Последнее желание мистера Макбрайда - Джо Сипл
Отсюда и лист ожидания.
И это не просто имена. Это реальные люди с реальными семьями и реальной жизнью. А я давно отдалился от друзей и родных и поэтому должен быть последним в списке претендентов на новое сердце.
– Вы хотите, чтобы я взял больничный телефон? – Мне неловко играть с Рейчел в такие игры, но мне кое-что нужно, и это, может быть, мой последний шанс. – Но я только что сказал, что не могу получить другое сердце.
Я рассчитываю, что она не захочет видеть, как вполне здоровый тридцатилетний мужчина упускает шанс сохранить жизнь. И я не могу справиться с чувством вины, когда она вкладывает визитку в мою руку.
– Я понимаю. Это ваш выбор. Я не пытаюсь на него влиять. Я просто прошу вас сделать первые шаги. Без этого, если вдруг вы потом передумаете и решитесь на трансплантацию, вам не удастся получить сердце. Если сердце появится, мы позвоним вам. Вы сможете просто отказаться, и тогда мы отдадим орган следующему подходящему пациенту. Но у вас, по крайней мере, будет выбор. – Она разводит руками, словно пытаясь меня убедить. – Я прошу только об этом. Никаких обязательств. Простая любезность – для меня.
– Хорошо, – соглашаюсь я. – Но это не означает, что я согласен на трансплантацию.
– Доверьтесь мне. Вы очень четко выразились.
– Хорошо.
Она поднимается и подходит к компьютеру:
– Итак, давайте начнем.
Процесс занимает больше времени, чем я думал, но вскоре я слышу то, что ожидал.
– Этого не может быть, – говорит Рейчел.
– Чего именно? – невинно спрашиваю я.
– Ваше имя. Оно уже в списке. И давно.
Она смотрит на экран, где выведен лист ожидания, и трясет головой, не веря глазам.
– Мне нужно позвонить, – говорит она. – Я сейчас вернусь.
Как я и рассчитывал, она выходит. Экран компьютера отвернут от меня – наверное, намеренно. И как только за Рейчел захлопывается дверь, я подхожу к компьютеру. И вижу.
Лист ожидания.
Как и говорила Рейчел, мое имя в списке. И не просто в списке – оно второе. Когда-то доктору не понравилось то, что он увидел. И второе место в списке означает, что сердце мне понадобится «срочно».
Я продолжаю изучать список. За моим именем много, много других имен. Не просто имен. Людей. Большинству из них – а то и всем – отчаянно нужно сердце. И вот он я, пришедший в ужас от мысли, что меня могут вызвать.
Конечно, список очень простой. Обычное перечисление. Рядом с каждым именем возраст, адрес, группа крови и диагноз, ставший причиной необходимости в трансплантации.
Не знаю, сколько будет отсутствовать Рейчел. При мысли о ее возвращении у меня начинают трястись руки. Я хватаю с тумбочки свой телефон и нахожу камеру. Быстро фотографирую экран и возвращаюсь в постель. И почти сразу же возвращается встревоженная Рейчел.
– Вы должны были знать, что уже в листе, – говорит она. – Это не делается без согласия пациента.
– Да, – я пытаюсь усмехнуться, но ничего не получается. – Думаю, я просто забыл. Вы же знаете, я не хочу новое сердце.
– Ну хорошо. – Ей явно трудно мне поверить. – Но, похоже, в список вас включила наша больница. А это значит, что у вас уже есть телефон, о котором мы говорили.
– Наверное, я его потерял. Это было очень давно, насколько я помню.
На самом деле, когда мне его дали, я тут же выбросил его в мусорный бак. Я пытался сказать доктору, что мне не нужно новое сердце, но он так боялся юристов, что настаивал, пока я не сдался. Я не собирался отвечать на звонки. И хранить телефон тоже.
– Доктор считает, что вам может потребоваться кислородный аппарат. Так что мы просто дадим вам новый телефон, и вы можете идти. – В голосе Рейчел явственно слышен скептицизм. – Договорились?
Мне не хочется думать о кислородном аппарате. Я не имел дела с этим жутким устройством с детства. Но я и без того доставил Рейчел немало хлопот.
– Договорились.
Она кивает и направляется к двери:
– Хорошо. Сейчас придет сестра и все сделает. Рада знакомству, Джейсон. Удачи.
Она собирается уходить, и я вспоминаю свое первое желание, загаданное много лет назад. Поцеловать Минди Эпплгейт. Я помню свой страх, когда чуть не передумал, но потом вспоминаю рассказ Мюррея о его жене и то, что он сказал после.
Если не жить по-настоящему, жизнь не стоит и горсти бобов.
Не знаю, действительно ли я решил сделать это, но с губ моих слетает имя Рейчел, и она поворачивается ко мне. Поняв, что сделал, я пытаюсь перевести дух. Но потом вспоминаю восторг, с каким бежал к машине Мюррея после того первого поцелуя. Я был так счастлив, что радость буквально выплескивалась из меня.
– Наверняка вы слышите это по сто раз на дню, – слетает с моих губ, – но я просто не прощу себе, если вы уйдете, и я никогда больше вас не увижу, но буду гадать, что бы вы ответили.
– Ответила на что? – Судя по выражению ее глаз, она отлично понимает, что я хочу сказать.
– Не хотели бы вы со мной поужинать?
Вот! Я это сказал! И как теперь жить, если она откажется? И почему она должна соглашаться? В больничной одежде я наверняка являю собой очень жалкое зрелище. Да еще мне и сердце новое нужно – а я не хочу.
Рейчел закусывает нижнюю губу – никто еще не делал это так красиво.
– Вы живете в Лемон-Гроув?
Я смотрю на нее с изумлением. Она знает, где я живу? Она качает головой и улыбается:
– Адрес записан в вашей карте.
Конечно же. Это так очевидно. И было бы очевидно, если бы я не был так поглощен ее красотой.
Честно говоря, я вообще нигде не живу. Я нигде не жил достаточно долго. Но это придется объяснять, а она и без того считает меня странным. Кроме того, у нее есть и другая работа, поэтому я просто отвечаю:
– Да.
– Там живет моя соседка по колледжу, и я собиралась поужинать с ней завтра вечером в вегетарианском ресторане «Тейсти Хармони». Вы знаете, где это?
– У нас маленький городок, – отвечаю я, хотя понятия не имею, о чем она говорит.
– Тогда скажу вам вот что. Может быть, я останусь в баре после ужина. Если вы
