Страдать в тишине - Келси Клейтон

милю.

С метафорическими яйцами из стали и буквальным отсутствием инстинкта самосохранения я открываю дверь и игнорирую взгляд, которым меня прожигает Кейдж. В комнате воцаряется тишина, пока я осматриваю ее.

Кейдж хочет перегнуть меня через колено и проучить.

Бени думает, что это лишь вопрос времени, когда я дам себя убить. Он, вероятно, прав.

Лицо Нико сияет, как новогодняя елка; он в восторге от того, что я ослушалась приказа Кейджа.

— Саксон. — Звук голоса за спиной заставляет меня подпрыгнуть, а затем расслабиться с облегчением.

— Рафф?

Он встает, раскрывая руки для объятий, и я охотно иду к нему. Лучший друг моего деда всегда занимал особое место в моем сердце. Истории, которые они рассказывали мне о всех проделках, в которые ввязывались вместе, всегда были моими любимыми.

Я теряюсь в теплом ощущении его рук, когда замечаю взгляд, которым меня награждает Кейдж, будто ждет, когда до меня дойдет.

И до меня доходит.

— Подожди. — Я отступаю назад, выходя из досягаемости Раффа. — Ч-что ты здесь делаешь?

— Саксон, — снова говорит он, на этот раз печально, и пытается положить руку мне на плечо, но я уворачиваюсь.

— Нет, — выдыхаю я. — Ты часть всего этого, да?

Его плечи опускаются.

— Я пытался уберечь тебя от этого. Клянусь, пытался. Но я больше не принимаю решений.

Я перевожу внимание на Кейджа.

— Это правда?

Он медленно кивает один раз.

— Похитить тебя было крайней мерой.

Это слишком, чтобы переварить. Мужчина, стоящий передо мной, был в моей жизни столько, сколько я себя помню, и знать, что он был хоть немного причастен к моему похищению, сейчас просто невыносимо.

— И каков теперь план? — спрашиваю я, меняя тему.

Кейдж вскидывает на меня бровь.

— Что, по-твоему, ты делаешь?

— Помогаю, — просто отвечаю я.

Прежде чем слово полностью слетает с моих губ, Кейдж уже отвергает идею.

— Абсолютно нет. Я не хочу, чтобы ты была рядом с этим. И когда, черт возьми, ты это купила?

Я смотрю на свое платье и коварно усмехаюсь. Запрыгнув на стол, я скрещиваю ноги и провожу пальцами по волосам, показывая, что никуда не уйду.

— Да ладно, Кейдж. Даже ты достаточно умен, чтобы понять, что нет никого лучше, чем его собственная дочь, чтобы помочь вам придумать план, как получить от Далтона Форбса то, что вы хотите.

Нико усмехается, но тут же замолкает, когда Кейдж бросает на него взгляд, а затем снова поворачивается ко мне.

— Еще одно подобное замечание, и обещаю, ты пожалеешь об этом позже.

Я кусаю губу, находя эту угрозу скорее соблазнительной, чем пугающей.

— Обещаешь?

Он отводит от меня взгляд и поправляет штаны, чтобы скрыть уже растущую эрекцию. Пока он не смотрит на меня, я оглядываюсь, чтобы увидеть, что делают остальные, и обнаруживаю, что все мужчины в комнате смотрят на Кейджа, но, конечно, первым говорит Нико.

— Может, уже скажешь ей? — говорит он. — Раз уж ты так настроен держать ее при себе и все такое.

— Николас, — одергивает его Рафф, но Кейдж перебивает.

— Нет, — тихо произносит он. — На этот раз идиот дело говорит.

Я затаиваю дыхание, когда Кейдж поворачивается ко мне, и я уже вижу, как он гадает, не убегу ли я. В какой-то момент раньше, возможно, да, но я не знаю, возможно ли это для меня теперь. Я не хочу, чтобы это было возможно.

— Мы собираемся его убить. — Слова слетают с его губ с таким безразличием, будто он говорит о погоде. — Пока он работал с Братвой, убивать его было нельзя. Это развязало бы войну, которой никто из нас сейчас не хочет. Но теперь, когда они вышли из игры, это наш лучший вариант. Единственный вариант.

Ладно, я понимаю причину для колебаний. Особенно после утра в его пентхаусе, когда я сорвалась при мысли, что они убьют его. И хотя это было до того, как я узнала все дерьмо, через которое он был готов меня пропустить, и в моем черством сердце для него больше нет места, у меня есть огромная слабость к Кайли. Он не только мой отец, а она слишком мала, чтобы справиться с такой эмоциональной травмой.

— И как его убийство решит вашу проблему?

Кейдж держит голову высоко, обращаясь ко мне так же, как к любому из находящихся здесь мужчин.

— Когда он умрет, вступит в силу его завещание, и вся наша собственность перейдет в руки Скарлетт. Твоей матери.

Я думаю об этом секунду, но в итоге прихожу к тому же решению.

— Это не сработает, — говорю я им прямо. — Вы правда думаете, что если убьете моего отца, моя мама просто так отдаст вам то, что вы хотите?

— Я знаю твою мать с тех пор, как она была маленькой девочкой, — возражает Рафф.

— Возможно, но даже я была обманута тем, кем на самом деле является мой отец и каков он на самом деле. Я могу только представить, с какими манипуляциями она имела дело последние два десятилетия, — объясняю я. — Если вы убьете его, нет никакой гарантии, какова будет ее реакция. И нет никакого способа избавиться от него, чтобы она не знала, что это сделали вы. Она не глупая.

Кейдж потирает подбородок, обдумывая все, что я говорю.

— И что ты предлагаешь нам сделать вместо этого? Ну, раз уж ты у нас эксперт по нему и все такое.

— Ты сказал, русские вышли из сделки, верно? — Он кивает. — Предложи ему то, от чего он не сможет отказаться.

— И что же это? — спрашивает Нико.

Я пожимаю плечами.

— Защиту. Ему явно плевать на чужие жизни, но он слишком эгоистичен, чтобы рисковать своей.

Бени поворачивается к Кейджу.

— У тебя только что был в руках Евгений. Мы можем сделать вид, что он рассказал что-то о судьбе Далтона, если сделка сорвется.

Он обдумывает это и кладет руку на подлокотник.