Ученик чудовища - Дмитрий Геннадьевич Мазуров
— Но я вроде слышал, что кто-то смог проникнуть внутрь недавно.
— А-а-а… Да, было дело. Сам своим глазам не поверил, когда это увидел. Пара каких-то дебилов заявилась. Надо сказать, весьма обеспеченных дебилов, что весьма потратились в городе. Так вот, они, как и все прочие, стали кричать перед башней, требуя взять их в ученики. Кичились своим происхождением… Ну как обычно. Я уже даже не запоминаю, что они там кричат, всё равно бесполезно. Но тут, однако, случилось странное. Барьер будто ослаб, и они с радостными криками вошли внутрь. Правда, до сих пор не вышли… И, честно говоря, я бы поставил на то, что их крики надоели Архимагу, чем то, что он решил поговорить с ними лично… Местным-то жителям плевать. Нам он никогда ничего плохого не делал. А вот в других землях, поговаривают, его чудовищем кличут. Хм… а ты сам-то зачем к нам приехал? Гости у нас тут не частые, знаешь ли. Неужели тоже решил наведаться к башне? — настороженно прищурился старик.
— Да не. Что вы? Просто интересно. Не каждый день так близко башню Архимага увидишь. А я тут по торговым делам. Меня управляющий отправил, так как самому лень тащиться к вам было.
— Понимаю. Я сам по молодости много земель исколесил… — предался воспоминания старик, больше не рассказав ничего полезного.
Я же на следующий день отправился в сторону башни. Но не пошёл прямо к ней. Я начал с соседнего хребта, чтобы понаблюдать издалека.
Первое, что я ощутил, приблизившись — это отсутствие явной стихийной направленности. Магия, что окружала башню, казалась чем-то абсолютно нейтральным. Была абсолютная, чистейшая тишина. Как если бы кто-то вырезал кусок реальности и заменил его идеально отполированным магически инертным камнем. Сама башня при этом была настоящим шедевром. Её камни были настолько плотно покрыты вязью плетений, что они сливались в одно полотно, различить символы на котором было просто невозможно. Ни всполохов силы, ни пульсаций энергии. Просто ровное непрерывное излучение, говорящее о невероятной концентрированной мощи, находящейся в состоянии полного покоя.
Внешний барьер я разглядел не сразу. Он был не похож на броню или купол. Он напоминал… плёнку. Совершенно прозрачную, бесцветную плёнку без следа плетений снаружи. И эта плёнка будто была ослаблена. Местами она истончалась почти до невидимости. Барьер не казался слабым — он казался старым. И, возможно, не поддерживаемым с должным вниманием. Как стена, за которой давно не ухаживали.
Это было странно, но в то же время невероятно заманчиво.
Я провёл весь день, делая зарисовки в своём журнале, отмечая видимые невооружённым глазом ориентиры и изучая подходы. Прямой дороги не было. Были осыпи, скальные выступы, участки «мёртвой» земли, где не рос даже мох. А ещё в некоторых местах барьер, казалось, был максимально истощён…
К вечеру я вернулся в город, и идея, которую я гнал от себя весь день, оформилась в чёткое неотступное намерение. Я не мог поступить иначе. Если барьер настолько стар и дыряв… может просто подойти ближе? Не нарушая его целостность, а просто пройдя сквозь существующий разрыв? Как зверь, пролезающий в покинутое логово через естественную расщелину в скале.
Но была и ещё одна мысль, что не давала мне покоя. Вряд ли барьер вот так просто исчез самостоятельно. Что если Архимаг умер, и как раз из-за этого барьер и ослаб? Это открывало невероятные перспективы. Взять и заполучить себе всю библиотеку настоящего Архимага? Да, внутри башни всё равно будет крайне опасно, но от такого шанса просто невозможно отказаться.
На следующее утро я отправился снова. И на этот раз был готов идти дальше. Я двигался медленно, осторожно.
Преодоление скального подножья холма отняло несколько часов. Камень здесь был странным — слишком гладким, словно отполированным постоянным невидимым ветром магии. Зацепов было мало. Но я добрался до границы того «мёртвого» поля у самого подножия башни. Вокруг не было никого. Лишь сидящий на одной из скал чёрный ворон будто насмешливо каркнул во весь свой голос, наблюдая за мной.
Барьер висел в воздухе почти невидимый. Я выбрал место, где его свечение было самым тусклым. Подойдя вплотную, я почувствовал… ничего. Ни давления, ни отталкивания, ни холода.
Я протянул руку. Кончики пальцев коснулись плёнки. Она дрогнула, как поверхность воды, и… пропустила руку внутрь. Не было сопротивления. Было ощущение прохождения сквозь тёплую плотную слизь, которая тут же стекала, не оставляя следа. Я задержал дыхание, ожидая всплеска активности, сигнала тревоги. Ничего. Башня молчала.
Я сделал шаг внутрь. И мир изменился. Не кардинально. Звуки снаружи — крики далёких птиц, шум ветра — не исчезли, но стали приглушёнными, далёкими, как из-за толстого стекла. Воздух внутри был неподвижным, застывшим. Давление магии не возросло — оно просто стало… иным. Более цельным. Более концентрированным.
От башни меня отделяло теперь лишь открытое пространство в пятьдесят метров «мёртвой» земли. Я подошёл ближе, стараясь ступать бесшумно. Стена башни вблизи поражала своим совершенством. Но любоваться было некогда. Дверь я нашёл с западной стороны — такой же бесшовный участок стены, отличавшийся лишь едва уловимым правильным прямоугольным контуром. Ни ручки, ни замочной скважины, ни глазка.
Когда я оказался вплотную к двери, то уловил нечто. Сложнейший, многослойный узор защитных плетений, вплетённый в саму структуру камня. И в этом узоре… была аномалия. Крошечный, почти невидимый сбой. Что-то вроде заевшей шестерёнки в идеально отлаженном механизме. Возможно, последствие того же старения, что истончило внешний барьер. А может след давней забытой попытки вторжения. А может оставленное специально…
Что-то тут было не так. Это был огромный риск. Но передо мной была не просто дверь в башню. Это была дверь в иное понимание магии. Я не мог просто развернуться и уйти.
Разум кричал о возможной ловушке. Но любопытство, жгучее, всепоглощающее, шептало: «Один шаг. Только чтобы понять структуру изнутри. И сразу назад».
Я оглянулся. Кругом — лишь безжизненная земля и
