Зимняя бегония. Том 3 - Шуй Жу Тянь-Эр
Тот смотрел в окно и вспоминал Пинъян, главнокомандующего Чжана и командующего Цао. Все это он уже видел: раздастся грохот артиллерии – значит, матушка с батюшкой зря тебя растили, какой бы толщины ни были городские стены, их испещрят огромные дыры, а люди за ними обратятся в пепел.
Шан Сижуй медленно повернул голову и в оцепенении выговорил:
– Пришла война.
Глава 7
Чэн Фэнтай вернулся, когда уже близился полдень. Вид у него был изнуренный до крайности. Он снял летнюю шляпу, испустил долгий тоскливый вздох и выпил стакан холодного пива, чтобы остудить встревоженный разум. Шан Сижуй присел на чайный столик напротив и уставился на него. Только Чэн Фэнтай собрался что-то сказать, как увидел мамушку Чжао, кормилицу и Сяо Лай – старуха, женщина и девушка с Фэнъи на руках, опрятно одетые и с гладко зачесанными волосами, собранными в пучок, каждая тащила за собой несколько больших узлов с вещами.
Чэн Фэнтай в изумлении спросил:
– Вы чего это задумали?
Мамушка Чжао ответила:
– Это Шан-лаобань предложил. Если солдаты войдут в город, мы, женщины, далеко не убежим. Лучше уж запереться в подвале, продержаться несколько дней на лепешках, переждать, пока все не кончится. – Мамушка Чжао похлопала по узлу: – Вот, это я всю ночь жарила лепешки да яйца варила.
Чэн Фэнтай взглянул на Шан Сижуя:
– А у тебя опыт имеется.
Шан Сижуй вскинул подбородок:
– А то! Молодой господин исходил больше мостов, чем ты дорог.
Чэн Фэнтай улыбнулся и обратился к женщинам:
– Вы успокойтесь, здесь поблизости посольская улица, пусть даже начнутся бои, досюда они не дойдут. – Он ухватил Шан Сижуя за руку и сказал: – А ты иди за мной.
В спальне Чэн Фэнтай сел на кровать и закурил. Волосы его растрепались, из-за табачного дыма он сильно щурился, от него веяло печалью и унынием. Всю ночь он мотался без передышки, ни рисинки, ни капельки воды себе в рот не положил. Мамушка Чжао принесла ему миску с лапшой, и, набросившись на еду, Чэн Фэнтай попросил Шан Сижуя закрыть дверь в спальню, а затем рассказал ему о том, что происходило этой ночью.
Когда Чэн Фэнтай прибыл в особняк командующего Цао, у главного входа уже стояло три или четыре автомобиля. Особняк окружало больше сотни солдат при боевом оружии, готовые встретить врага. Сразу было понятно, что пришла беда. Меж бровей Чэн Фэнтая залегла складка, он в задумчивости глядел на солдат. К нему подбежал адъютант и пригласил внутрь:
– Второй господин Чэн, входите скорее, командующий с супругой вас уже заждались!
Чэн Фэнтай в три шага поднялся по ступенькам, адъютант распахнул перед ним двери и объявил о его прибытии хозяевам. Вот что странно – лампы в доме приглушили, слуг нигде не было видно. Чэн Мэйсинь нанесла густой макияж: губы накрасила ярко-красным, брови тонко подвела, надела тонкое, изящно отделанное ципао и полный комплект украшений. Двоих барчуков нарядили в западные костюмы с бабочками, вся семья выглядела так, будто собралась в фотоателье делать общую фотографию. На самом деле они прощались с командующим Цао.
Дослушав до этого места, Шан Сижуй с умным видом заявил:
– Командующий Цао наверняка покидает город, чтобы встретить врага! Раз так, бояться нам на сей раз нечего!
Чэн Фэнтай замер с палочками в руках, помолчал немного и, доев последнюю лапшинку, сказал:
– Будь это правда, вот было бы славно!
Дабы усыпить бдительность нанкинского правительства, основные силы командующий Цао держал далеко от центра, на границе провинций Шаньдун и Цзянсу, командование ими он отдал Цао Гуйсю, а сам, сказавшись больным, сидел в Бэйпине. Если японская сторона и правда начала действовать, за сохранность Бэйпина поручиться нельзя, и ему, генералу без армии, оставалось только бежать под покровом ночи. В военной среде такое встречается сплошь и рядом. Но до вчерашнего дня Чэн Фэнтай и не подозревал, что, оказывается, командующий мог контактировать с японцами. Насколько тесно они были связаны, сказать трудно, но одно лишь то, что командующий Цао оставляет жену с детьми в Бэйпине, уже пугало.
Когда Чэн Фэнтай услышал, что зять собирается оставить его сестру и бежать, он переменился в лице и собрался что-то возразить. Командующий Цао опередил его, схватил за руку и притянул к себе, похлопал по спине и по плечам – попрощался тем задушевным жестом, что принят среди мужчин.
Командующий Цао тихонько сказал Чэн Фэнтаю на ухо:
– Здесь опасно разговаривать, не задавай лишних вопросов. – А затем обхватил его за плечи, встряхнул разок и во весь голос прогремел: – Сяо Фэн-эр, твою старшую сестру и племянников я перепоручаю тебе. Случись что, ты один за всех в ответе!
Чэн Фэнтай ничего не ответил. Потрясенный, он обернулся к Чэн Мэйсинь. Та оставалась невозмутимой, ни следа волнения на лице, держалась она уверенно и с достоинством. На руки командующий Цао натянул белоснежные перчатки, указательным пальцем он погрозил Чэн Фэнтаю:
– Запомни крепко-накрепко: с началом войны дешевле всего и дороже всего будет стоить человеческая жизнь. Нет необходимости умирать за то крохотное состояние, что ты сколотил за эти годы, бегая, словно лоточник, по всей стране, самое важное – защитить свою жизнь и жизни родных! Придется распродать все – не вздумай жалеть! Не зацикливайся на деньгах!
Чэн Фэнтай невольно выпрямился и кивнул:
– Пусть зять будет спокоен, то, что жизнь превыше состояния, я прекрасно понимаю.
Командующий Цао хотел еще что-то ему поручить, но под давлением обстоятельств вдаваться в подробности не мог. Да и в коротком его напутствии уже таился глубокий смысл, который, впрочем, Чэн Фэнтай не успел постичь. Адъютант их поторопил, и командующий Цао вручил Чэн Фэнтаю ключ от кабинета и код от сейфа, наказав тому этой же ночью «заняться делом». Чэн Фэнтай понял его без лишних слов. Командующий Цао прижал козырек, тяжелым взглядом обвел Чэн Мэйсинь с детьми, развернулся и вышел. Чэн Мэйсинь с сыновьями, храня молчание, проследовал за ним. Они проводили командующего Цао до машины, завелся мотор, и та медленно тронулась с места. Вдруг Чэн Мэйсинь бросилась вперед и безрассудно просунула руку в окно автомобиля, пытаясь нашарить командующего Цао. Он протянул ей руку в ответ и крепко схватил ее за ладонь – всего на мгновение, автомобиль так и не остановился, а продолжил ехать вперед. Чэн
