В стране трех солнц - Анатолий Пантелеевич Деревянко
Свою первую остановку археологи решили сделать у железнодорожного моста, что протянулся на несколько километров с одного берега на другой. В том месте, где лодка мягко ткнулась в песок, берег круто поднимался вверх, и парни перемазались глиной, пока взобрались на террасу по скользкому склону. Здесь, у моста, на правом берегу Амура, М. М. Герасимовым, в 1926–1927 годах по поручению студенческого кружка краеведения при Иркутском университете, обследовавшим окрестности Хабаровска, были найдены «наконечники копий лавролистной формы, скребки, ножи». Наконечники копий, как отмечал автор этих находок, «по технике и по форме напоминают таковые солютрейской эпохи». Тогда это были одни из первых находок столь ранней эпохи на этой территории. И М. М. Герасимов в осторожной форме высказал мысль о принадлежности этих находок к палеолиту.
А. П. Окладников и решил проверить выводы своего старого друга и однокашника по Иркутску, впоследствии крупнейшего советского антрополога.
Поднявшись на террасу, археологи вскоре нашли несколько десятков различных орудий труда: топоров, ножей, скребков, наконечников копий. Их, как и М. М. Герасимова, поразила тонкость и ювелирность отделки каменных орудий. Они были выструганы столь тщательно, как будто мастер имел дело не с твердым камнем, а с податливым и мягким воском. Первые находки окрылили молодых ученых. В нескольких километрах от этой стоянки лодка снова причалила: высокий крутой берег, небольшой ручей, впадавший в Амур, — все это было удобно для жизни древнего человека. И ожидания не обманули исследователей. Сразу же на речном бечевнике они подняли несколько орудий, сделанных человеком. Чтобы выяснить, где жили люди, на вершине холма заложили маленький раскоп, и вскоре на глубине одного метра показался культурный слой. Здесь юноши нашли большие, двусторонне выструганные каменные ножи и кинжалы, лавролистные наконечники стрел и дротиков, скребки, резцы и проколки для обработки шкур и дерева, а также большие по размерам рубящие орудия, оббитые с одной стороны массивными сколами и ретушью. Новые находки заинтересовали археологов прежде всего тем, что среди них находились как архаичные галечные орудия, так и ювелирно отделанные клинки и ножи, по форме и технике выделки похожие на верхнепалеолитические орудия Франции — солютрейской культуры. Позднее в районе Хабаровска был найден еще ряд стоянок этой культуры. Так совершилось большое научное открытие, подтвержденное раскопками последующих лет, из которых наиболее значительными были раскопки 1960 года в районе села Осиповки, неподалеку от Хабаровска.
В настоящее время выяснено, что все стоянки этой культуры, названной осиповской, располагаются в районе Хабаровска на нескольких холмах, тянущихся цепью вдоль берега Амура. Культурный слой здесь залегает в желтом суглинке. Раскопки 1960 и 1963 годов позволили выявить несколько очагов, сложенных из сильно обожженных речных камней. Вокруг них и был сосредоточен в основном каменный инвентарь. Обнаружены раскопками и своего рода «рабочие площадки», или «мастерские», где производилась обработка камня и выделывались каменные орудия. В таких местах отщепы, оббитые камни и пластины залегают целыми скоплениями.
Из орудий труда осиповской культуры наибольшее внимание привлекают листовидные клинки миндалевидной формы, обе поверхности которых сплошь обработаны плоской «солютрейской» ретушью. Некоторые из них могли служить превосходными боевыми кинжалами и охотничьими ножами для разделывания добычи. Ими легко можно было вспороть шкуру зверя и расчленить тушу на части. Другие клинки более массивны и вполне пригодны как наконечники копий. Самые маленькие из них, тонкие и узкие, могли служить наконечниками легких метательных дротиков. На поселении обнаружены также наконечники стрел листовидной формы, тщательно, со всех сторон, отделанные ретушью.
При раскопках найдены и топоровидные орудия, по форме напоминающие ручные рубила европейского палеолита, но только лишь на первый взгляд. Если у ручных рубил рабочая часть находилась на остром конце, то у топоровидных орудий — на широком. Особенно характерна для амурских орудий желобчатая выемка на лезвии, показывающая, что ими обрабатывали дерево, наподобие тесел последующего неолитического времени.
Эти орудия, как и листовидные наконечники, представлены в самых различных размерах — от крупных до миниатюрных, но всегда в одном и том же виде, в тех же характерных формах.
Племена осиповской культуры жили в Приамурье 8–10 тыс. лет назад, в самом начале голоценовой эпохи. С открытием этой культуры ученых заинтересовал прежде всего вопрос: аборигенная ли она, или ее носители пришли в Приамурье из других мест? Вначале многим казалось, что осиповская культура проникла на Амур с Юго-Востока Азии, а точнее из Вьетнама.
Такая постановка вопроса объяснялась влиянием работ французских геологов Анри Мансюи и его ученицы Мадлен Колани, много и плодотворно трудившихся над изучением далекого прошлого Вьетнама. В 1926 году, продолжая исследования А. Мансюи в провинции Хоабинь, М. Колани раскопала несколько пещер и открыла хоабинскую мезолитическую культуру. В начале шестидесятых годов в этой провинции работал известный советский ученый, профессор Павел Иосифович Борисковский. В провинции Хоабинь он осмотрел пещеры, раскопанные М. Колани, и вместе с вьетнамскими друзьями открыл новую пещеру Соли (Ханг-муой), названную так потому, что во время войны Сопротивления в ней хранились большие запасы соли. Это была не пещера в полном смысле слова, а скорее всего навес. Жить здесь первобытным охотникам и собирателям было удобно. Навес легко доступен. Он всего лишь на четыре-пять метров возвышается над окружающими рисовыми полями. По соседству протекает ручей, где первобытные люди могли брать воду и собирать моллюсков — свою обычную пищу. Русло ручья изобилует голышами твердых пород — порфирита, диабаза, базальта и других. Из этих галек мезолитические обитатели соседних пещер делали большую часть своих орудий. Таким образом, места эти во многих отношениях были удобны для жизни первобытных насельников.
В памятниках хоабинской культуры очень много односторонне выпуклых топоров, изготовленных или из специальных заготовок, или из расколотых вдоль галек. Выпуклая их сторона тщательно обработана ретушью. Эти инструменты характерны для хоабинской культуры и в то же время близки к тесловидно-скребловидным инструментам осиповской культуры. В последней хоть и редко, но все же встречаются и чопперовидные орудия, также характерные для хоабинцев. Но зато в памятниках хоабинской культуры совершенно нет листовидных наконечников копий и
