Шепот злобы - Мелина Боярова
Ирия тоже потратила время с пользой. Она выяснила, что люди неизменно менялись, подпав под воздействие гнева. Он будто высасывал из них способность к состраданию, пожирал эмоции, оставляя лишь животные инстинкты, направленные на выживание.
— Откуда мог взяться этот зов? — удивились ребята, когда мы с Андреасом рассказали, как прошли наши поиски.
— У меня из головы не выходит, зачем он нужен. В нем нет ничего человеческого. Холодный, сводящий с ума, шепот.
— Может, это артефакт? — предположил Славен. — В легендах много говорится о камнях и местах силы, где энергия гнева особенно сильна. Мне попалась одна старая карта… — Парень положил перед нами объемный свиток и бережно его развернул, придерживая края.
Я подошла ближе, рассматривая нанесенные на пергамент отметки. Очертания городища изменились за столетия, лишь храмы и места обитания кланов оставались неизменными. Отталкиваясь от знакомых ориентиров, можно было определить современные расположения зданий.
— Что это за точки, выяснил? — уточнила у друга, ощущая смутную тревогу.
— На карте отмечены места скопления гневов после одного из великих прорывов, — пояснил Славен. — Не думаю, что нам стоит беспокоиться.
— А если нет? — указала Андреасу на храм Сварога в западной части. — Тогда ведь это место не было заброшено? А вот эта точка, — сдвинула палец ближе к центру, — она совсем рядом с чародемией.
Умалчивать о подозрениях мы не стали и обо всем доложили Лютобору. Он молча выслушал наши отчеты и выводы, после чего велел Славену перенести отметки со старой карты на новую, а завтра с утра всем отрядом обойти эти места и убедиться, что они не представляют опасности.
При малейшем подозрении или странных находках, велел немедленно связываться с ним через артефакт, подающий сигнал об опасности. Поскольку мы в любой момент могли столкнуться с гневами, дал добро, чтобы к команде временно присоединился Годимир.
С раннего утра мы выступили на первую точку, откуда планировали начать проверку. Непривычная тишина, отсутствие людей на улицах и следы старых разрушений производили тягостное впечатление. Наши шаги отдавались зловещим эхом от стен, которые сами пропитались гневом и давили на сознание.
— Они где-то здесь, я чувствую, — поделилась ощущениями с ребятами.
— Если гневы поблизости, почему не нападают? — удивился Годимир. — Странное место. Не припомню такого, чтобы гневы вели себя так тихо.
— Возможно, дело в том, что они просто спят? — предположила я. — Иначе давно бы на нас напали. Я чувствую их присутствие. Здесь. Они повсюду. Я слышу отголоски шепота в каждом камне. Не понимаю, как такое возможно?
— Если твари в развалинах, мы их найдем и уничтожим, — уверенно заявил Андреас. — Лютобор приказал зачистить эти места от всех тварей, которых обнаружим.
— Смотрите, там! — Указала на темную щель дверного проема в старом доме с обвалившейся крышей. — Переруги!
Моих слов хватило, чтобы ребята мгновенно перестроились в боевой порядок и ощетинились оружием и заклинаниями. Годимир накинул на нас щит, а Ирия коснулась моей руки, восполняя потери энергии. Славен прикрывал тылы, внимательно отслеживая обстановку, чтобы ни одна тварь не вздумала застать нас врасплох.
Из черного провала показалось жилистое тело, чья темная дымка сливалась с камнем, делая зверя невидимым на фоне стен.
— К бою! — скомандовал Андреас, активируя меч чаровника.
Вслед за первой тварью показалась вторая, затем третья и четвертая. Они двинулись синхронно, огибая нас с двух сторон и зажимая в клещи. Создавалось впечатление, будто мы имеем дело с разумным противником, умеющим просчитывать ходы и координировать действия между собой.
Я первой направила поток спокойствия, чтобы замедлить ближайших двух тварей. Но они внезапно разошлись в стороны, будто почуяли угрозу. Андреас и Годимир атаковали.
Огненные удары и чароимпульсы рвали воздух, однако переруги уходили невредимыми. Ирия постоянно подпитывала ребят энергией, а мое спокойствие, если и достигало цели, то действовало недолго. Монстры отступали к стенам, не давая себя убить, и нападали с новой силой.
— Андреас! Они не просто прячутся, — выдохнула я, когда очередной переруг исчез в стене прежде, чем обережник нанес удар. — Они словно уходят в камень. Сливаются с ним. Как такое возможно?
— Согласен, — ответил боярич, тяжело дыша. — Это не обычные переруги. Они слишком умны и практически неуловимы.
— Думаю, дело в камнях, — отозвался Славен, который внимательно осмотрел руины и умудрился проверить каждую балку и трещину. — В кладке использованы старые плиты. Возможно, их перенесли откуда-то. Но гневы как-то с ними связаны. Они будто черпают силу из них и возвращаются в стены, чтобы восстановиться.
— Уверен? — Андреас оторопел.
Предположение Славена звучало безумно. Тем не менее, оно объясняло, почему твари отступали при малейшей опасности, а после возвращались и кидались в бой со свежими силами.
— Что ты предлагаешь? — выкрикнул Годимир, отступая под натиском очередного монстра.
— Разрушить стены и разбить плиты, к которым гневы привязаны. Думаю, это их ослабит и лишит укрытия.
— Неплохо придумано, — Андреас кивнул и напитал чарами заговоренный меч.
Боярский сын нанес мощный удар по стене, из которой только что вышел переруг. С оглушительным грохотом часть кладки обвалилась, подняв клубы пыли.
В этот момент я ощутила острую боль, резанувшую по нервам. Не свою — чужую, но от этого не менее реальную. Упав на колени, я стиснула виски руками. Ко мне тут же устремилась Ирия.
— Гаяна? — с тревогой посмотрел на меня боярич. — Ты в порядке?
— Будьте осторожнее. Это не просто камни. Я чувствую их боль.
— Ирия, помоги ей! — бросил девушке боярич. — Годимир, бей по плитам. Славен, говори, что нужно разрушить.
Ребята принялись крушить стены, а я с каждым их ударом слабела и тихо стонала, не в силах справиться с отдачей. Силы утекали, как вода сквозь пальцы. Я не понимала, отчего все чувствую и воспринимаю страдания гневов, как свои. Любая попытка утихомирить переругов оборачивалась потерей резерва и новой болью. Меня терзало чувство потери, будто с каждым кусочком кладки, от меня отрывали что-то важное.
Новая тактика приносила ощутимую пользу. Среди вспышек чар, грохота падающих камней и столбов пыли я едва замечала
