Феодал. Том 7 - Илья Рэд
Старик взял с собой только Святославу и два десятка трёхметровок, отправившись искать аниму для своей внучки. Ему не терпелось как можно скорее избавить её от многолетней болезни, вернуть к нормальной жизни, потому сам вызвался на добровольных началах заняться этим полезным делом. А ученицу с собой взял, потому что и в прошлый раз именно она нашла прозрачный цветок. Наудачу, так сказать.
Стены Джанашия укрепил как надо, даже четыре широких башни возвёл для лучшего обзора и обстрела местности. Все работы по расчистке границы тоже закончены. В «Красном-34» ему ловить нечего, разведчики с вивернами и управятся сами.
— Все в сборе? — спросил я встретившего меня Абросимова, в воздухе витал запах обработанной древисины и костров.
— Да, «птички» накормлены, рвутся в бой.
— Отлично, тогда вылетаем, — дал я добро на экспедицию вглубь владений древоточцев.
«Раз тут когда-то жили люди, значит, имеются и другие их стоянки. Надо успеть туда раньше императорских хлыщей».
Такова была наша ближайшая цель: зачистить и скрыть любые напоминания присутствия магической цивилизации. Ибо незачем РГО получать повод для экспедиций. Сейчас у них тысячи моих камнекожих слуг, и в случае чего их мобилизуют в дальний поход. Лесной ареал для имперцев должен остаться бесполезным, как раньше. Мы всё заберём и разрушим.
На эту разведку боем задействовано 150 виверн.
— Я полечу один! — услышал я знакомый гневный возглас Маркела Дёмина. — Как уважающий себя барон, я должен уметь летать. Не боись, не вывалюсь.
Он приподнял сразу четырьмя руками Владислава Горбузова, чтобы убрать того с пути, но тем самым спровоцировал острую реакцию остальных разведчиков. Подчинённые за своего сержанта готовы были разорвать.
— Эй, вы чего⁈ Да пошутил я, опускаю-опускаю, — сразу же сдался элементалист и убрал свои призрачные щупальца, одним даже смахнул пылинку с плеча офицера.
Я подошёл к ним разобраться, что к чему.
— Маркел, так делать нельзя — ты нарушаешь дисциплину. Здесь тебе не балаган — он старше по званию.
— Я думал, мы подчиняемся лично тебе, — недовольно протянул парень.
— Да, но это не повод всем хамить, — отсёк я.
— Тысяча отжиманий, тысяча приседаний…
— … и тысяча скручиваний, да знаю я, чего все заладили? Пошутить даже нельзя… — перебил он Нобу.
Я подал знак японцу, чтобы дальше не давил, а то мастер собирался увеличить цифру.
— Можешь лететь один, — разрешил я. — У тебя есть к этому предрасположенность, но отстанешь — ждать не будем, потопаешь домой пешком.
— Ага, — просиял Маркел и похлопал магзверя по шершавой коже. — Спасибо! — он вытянулся по струнке и под строгим взглядом Нобу поклонился на японский манер, но в своём стиле озорно подмигнув. — А можно мне личную виверну, ваше благородие?
— Это как это? — не понял я.
— Продайте! В долг, — добавил он, качнув головой в сторону.
— На кой-чёрт тебе виверна? Ты на ней летать даже не умеешь, — спросил кто-то из разведчиков с насмешкой.
— Да он за бароном повторяет всё: тот летает сам на виверне, и этому подавай…
— Ничего я не повторяю! — сжал кулаки Дёмин. — Кто там вякает? Выйди.
— Барон без баронства, пхах!
— Зато с виверной!
Разведчики заржали, вынудив Маркела побагроветь от злости.
— Отставить! — зычно скомандовал сержант, заставляя их заткнуться, и тогда все переключились на меня, ожидая, что отвечу на странную и несколько наглую просьбу.
Как известно, виверны стоили баснословных денег.
— Докажи, что ты достоин гордого зверя, и тогда мы вернёмся к этому разговору позже, — пообещал я Маркелу.
— Хорошо, я оправдаю ваше доверие!
— Ну всё и так задержались, — хлопнул я в ладоши и через пять минут мы уже были в небе.
Маркел, естественно, отстал от построения, но не настолько далеко, чтобы бить тревогу, так что скорость не снижали. Клин виверн с Маздаром впереди прочëсывал сотни километров леса. Там внизу никогда ещë не ступала нога человека из моего мира. В некоторых местах над девственными кронами прилегли отдохнуть облачка тумана. Деревья разнились оттенком зелëного, а в редких случаях можно было увидеть даже рыжеватого одиночку или «полысевшего» старичка, отжившего свой век.
Предметом поиска были пещеры по аналогии с нашей, но мы не исключали и подземные формирования — вымершая цивилизация слишком виртуозно владела стихией земли, чтобы не построить город по аналогии с нашим храмом. Я учитывал это и запланировал пешие экспедиции с Гио для их выявления, но сейчас важен первичный осмотр с неба — именно отсюда разведка империи будет принимать решение, где приземлиться.
Спустя три часа полëта на север я обнаружил свободный от травы участок и скомандовал.
— Снижаемся!
Место показалось мне подозрительным. Половина приземлилась, другие контролировали с неба любые поползновения окружить нас или внезапно напасть.
— Где-то с неделю назад убиты, — мрачно доложил Склодский, коснувшись гигантской кости с огрызками подсохшего мяса. — Это плохо, — шёпотом сказал он, нагнувшись ко мне.
Двенадцать трупов виверн разделяли его точку зрения. Несчастных магзверей застали врасплох — я не видел каких-то злостных насильственных ран с отсечением крыльев или раскрошенные черепа.
Все кости чудом остались на месте. Будто какой-то гурман филигранно срезал с них мясо ножом, боясь нарушить общую конструкцию. Даже моих скудных познаний в анатомии хватило понять: остов так крепко не должен держаться. На черепах блестели от солнечного света растёкшиеся большие кляксы расплавленной никсорианской руды.
«Похоже на клеймо…»
— Уничтожить их, немедленно! — поднял я руку разведчикам в небе и те магией обрушились на захоронение виверн.
Взрывы, свистящие звуки ветряных заклинаний, щелчки водных струй под высоким давлением — всё это заставило стаю птиц на деревьях взлететь и покинуть опасную зону, а диких зверей в страхе умчаться сквозь бурелом.
На моих глазах из земли вылезло пять мёртвых древоточцев, усохших до состояния мумий. Они облепили череп виверны, вживляясь в него и даруя своё тело как строительный материал. Кожа, мясо, старые фасции и сухожилия стремительно выстилали нужные сочленения.
Меж тем тазовые кости монстров, их черепа, рёбра, позвонки, обломанные жвалы и прочие части скелета никуда не делись и торчали наружу как наросты.
Челюсть мёртвой зверюги приоткрылась, а шея попыталась сдвинуть голову в нашу сторону. Из земли лезли и лезли новые кандидаты на вживление в единый организм. Туловище виверны обрастало недостающими деталями
