Николай Фиолетов - Очерки Христианской Апологетики

Содержание:

Задачи Апологетики

1. Некоторые вопросы Апологетики

Религия и наука. Религия и закономерность природы. Приложение. Проблема чуда. Теория эволюции и религиозное мировоззрение.

2. Моральные вопросы Апологетики

Религия и вопрос о смысле жизни. Христианское учение об отношении к земным благам. Христианское учение об отношении к труду. Христианское учение об отношении к государству. Христианское учение о семье и браке.

Приложение. Возникновение Вселенной

Чудесное «рождение» вселенной и ее удивительная природа. Совершенство конструкции человеческого организма. Фундаментальные принципы, лежащие в основе бытия. Загадка «Антропного» принципа

Задачей христианской апологетики является обоснование христианского мировоззрения, защита его от нападок и извращений. Противопоставление христианского мировоззрения мировоззрениям, отрицающим христианство, христианских начал жизни отрицательным началам — один из моментов в раскрытии сущности христианского учения. Апологетика, правильно понимаемая, не простая полемика; она необходимо основывается на глубоком раскрытии учения и исходит из него. Большая часть нападок на христианство основана на искаженных представлениях о нем, извращениях его, и восстановление истинного смысла христианского учения является наилучшим ответом на них.

У представителей некоторых отрешенно-мистических течений возникают иногда сомнения в необходимости и значении апологетики. Религиозная жизнь, с их точки зрения, заключается в религиозном созерцании и личных аскетических подвигах. Обращение людей к религиозной жизни — дело благодати и не требует человеческого содействия. Такое понимание задачи религиозной жизни возможно с точки зрения буддизма и восточной нехристианской мистики, для которых мир есть призрак, а жизнь и всякая деятельность — отрицательные начала. Но это понимание стоит в решительном противоречии с основами христианского мировоззрения, с учением и догматикой христианской церкви.

Основная идея христианства — спасение мира и человека через внутреннее их преображение. Основной догмат христианства — догмат богочеловечества, жертвенное нисхождение Божества, принятие Им на Себя человеческой плоти и крестного пути для спасения и грядущего преображения человека и всей твари. Воскресение и преображение твари — конечная цель истории, с христианской точки зрения. Подготовка этого грядущего преображения, осуществление дела спасения составляет земную миссию соборного христианства — Церкви как тела Христова. Отсюда забота о проникновении мира духом Христовым является существенной задачей Церкви. И от участия в выполнении этой задачи, участия в соборном христианском деле не может уклониться христианин. Подражание Христу в Его пути жертвенного нисхождения к миру — основа христианского нравственного учения, которая сохраняется и на самых вершинах духовного созерцания и аскетизма. Подвиги мистического созерцания и аскетизма дают плоды, если только они не оторваны от Церкви, от участия в деле церковном, от осуществления ее задач, что приобщает к дарам благодати, которые в ней содержатся. Учение о спасении лишь в Церкви имеет наряду с мистическим и этот нравственный смысл. В нем содержится осуждение пути пассивного и индивидуального мистицизма, пути искания духовных достижений для целей личных (достижения силы, власти, познания, что имеет место в оккультизме). Заповедь христианской любви и христианское учение о всеобщей солидарности и взаимной ответственности последовательно приводят к такому выводу. Личная духовная жизнь в христианском понимании внутренне и органически связана с жизнью соборного человечества и мира. С точки зрения христианства, человечество не есть просто сумма людей, но живое связное целое, таким же живым целым является и народ. Первородный грех заражает собой в той или иной мере все человечество, несущее на себе его последствия, так же, как через Христа все человечество получает возможность возрождения и грядущего воскресения.

Ибо как смерть чрез человека, так чрез человека и воскресение мертвых. Как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут

(1 Кор. 15:21-22).

Посему, как преступлением одного всем человекам осуждение, так правдою одного всем человекам — оправдание к жизни

(Рим. 5:18).

Отсюда вытекает идея солидарной ответственности — ответственности не только за личный, но и за общественный грех, грех своего народа, грех своего времени. В художественных образах проблема социального греха, моральной ответственности за соучастие в нем была поставлена в нашей литературе Ф. Достоевским. И с этой точки зрения, невозможно отделить заботу о личном спасении от участия в деле духовного преображения человека и мира, к которому призвано соборное христианство в его земном историческом пути.

Одной из существенных сторон выполнения этой задачи является миссия. В особенности она получает значение в моменты, подобные переживаемому, когда делаются попытки устранить христианские начала из внешней стороны общественного бытия и культуры. Христианство не один раз переживало такие периоды. В течение всех первых веков оно жило и развивалось в обществе, построившем жизнь на началах чуждого и враждебного ему духа, в условиях, когда временами исключалась возможность обнаружения его во внешней жизни. И именно в этот период проявляется глубокая миссионерская деятельность христианской Церкви, давшая обильные плоды. Именно тогда закладывается основание христианской миссии и апологетики, основные задачи которых в условиях, во многих отношениях близких с нами переживаемым, имеют для нас особое значение.

У некоторых сторонников отрешенно-мистических течений возникает, однако, вопрос: необходимо ли связана миссия с апологетикой? Считая достаточным следование христианским нормам жизни, участие в богослужении и таинствах, они признают лишними всякие попытки разумного обоснования христианских истин и защиту их от противохристианских учений.

Несомненно, было бы наивным и ложным рационализмом думать, что можно одной логической аргументацией заменить непосредственный религиозный опыт, без которого нет действительной причастности к религии. Только участие в религиозной жизни, в жизни соборного христианства и благодатных его таинствах дают действительную принадлежность к христианству. Но, с другой стороны, разум не может быть искусственно вырван из религиозной жизни или отстранен от нее. Религия захватывает целого человека, а не является каким-либо отвлеченным началом, какой-либо частной отраслью жизни, замкнутой в границы иррационального, куда ее хотят загнать сторонники философского агностицизма, с одной стороны, и отрешенного мистицизма, с другой. [1]

По ап. Павлу, все призваны познавать Бога через рассмотрение Его творений,

ибо, что можно знать о Боге, явно для них; потому что Бог явил им

(Рим. 1:19).

В религии дается живая связь с Абсолютным Началом, в котором заключена и высшая истина разума. И когда человек подходит к истинам религиозного откровения, к подлинному религиозному опыту, он приходит к нему всеми силами своей души, включая и разумные. Раздвоение и раздвоенное сознание, сознание, в котором разум живет одной жизнью, а чувство — другой, препятствуют цельной непосредственности и подлинности самого религиозного опыта. Разумное сознание необходимости религиозной истины еще не дает, конечно, само по себе религиозного опыта, но подводит к нему и облегчает его восприятие. Благодатное воздействие не является насильственно. Чтобы воспринять дары благодати, нужно быть готовым к их восприятию, нужна последовательная направленность, нужно, чтобы душа была открыта для приятия благодати. Один из направляющих мотивов — это разумное осознание значения и необходимости религиозной жизни.

Возникает, однако, вопрос: не достаточно ли для целей разумного осознания веры одного положительного раскрытия религиозных тайн и не является ли лишней та сторона апологетики, которая направлена к защите от отрицательных учений. В действительности невозможно совершенно отделить положительное раскрытие учения от противопоставления отрицающим его учениям. Положительные истины выясняются и раскрываются в противопоставлении их ложному пониманию и извращению этих истин. В самом Евангелии христианские истины во многих местах поясняются противопоставлением их ложной фарисейской мудрости. То же мы находим и в посланиях апостола Павла. В борьбе с извращениями христианства раскрывались христианские догматы на Вселенских Соборах.