Реверс - Кейт Стюарт
Я с грохотом захлопываю дверь номера и мечусь по комнате, закипая от злости, поднося телефон к уху, чтобы позвонить Истону и устроить ему разнос. Но, так и не сумев собрать в голове ни одной фразы, способной вместить все тысячу и одно оскорбление, готовые сорваться с языка, я опускаю телефон и сжимаю кулаки.
— Ладно, сукин сын, — огрызаюсь я. — Хочешь драки. Ты ее получишь.
Открыв чемодан, я достаю темно-синий чехол с платьем, который кинула туда в последний момент, и расстегиваю молнию. Хотя я уже приняла душ, я не спешу, намеренно растягивая сборы, надеясь одновременно выбесить и Джоэла, и Истона, заставив их ждать.
Я всё еще в ярости, даже несмотря на то, что дала себе более чем достаточно времени остыть. Крашу губы блестящим нюдом и надеваю облегающее, мерцающее белое платье с глубоким V-образным вырезом. Его крой открывает полоску живота, по бокам платье держится лишь на крошечных золотых кольцах, а глубокие вырезы щедро обнажают боковую линию груди, оставаясь при этом удивительно элегантными. Подол заканчивается на несколько дюймов выше середины бедра. Это мое любимое платье «убить наповал». И сейчас эта формулировка ощущается слишком буквально.
Удовлетворенная макияжем, я в последний момент достаю из шкатулки тонкую золотую цепочку. Застегиваю ее на талии и понимаю, что она идеально подходит к платью, а затем небрежно щелкаю двумя тонкими подвесками, свисающими над открытым пупком.
Уложив кудри в более крупные волны с помощью плойки, я надеваю свои синие замшевые Louboutin. Оценив образ, в котором собираюсь кастрировать Истона Крауна, я беру небольшой клатч, в тон с алыми подошвами каблуков, и убираю туда телефон и маленький кошелек. Оставляя за собой шлейф парфюма Black Orchid, я выхожу из номера с твердым намерением заставить Истона заплатить.
Внизу я замечаю Джоэла, припаркованного напротив кругового подъезда. Когда я подхожу, он мгновенно считывает мое выражение «готова к войне», и его взгляд скользит по моей броне сверху вниз, пока он распахивает не ту дверь. Усмехнувшись и покачав головой, он закрывает заднюю пассажирскую дверь и распахивает переднюю, прежде чем я сажусь внутрь.
Он задерживается рядом, пока я пристегиваюсь, прекрасно зная, что я на него злюсь. Судя по его виду, это его откровенно забавляет.
— Не злись на меня.
— Я и не злюсь.
Его улыбка становится шире.
— Ты потрясающе врешь. И, если честно, он обделается, когда увидит тебя в этом платье. Идеальный выбор.
Не в силах противиться, мой взгляд смягчается.
— Спасибо.
— Натали, — он вздыхает. — Иногда он ведет себя так, будто ему всё дозволено. И, возможно, порой действительно так и поступает. Но с тех пор, как он это осознал, он старается не быть таким.
— Я тебя услышала. И я это знаю. Но пусть он защищает себя сам, ладно?
Джоэл кивает и задерживается еще на секунду. Я вижу, что он хочет снова заступиться за Истона, но вместо этого просто закрывает дверь.
Решив не втягивать Джоэла в нашу только что объявленную войну, я еду в тишине к отелю, ощущая, как от него исходит беспокойная энергия. Он нервничает за Истона. Или за меня. Скорее всего, за нас обоих. Как бы там ни было, это наша битва, и он уважает границы.
Когда мы подъезжаем к отелю, швейцар успевает открыть дверь раньше Джоэла. Я беру его за руку и благодарю, а Джоэл присоединяется ко мне и провожает ко входу. В голове я снова и снова прокручиваю свой план. Он прост.
Получить удовольствие.
Это лучшая месть.
Бродить с видом брошенного и озабоченного щенка мне точно не поможет. Как и реагировать на его поведение, давая ему то внимание, которого он добивается. И если он решил затащить меня на вечеринку, значит, именно это я и сделаю. Буду веселиться.
Джоэл останавливается прямо у входа в отель.
— Просто назови свое имя на входе. Я предупрежу, что ты поднимаешься.
Сглотнув, я поднимаю взгляд на возвышающийся над нами небоскреб.
— Ты не идешь со мной?
— Я буду неподалеку, если понадоблюсь, — подмигивает он и направляется обратно к машине.
Значит, этот мудак лишает меня даже единственного союзника? Очевидно, он хочет, чтобы я оказалась уязвимой. И, скорее всего, наслаждается каждой секундой.
Ну что ж.
Игра началась, рок-звезда.
Глава 36
Get Down, Make Love
Nine Inch Nails
Натали
Глухой удар басов тяжело вибрирует под ногами, когда двери лифта раздвигаются. Слегка неуверенная на шпильках, я медленно иду по длинному, богато украшенному коридору, заставленному дорогими произведениями искусства. В самом конце, прямо перед массивными двойными дверями, стоят два не менее массивных охранника.
— Натали Батлер, — объявляю я, обращаясь к обоим внушительным привратникам.
Один из них стоит рядом со стойкой, уставленной маленькими пластиковыми пакетами. Он протягивает руку за моим клатчем, одновременно подавая другую с красным номерком.
— Тут только кошелек и телефон, — говорю я и раскрываю клатч, показывая содержимое.
— Кошелек можете оставить. Но телефоны и камеры сегодня запрещены.
И только в этот момент до меня доходит, что стойка доверху заполнена конфискованными мобильными телефонами.
— Эм… Я с… — чувствую, как жар поднимается к шее. — С Истоном. Я его гостья.
— Как и все, кто уже внутри. Исключений нет.
К горлу подкатывает ком, когда он окидывает меня коротким, оценивающим взглядом, полным осуждения. В голове будто раздается глухой удар молотка, и я безошибочно считываю в его глазах: «еще одна, которая думает, что она особенная», прежде чем он переводит взгляд на второго охранника.
И в одно мгновение меня накрывает неловкий стыд. Я ясно понимаю собственное лицемерие и мысленно даю себе слово больше никогда не осуждать ни одну женщину за попытку привлечь внимание моего красивого, талантливого рок-звезды — или любого другого из его окружения. Потому что до этой самой минуты я и сама находилась в той же позиции и вовсе не собиралась из нее выбираться.
Даже зная Истона лично, я прекрасно понимаю это притяжение со стороны. Понимаю, как легко возникает желание подойти ближе. И знаю, что на ее месте чувствовала бы ровно то же самое.
С силой шепнув телефон ему в руку, я замечаю, как он вскидывает бровь.
— У меня нет времени вправлять мозги идиотам, — огрызаюсь я. — Но вот этот осуждающий взгляд можешь засунуть себе в задницу, парень. У меня есть диплом и страсть к писательству, на котором я, между прочим, зарабатываю. А значит, я сама оплачиваю свои гребаные счета. Я умею готовить ужин из
