Мой тайный друг - Эллен Стар
Но… у той девочки мир тогда, как и у него, полыхал после крушения, и сама она была вся в трещинах, в сколах. У нее в глазах горело пламя, которое жгло ее изнутри. Он знал, каково это. Потому что в нем жили те же разрушения и боль.
И ничего не имело для них маленьких значения. Никакие социальные статусы. Они замкнулись в болезненный комок двух дрожащих от холода тел, в объятиях друг друга, под одним на двоих грозовым небом и только так смогли снова дышать. Приклеили прозвища, скрепили свои узы дружбы улыбками.
Было… проще. Но не сейчас, когда есть понимание, что мало просто дышать одним воздухом и держаться за руки. Потому что они из разных вселенных. Которые столкнулись, породив хаос.
Верить… сложнее. Опаснее. Для его сердца.
Дима уже проходил эту историю с мамой. Затем с отцом, который все улыбался ему и говорил, что с ним все в порядке. Но Дима буквально видел, как глаза самого любимого в этом мире человека меркнут с каждым днем, как он перестает смотреть на него с теплотой и заботой. Будто весь окружающий мир исчезает для него. Перестает иметь значение. И Дима тоже.
Поэтому – нет. Он больше не будет лезть в эту манящую пропасть – я сделаю вид, что ты не хочешь меня бросить.
– Ладно, Ась. – Дима с трудом откашлялся. Каждое слово, которое он собирался произнести, резало его изнутри. Он поставил на маленький столик у окна с искусственным цветком в горшке ее любимое шоколадное мороженое после того, как довольно общительный старик все-таки покинул кафе. – Так каков твой план?
Ася явно нервничала, ерзая на стуле и пряча кончик носа в шарф, Дима же старался, вопреки ситуации, запомнить все. Возможно, это их последний момент вместе.
Лучше сделать то, что он действительно может.
Дима едва сдержал смешок, когда сел на соседний свободный пластиковый стул, вытянув вперед ноги, и поставил перед Асей стаканчик с ароматным горячим чаем. А затем под ее недовольное бурчание пододвинул к себе мороженое. Зачерпнул маленькой ложечкой половину шарика и, зажмурившись от удовольствия, отправил себе в рот, медленно облизывая нижнюю губу и не прерывая зрительного контакта с Асей.
– Изверг! Ты специально, да?
– Что ты, принцесса, да как я могу?
– Он что, с лимоном? – Ася страдальчески вздохнула, заглядывая в стаканчик, над которым поднимался едва заметный пар, разнося запах чайных листьев и кислого лимона.
– Обезьянка, а нечего бегать в дождь.
И нравоучительно качнул ложечкой. Все-таки плохой был выбор. Это любимое мороженое Аси, его вкус навевал столько хороших воспоминаний.
Ася вечно закупалась целыми ведерками перед их субботними киновечерами. И в полутьме, пока они расправлялись с ними на пару, их расстояние друг от друга в виде подушек на полу, остатков печенья, скомканного шерстяного пледа, медленно исчезало, когда она придвигалась к нему, и ее голова клонилась к его плечу, а дыхание щекотало шею, заставляя каждую мышцу каменеть от напряжения. Мурашки ползли по шее, рассыпаясь колючими искрами по всему телу, и он невольно начинал массировать пальцами грудь в области сердца, надеясь, что то перестанет так болезненно сжиматься.
Голос Аси в полутьме номера звучал всегда нежнее, мягче. Он… успокаивал. Прогонял все тягостные мысли, что мучили день ото дня.
В горле застрял предательский ком, дыхание сбилось, и он замер с поднятой рукой, не в силах запихнуть в себя больше ни ложки.
– Так… к делу, у меня скоро закончится перерыв.
Если Ася сейчас не остановит его, то он точно совершит какую-нибудь глупость. Лампочка в его голове вспыхнула красным. А потом оглушительно завыла сирена.
Ася, едва не захлебнувшись чаем, нервно закашлялась, когда коленка Димы под столом коснулась ее бедра, то ли призывая уже закончить эту пытку, то ли моля не разрывать связь между ними. На его лице застыла кривая усмешка, но рука все равно подрагивала, поэтому ему пришлось опустить ее и с шумным выдохом отставить в сторону мороженое.
– Дим, я думаю, тебе лучше уйти из «Лебедя».
Ася гипнотизировала взглядом стаканчик с чаем. Ее голос звучал тихо и неуверенно, но каждый звук отдавался в его груди, точно удар. Когда она подняла на него взгляд, он был грустным и потерянным.
– Это единственный выход.
О, ему все-таки не показалось. Ася и правда хочет использовать дружбу с ним в своих целях.
Маленькая милая лгунья.
– Интересно, почему, Ась? – Дима расплылся в широкой улыбке, пока его коленка медленно поглаживала ее бедро. – Узнала, что мне не рады, и решила побыть героиней и лично обо мне позаботиться?
– Нет, ты что, я бы никогда… – Ася протестующе замотала головой, в ее глазах отразился неподдельный испуг, от которого сердце Димы и вовсе замерло.
Как предсказуемо, Ась.
– Брось, Волгина, это же логично, – тяжело выдохнул он, выстукивая пальцами по столу какой-то одному ему знакомый ритм. – Ты получила желаемое, больше не надо разыгрывать дружбу с неудачником вроде меня, боясь, что останешься одна. Только знаешь что?
Его напарник по смене до сих пор не вернулся с перекура, и Дима мог не бояться, что их кто-то услышит. На улице неожиданно разразился ливень. Грохот грома сотряс высокие панорамные окна, прокатился по телу дрожью. Отрезанные от мира, замурованные в чувствах, что не давали дышать и давили на грудную клетку так, будто хотели ее с хрустом проломить.
Свет над их головами, тревожно моргнув, погас. Похоже, перебои с электричеством. Темные тени от раскачивающихся деревьев прорезали потолок кафе, затанцевали на нежно-розовой плитке стен, увешанных яркими постерами. На мир опустилась холодная завеса дождя.
А здесь, внутри кафе, тепло, уютно, и планета перестала вращаться, когда взгляд ласково скользнул по лицу Аси и застыл на ее широко распахнутых глазах, ловя со сбившимся под кожей пульсом слезы, что катились по ее щекам.
– Котов, ты рехнулся? Ты правда считаешь, что я такая?
Ася вскочила с места, обнимая себя за плечи, обезоруженная и отчего-то печальная. Никто не говорил, что будет просто, Ась. Ты удивлена? Поводок больше не затягивается, да? Но он больше не будет идиотом, который сделает все, как ты хочешь.
– Волгина, – Дима тоже медленно поднялся, и скрип стула под ним разорвал пространство, окутанное сладким ароматом шоколадного мороженого и горчащего на языке травяного чая, – ты же пришла, чтобы попросить меня уйти. Или я ошибаюсь?
– Да, но дело не в тебе… Д-Дим…
Услышав ее бормотание, смешанное с подступающими рыданиеми, он быстро подошел к ней
