В стране трех солнц - Анатолий Пантелеевич Деревянко

ножей-кинжалов с двусторонней ретушью. Это объясняется тем, что хоабинцы делали наконечники из твердого и прочного бамбука. И поэтому у них не было необходимости обрабатывать для этой цели камень.

Сходство отдельных орудий труда хоабинской и осиповской культур не вызывает сейчас никаких сомнений. Но эти культуры хронологически относятся к одному времени, а их, как известно, разделяют тысячи километров, и преодолеть такое расстояние за короткий срок племена, конечно, не могли. На промежуточных территориях между бассейном Амура и Вьетнамом пока также не найдено памятников хоабинской культуры, которые должны были остаться при движении человека на север, потому что он обязательно останавливался бы на одном месте на более или менее длительный срок.

И поэтому, несмотря на заманчивость идеи широких контактов между племенами Юго-Восточной Азии и бассейна Амура, археологи говорили только о возможных далеких генетических связях между хоабинской и осиповской культурами.

Неоспоримые доказательства автохтонности осиповской культуры были получены наконец в 1968 году при исследовании верхнепалеолитической мастерской в селе Кумары, где найдены двусторонне ретушированные скребла и наконечники дротиков, близкие к осиповским. Там же попадались и рубящие орудия типа чопперов, превосходно обработанные, которые в дальнейшем, с совершенствованием техники оббивки камня, могли видоизменяться в тесловидно-скребловидные инструменты. Но чем тогда объяснить сходство некоторых форм каменных орудий Вьетнама и Амура? Наиболее вероятно, что хоабинская культура развивалась также из более древней местной галечной индустрии, которая прослеживается в Юго-Восточной Азии начиная с нижнего палеолита, и, частично видоизменяясь и совершенствуясь, доживает вплоть до мезолита.

В основе палеолитических памятников Амура тоже лежит галечная индустрия чопперов и чоппингов, и только в конце палеолита начинают появляться подпризматические и призматические нуклеусы. На общих древних технических традициях и возникли, независимо друг от друга, конвергентные формы орудий, найденные в Хоабинских и Осиповских стоянках. Открытие новых верхнепалеолитических памятников типа мастерской в Кумарах позволит решить проблему генезиса осиповской культуры. За последние годы орудия, близкие к тесловидно-скребловидным, открыты Л. П. Хлобыстиным на Байкале и Ю. В. Мочановым в Якутии, где такие орудия также возникли самостоятельно на базе более древних изделий. Памятники типа осиповских распространены были, по-видимому, не только в Приамурье, но и в Приморье. На этих территориях наряду с осиповской культурой в мезолите известна и другая — пластинчатая культура.

Первым открыл памятники этого типа в Приамурье директор Благовещенского краеведческого музея Б. С. Сапунов. В 1965 году у села Бибиково, в семидесяти километрах от Благовещенска, он нашел нуклеус, характерный для пластинчатой мезолитической культуры Дальнего Востока. Позднее такие же нуклеусы и пластинчатые отщепы были найдены им в самом Благовещенске — на высокой террасе реки Бурхановки.

Памятники этой культуры, получившей название устиновской, лучше всего изучены в Приморье, где наиболее известно поселение-мастерская на реке Тадуши, в четырех километрах от села Устиновки. Открыта мастерская в 1954 году геологом В. Ф. Петрунем, который собрал здесь подъемный материал и заложил несколько разведочных раскопов. В 1963 году на поселении работал отряд Дальневосточной археологической экспедиции под руководством А. П. Окладникова.

Для жизни человека здесь были идеальные условия: высокая терраса над ручьем, через несколько сот метров впадающим в реку Тадуши, богатую рыбой; кругом — бескрайняя Уссурийская тайга, где и сейчас можно встретить кабана, изюбра, а то и «хозяина» здешних мест — медведя или тигра. Но не только хорошая охота и рыбная ловля привлекали сюда людей. На древней дневной поверхности, где стояли легкие переносные дома типа чумов, рассыпаны тысячи отщепов, пластин и различных заготовок из туфа — камня вулканического происхождения, встречающегося здесь во множестве.

При раскопках археологам попадалось особенно много заготовок нуклеусов различной стадии обработки, и по этим заготовкам можно проследить все этапы их изготовления, начиная с того момента, как мастер брал в руки желвак, и заканчивая хорошо оформленным, подготовленным к дальнейшему снятию ножевидных пластин ядрищем. Нуклеусы были, в основном, призматические и подпризматические. С них скалывались узкие правильные ножевидные пластины, из которых в дальнейшем выделывались ножи, проколки, скребки, резцы, скобели — почти весь инструмент, необходимый человеку в повседневной жизни. Люди обитали на этом месте долгое время. Впервые человек пришел сюда, когда еще не кончилась ледниковая эпоха. А самый верхний культурный горизонт оставлен людьми, жившими в одно время с племенами осиповской культуры.

Основным занятием древних амурцев этого периода были охота и рыболовство. Это были, по-видимому, такие же бродячие охотники, как и племена Амура в верхнем палеолите. Жили они в легких переносных жилищах типа чумов и оставались на одном месте до тех пор, пока неподалеку водилось много зверя и дичи.

Рассказ второй

Мастера и художники каменного века

Поселок на реке Дунайке

Медленно догорал закат. Солнце уже давно опустилось за горизонт, и ночные сумерки незаметно окутывали землю.

Внизу над речкой Дунайкой поднимался туман. Он рос, как снежный ком, и скоро на двенадцатиметровой террасе стало ощущаться его холодное прикосновение. Из лагеря не доносилось веселых голосов, смеха, песен. Все были заняты сборами к завтрашнему отъезду. Следовало бы идти к костру, давать последние распоряжения перед дорогой, но какая-то неведомая сила удерживала меня на террасе. Как-то непривычно было видеть опустевшие раскопы, в которые медленно вползала ночная мгла. Казалось, совсем недавно на этом месте загорелые парни нивелировали поверхность, расставляли колышки и тянули шпагат. Сельчане долго никак не могли понять, чего хотят эти молодые здоровенные хлопцы, а председатель местного колхоза сокрушался несколько раз, что мы могли бы принести больше пользы у него на сенокосе. Но шли дни, недели. Из недр земли появились сокрытые на большой глубине котлованы древних жилищ. Много раз над раскопом слышалась «Эврика!», свидетельствовавшая о новых интересных находках. Художники делали десятки планов, чтобы потом, при тщательной камеральной обработке, восстановить конструкцию жилищ, быт жителей этого поселения.

И вот работы закончены, завтра мы двинемся на новое место. Но было трудно расставаться с поселением, где несколько тысяч лет назад дымили костры древних жителей этого края. На первых наших отвалах уже успела вырасти трава, но я хорошо помню теплый июньский вечер, когда мы впервые приехали сюда, в село Новопетровку Амурской области, и увидели только что вскрытый карьер вдоль новой дороги. В стенках его Алексей Павлович Окладников неожиданно обнаружил конец острой каменной пластины, а рядом с ней — лезвие другого инструмента, сделанного из того же материала — светло-желтого вулканического туфа. Вулканический туф, как мы давно уже убедились, был излюбленным и лучшим материалом мастеров каменного века на Среднем Амуре. Он вполне заменял им кремень, который на