Ведьма - Василиса Мельницкая
— Не понимаю, о чем вы… — пробормотала я.
Какая же я дура! Не подумать о том, что ведьмак явится к Верховной Ведьме! И все бы ничего, но если баронесса — бабушка Разумовского…
Ладно, дело сделано. Мы узнали, кто убил Павла. Теперь ведьмак и баронесса могут орать, стучать ногами, наказывать, докладывать князю, а я все равно вытащу Матвея из тюрьмы. Жаль, что ребята пострадают из-за моей глупости. Разве что о Венечке ведьмак не знает. Достанется только мне и Мишке. Да еще Саве, за пособничество.
— Вениамин Головин и помогал, — сказала баронесса. — Они там в малом ковене эксперименты с мертвым миром ставили. Наверняка, мать привлекала его к ритуалу. Яра? Чего молчишь?
А, нет. И о Венечке знают. И Глафира соучастницей пойдет, хотя ее в морге не было.
— Что вы хотите услышать? — спросила я. — Извинения? Их не будет. Защищая брата, я делала то, что считала нужным. Я одна несу за все ответственность.
— Меня интересует, как вы выжили, — сказал Тимофей Иванович. — Без знаний, без опыта, без мозгов. Мертвяка вы призвали, факт. Почему он вас не сожрал?
— Сыт был, — ответила я.
— Дерзкая, — удовлетворенно произнес Тимофей Иванович. — Лея, кого-то она мне напоминает…
Баронесса — Лея? О, так они с ведьмаком старые приятели. Неудивительно, что он сообщил ей о двух «олухах», собирающихся допросить мертвеца.
А баронесса вдруг… расцвела. Плечи расправила. Легкая улыбка тронула ее губы. Молодость вспомнила? Когда юный ведьмак Тимоша…
Так, стоп! Не о том я думаю. Ой, не о том!
— Яра, ты неправильно меня поняла, — сказала баронесса, смягчаясь. — Мы не хотим обсуждать законность твоих… ваших действий. Это неправильно, но и мы с Тимофеем Ивановичем были молодыми. — Она взглянула на ведьмака с едва уловимой теплотой. — Матвей — твой брат по крови, и твое желание оправдать его понятно. Но ты рисковала жизнью, и не только своей. Ваш поступок… столь безрассуден… — Она тщательно подбирала слова, но махнула рукой и выпалила: — Да я сама готова выдрать вас всех, как маленьких! Это так безответственно! Я велела тебе приехать, чтобы не допустить непоправимого! А ты не послушалась!
— Алевтина Генриховна, позвольте задать вопрос, — попросила я.
Она кивнула.
— Так вы знали… то есть, предполагали, что ночью мы… э-э-э… я…
— Я предположил, — вмешался Тимофей Иванович. — Ты меня заинтересовала, и я составил карту твоей судьбы.
— Это не предсказание, — добавила баронесса. — Что-то вроде гадания, с возможными вариантами развития событий.
— В одном из вариантов ясно читалась твоя смерть. Поэтому я приехал сюда, чтобы предупредить. Но, увы… Так и не расскажешь, как вы удержали мертвеца в круге? Мальчишек спросить?
— Они не знают, — ответила я. — Они ее не видели.
— Кого? — чуть ли ни хором спросили ведьмак и баронесса.
— Смерть.
Не знаю, почему я сказала правду. Интуиция подсказала? Наверное. Если кто и поверит в то, что нам помогла сама Смерть, то только ведьмак. А еще… Неважно, родственники или нет баронесса и князь Разумовский. Если бы она помогала князю, то сообщила бы ему о том, что узнал ведьмак. И нас ждали бы в морге. Да, баронесса пыталась меня остановить, но простым и доступным ей способом, без привлечения властей. Я еще толком не поняла, что это означает, но дышать стало легче.
Я не назвала имени Мары. Богиня смерти, сама Смерть… Какая разница? Женщина в черном удержала мертвеца, вот и всё.
— Всё? — не поверил ведьмак. — И она ничего не попросила взамен?
— Ругалась она, сильно. И сказала, что когда-нибудь заберет у меня что-нибудь ценное.
— Жизнь⁈ — воскликнула баронесса.
— Навряд ли, — вздохнула я. — Она могла забрать мою жизнь прошлой ночью. Скорее всего, какую-то из моих способностей. Ведьма и эспер одновременно… наверное, это слишком много.
Вроде бы вышло складно.
— Это может быть что угодно, — заметил Тимофей Иванович, постукивая пальцем по подлокотнику кресла. — Ты не боишься?
— Я испугалась, когда дух чуть не сожрал Мишку, — призналась я. — Пусть лучше так.
Баронесса и ведьмак переглянулись. Подозреваю, что в картах судьбы Тимофей Иванович прочел нечто, соответствующее моему рассказу.
— Можешь позвать сюда Михаила? — попросил Тимофей Иванович. — Он сейчас где?
— Дома, — ответила я. — Не позову. Не хочу, чтобы вы его побили.
— Надо бы выпороть твоего дружка, надо бы, — фыркнул он, разминая кисти рук. — Но могу пообещать, что пальцем его не трону. И приказа такого не отдам. Мне нужно с ним поговорить. И с Вениамином тоже. Он ведь здесь?
— Здесь, — поморщилась баронесса. — Разговаривайте в библиотеке. Яра, пойдем в гостиную. Познакомь меня с братом и позови Глашу. И позвони Мише, из гостевого дома.
— Глаша с нами не ходила, — поспешно сказала я. — Она дома у Мишки ужин готовила. Она, вообще… хорошая.
— Ты знаешь, что я велела этой… хорошей… за тобой следить? — прищурилась баронесса.
— Знаю. — Я вскинула голову. — Глаша ничего мне не говорила, я сама узнала.
— Спелись, — кивнула она. — Так я и думала. Ты еще здесь? Зови брата, быстро! Жду вас в гостиной.
Она первой покинула библиотеку.
— Минутку, — остановил меня Тимофей Иванович. — Любопытно, вам мертвец сказал то, из-за чего вы его потревожили?
— Сказал, — кивнула я. — Скоро все об этом узнают.
Тут, пожалуй, не стоит торопиться с откровенными признаниями. На Лысую гору меня отправила баронесса. Совпадение ли это, мне сейчас не разобраться. Надо обсудить все с друзьями, а потом — с Александром Ивановичем. Только он поможет восстановить хронологию событий. Может, я ошибаюсь, и убийство произошло раньше, чем я попала на Лысую гору.
— Это хорошо, что сказал, — кивнул Тимофей Иванович. — А то допрашивать уже некого.
— То есть… — Я почувствовала неладное.
— А нету больше вашего мертвеца, — сказал Тимофей Иванович. — Исчез. Может, Мара с собой забрала?
Он подмигнул мне, и я почувствовала слабость в ногах.
Глава 38
— Почему мне кажется, что пропажа мертвеца напугала тебя сильнее, чем встреча с Марой? — поинтересовался Тимофей Иванович, подхватив
