Двадцать одна изумительная сказка о феях - Селестина Даро

— Так, как это работает я, кажется, понял. Ты идешь? — кивнул Елисей Серафине и она двинулась за ним следом.

Под ногами шуршали мягкие, все еще зеленые листья и иголки. Воздух был напоен ароматами цветов и трав. Шли они с Серафиной недолго, всего минут пятнадцать, как вдруг она закричала:

— Вау! Ва-а-а-ау! Красотища! Я и не знала, что так близко от нас находятся глицинии! Это потрясающе! Удивительное место!

Елисей и сам был немало удивлен. Густые заросли глициний создали вокруг небольшой поляны уютное, защищенное от ветра пространство, занавешенное нежными сиренево-фиолетовыми цветами. Следуя интуиции, мальчик вышел в центр поляны, держа в руках сердце Фей.

— Кто потревожил меня? — По полянке тут же разлился тонкий звенящий голосок.

— Меня зовут Елисей, я пришел, чтобы получить Радужный кристалл Фей. Я хочу пройти испытание, — сообщил Фее Глицинии мальчик.

— Что ж, будь по твоему. Надеюсь, ты понимаешь, что испытания Фей опасны? Если ты пройдешь мое испытание, то получишь Фиолетовый кристалл.

— Понимаю. Но у меня нет другого выхода. Мой брат у Водяного, и он обменяет его только на ваши кристаллы, — удрученно пояснил Елисей.

Фея кивнула мальчику, сразу пошел сильный летний дождь. Елисей перестал видеть лес вокруг себя, и с ужасом почувствовал, что Финьки больше рядом нет. Дождь закончился так же внезапно, как и начался.

Теперь Елисей понял, куда исчезла новоиспеченная подруга, и испугался. Перед ним на расстоянии десяти вытянутых рук теперь виднелась огромная черная расселина в скале. Возле нее стоял огромный красивейший сиреневый дракон, чешуя которого на солнце отливала бирюзовым. Глаза и грудь дракона были золотыми. Все бы ничего, но Финька каким-то образом оказалась в расселине, прямехонько за драконом. Из его пасти вырвалось ледяное пламя, и все пространство между Елисеем и расселиной превратилось в один большой каток.

«Хочешь ее спасти?» — Мальчик услышал у себя в мыслях мягкий бархатный голос дракона. — «Тогда спой для меня песню. От всей души, чтобы мне понравилось, и я отпущу девочку».

«Может, и правда отпустит? Пою я не очень хорошо, но и сражаться с драконом мне нечем. У меня нет меча… Да и жалко его, он такой красивый…» — размышлял Елисей. А потом запел первое, что пришло на ум.

Ночь опустилась в васильки

Цветы закрыли лепестки…

Искрится в озере вода

Живое серебро — Луна…

— Стоп, стоп! Это что, колыбельная? По моему виду похоже, что я люблю колыбельные? — из ноздрей дракона повалил пар.

Елисей непроизвольно попятился.

— Ладно, ладно, я знаю ещё одну песню, тогда спою ее! — затараторил мальчик.

— Давай, и в этот раз не оплошай, услада ушей моих…

Елисей успокоил дыхание и снова запел:

Я спою о том мире, где ты не была,

О том мире, где солнце не одно, а два.

Где дважды горит рассвет, и дважды закат,

Где люди, как птицы на крыльях парят.

— Хватит, хватит! — недовольно захлопал крыльями дракон. — Эта песня мне тоже не нравится… Я бы хотела услышать что-то, что тронет струны моей души…

— Так ты не дракон, а дракониха? — удивился мальчик.

— О, наконец-то понял! — рассмеялась дракониха. — А теперь пой скорее! Пока я не передумала отпускать девчонку!

Елисей снял со спины рюкзак, прижал его к груди и опять запел:

Подскажи мне, как спасти принцессу,

Если вдруг дракон мне другом стал?

Как же милую мне вывести из леса,

Не положив его главы на пьедестал?

Елисею показалось, что дракониха наконец заслушалась, но это было обманом, и мальчик понял это. Он продолжал петь до тех пор, пока не достал из рюкзака блестящий, покрытый позолотой подстаканник. Как только он нащупал его, то тут же вытащил рывком из рюкзака и швырнул как можно дальше в сторону. Из ноздрей драконихи повалил пар, она закружилась над подстаканником. Лед растаял, Елисей тут же побежал к Серафине. Когда дракониха схватила острыми клыками подстаканник, ее охватило голубовато-синее нежное сияние. Она попыталась выпустить струю огня в сторону Елисея и Серафины, но дети резко вздернули руки наверх, инстинктивно закрываясь от огня. Вместо струи огня из пасти драконихи появился прекрасный фиолетово-лиловый цветок. Один, второй, третий… Теперь глициний вокруг становилось все больше и больше. Елисей взял Серафину за руку, и в этот момент снова увидел перед собой Фею Глицинию.

— Значит, драконом тебя не напугать? — прищурилась она.

— Так это был не дракон, а дракониха! — возразил Елисей.

— Ну, ежели по твоему мнению, это менее страшно… — пожала плечиками Фея. — Мое испытание ты прошел. Не дал себя обмануть драконихе, за это я дам тебе Фиолетовый кристалл.

Фея Глициния разжала ладонь, и Елисей увидел небольшой светящийся фиолетовый камушек. Камень взмыл в воздух, мальчик, поймав его, убрал в рюкзак. А затем обернулся, чтобы узнать, как им с Финькой найти следующую Фею, но от Феи Глицинии осталось лишь сине-фиолетовое облако тумана.

История вторая. За мелодией скрипки

Елисею казалось, что они уже час бродят по лесу. Ставить метки ему было нечем, поэтому он протыкал пальцем по центру некоторые листья, которые росли не очень высоко. Они точно не бродили по кругу, в этом мальчик был уверен: помеченных листьев ещё ни разу не встретили. Какой же огромный лес! Очень сильно потемнело. Придется остаться в лесу на ночь.

— Ты слышишь? — вдруг, замерев, спросила Единорожка.

Елисей тут же понял о чем она. Откуда-то издалека тихо-тихо по лесу разливалась музыка. Кто-то играл на скрипке. Мелодия менялась. Сначала она была мечтательно-грустной, потом вдруг стала порывистой, а затем весело зазвенела, как трель соловья. Елисей и Финька побежали на звук скрипки. Может быть, здесь есть сторожевой домик, и они смогут в нем переночевать?

Они не успели заметить, как дивные глицинии сменились кленовой порослью. Зубчатые кленовые листья, словно бабочки, устилали землю под ногами. Первой от бега устала Финька. Теперь они шли, а не бежали. Скрипка звучала совсем близко.

Сердце Фей ярко пульсировало светом. Вдруг неподалеку от Финьки посыпались искры, и из них появилась Кленовая Фея.

Ее рыжие волосы были собраны в две косички, поверх которых был надет венок из кленовых листьев. Рукава-воланчики золотистого шелкового платья напомнили Елисею колокольчики. Казалось, тронь их, и они зазвенят. Золотистые крылья Кленовой Феи светились крошечными огнями.

— Ах, у меня так редко бывают гости! — расплылась в улыбке Феечка. Ее глаза довольно сияли. — Давайте поиграем! Я люблю салочки!

— Мы бы с радостью, но я пришел сюда, чтобы пройти испытание. Моего старшего брата забрал Водяной, мне