изолятором антенны «Ива». А командир связистов Р.А. Лермонтов считает, что в передатчике «Искра» был блуждающий дефект, который и сыграл свою роковую роль в тот день — 4 июля 1961 года.
Некоторые авторы, пишущие о К-19, встречу ее с дизельной лодкой объясняют удачным маневром Затеева, который направил К-19 в район, где находились дизельные лодки. В действительности, ко времени подхода дизельной лодки К-19 уже давно лежала в дрейфе. Встреча с дизельной лодкой — это не счастливая случайность, а счастливое совпадение двух нарушений существующих правил. Одно нарушение совершили радисты К-19, нарушив Правила связи. Второе нарушение совершил командир С-270, самостоятельно покинув развернутую завесу лодок. Как шутливо объясняет свой поступок командир С-270 Жан Свербилов, сделал он это в силу своей врожденной недисциплинированности. Радиограмму К-19 приняли еще несколько лодок, но только Свербилов самостоятельно пошел на помощь К-19. В 19 часов 4 июля к борту К-19 подошла дизельная лодка С-159 под командованием капитана 3 ранга Г. Вассера. В 3 часа уже 5 июля подошла присланная командованием флота дизельная лодка С-268 под командованием капитан-лейтенанта Г. Нефедова. Она взяла под охрану оставленную экипажем К-19.
Военный «совет в Филях» у острова Ян-Майен
«..Прямо на пульте управления реактором собираю Совет в Филях». С трудом набиваемся в тесную гермовыгородку — отсек в отсеке. Нас девять человек, девять инженеров, девять голов… Должны же что-нибудь придумать. Оптимальный вариант нашел лейтенант-инженер Юрий Филин. Филин предложил подсоединить напорный трубопровод подпиточного насоса к трубопроводу системы воздухоудаления из реактора. Это позволяло подать воду прямо в активную зону. Блестящая идея!»
Так командир лодки Н. Затеев поделился своими воспоминаниями о выработке способа борьбы с течью 1-го контура реактора правого борта. В его воспоминания необходимо внести существенную поправку: на совещании присутствовало не девять инженеров, а восемь, девятым был «флотоводец» — командир лодки. А это весьма существенно. Не командирское это дело — руководить электромеханической боевой частью. Для этого есть командир БЧ-5, подменять которого командиром лодки не только не этично, но и пагубно. Командирское дело — утвердить принятое решение или не утвердить. А то получается, будто и не было в БЧ-5 начальников, способных самостоятельно выработать решение по борьбе с аварией.
Как проходил «военный совет», каков был порядок обсуждения ситуации — неизвестно. Но так как инженеры собрались обсуждать технический вопрос, то можно по этому поводу немного пофантазировать.
Первым должен сделать доклад вахтенный КГДУ правого борта Ю. Ерастов, как непосредственный исполнитель первоначальных действий. Его доклад должен быть примерно такого содержания.
В 4.15 прибор давления в 1-м контуре на пульте управления ГЭУ показал «0». Кнопкой сброса была сброшена аварийная защита. Одновременно с падением давления прибор, показывающий расход по 1-му контуру тоже показал «0». Запросил 8-й отсек о нагрузке на электродвигателе ГЦН. Нагрузка соответствует нормальной работе насоса. Вахтенному спецтрюмному реакторного отсека приказал отсечь ресиверные баллоны системы ГВД и доложить показание отсечного прибора на 1-м контуре. Показание манометра было 93 кгс/см2. Приказал пустить подпиточный насос на подпитку 1-го контура. Через несколько минут работы насоса манометр на его напоре показал примерно 90 кгс/см2, наблюдается тенденция к снижению давления подпитрчной воды.
После доклада Ю. Ерастова все взоры присутствующих должны обратиться к специалистам по контрольно-измерительным приборам — «киповцам»: командирам групп контрольно-измерительных приборов и автоматики (КИПиА). Их силы были представлены старшими лейтенантами Н.П. Волковым, Н.Н. Михайловским, И.Г. Зеленцовым.
В то время киповцы на атомной лодке были баловнями судьбы. В подчинении никого, их даже командирами отсеков не назначали, дефицитом времени не страдали. Работой по специальности заняты в основном после остановки ГЭУ. При работающей ГЭУ они находятся в режиме «на подхвате». И вот наступил их звездный час. Необходимо отчитаться за свой участок работы — выполнить первейшую заповедь инженера-эксплуатационника: удостовериться в правдивости показания приборов.
Первое, что должно было попасть в зону их внимания и компетенции — по какой причине приборы давления и расхода одновременно показали «0». Приборы электронные, а это значит, что имеются датчики, которые вырабатывают электрический сигнал, поступающий на показывающий прибор. Где эти датчики, какая связь между ними, почему их показания одновременно вышли на «0»?
Второе, с чем должны были киповцы определиться — какой прибор дает истинные показания: электронный на пульте ГЭУ или манометр в отсеке. Электронный прибор тем хорош, что он оставляет воспоминания о своей работе. По линии самописца можно определить в любой момент поведение той физической величины, которой он служит. В роковой момент оба самописца прочертили вертикальную линию от номинала до «0». В природе так не бывает, чтобы в одно мгновение снять давление в 200 кгс/см2 с такой емкости, как реактор, даже если от него оторвало бы трубу Ду85. Киповцы не утрудили себя анализом показаний приборов — пультового электронного и механического отсечного.
Взяв за основу показание электронного прибора пульта ГЭУ, определили характер
