Мой тайный друг - Эллен Стар
– О нет, вот опять ты это делаешь. – Ася прикрылась книгой, отстраняясь, и укоризненно качнула головой: – Котов, это уже чересчур даже для тебя. Нельзя не тупить столько минут подряд.
– Я просто могу быть старательным, если захочу.
Дима снова очаровательно улыбнулся и, нависнув сверху, схватил книгу, которой она отгораживалась от него. Роман «Алые паруса» Александра Грина с детскими черно-белыми иллюстрациями. Как мило.
– Так перехоти. У меня от тебя скоро будет глаз дергаться.
– Серьезно, Ась. – Дима склонил голову набок, его глаза стали вдруг холодными. – Ты правда была в субботу дома?
Ася пошатнулась под натиском этих слов и в удивлении подняла голову. От страха закололо под ребрами. Ее встретили непроницаемая маска, застывшая ухмылка. Пристальный изучающий взгляд. Будто он что-то знал, и невысказанное царапало души им обоим.
– Почему ты вдруг про это…
Что ты знаешь?
А что, если… Нет, не могло этого быть. Он ведь не мог быть в том же парке и видеть ее?
Они замерли напротив друг друга, где-то между грозовым небом и темнотой, проникающей из окон. Взгляд Димы – росчерк молнии над зеленым лугом, ее же – топкая горечь. Она ничего такого не сделала. Но они обычно друг другу не лгут. Это не про них.
– Кхм, – нервно откашлялась она. Невозможно врать и смотреть в лицо самого дорогого человека на свете. – Конечно, Котик, я была дома. Куда бы я с больной ногой могла пойти? И вообще, у меня пробы сегодня, если ты вдруг забыл. Так что не надо меня еще грузить своими подозрениями.
Ася тараторила запальчиво, голос ломался, уходя в колючее, оборонительное. Скрестив руки на груди, она смотрела на него почти с сожалением. Взгляд выдавал в ней все, но Дима этого не заметил, развернувшись к окну.
– О, разве сегодня? – глухо, точно из-под толщи льда, отозвался Дима.
Он все еще отчего-то на нее не смотрел, с помрачневшим видом вернувшись к расставлению книг.
И почему он вообще этим занимался? Отрабатывал очередное наказание? Если бы она его тут не встретила, то давно сидела бы в самом дальнем уголке, жалобно всхлипывая и прижимая к груди молчащий мобильник. И тревога так и рвала бы ей сердце на мелкие клочки.
– Да, сегодня, – резко и сухо ответила Ася, лицо Димы перед глазами поплыло. – Тебе обязательно быть такой задницей?
Ее прямолинейный вопрос повис в воздухе. Она произнесла его на выдохе, вырывая из его рук книгу, как маленькая девочка, на которую не обращали внимания. Едва забытая боль снова дала о себе знать.
– Обязательно мне врать, Ась?
– Обязательно быть таким подозрительным?
– Обязательно быть такой занозой?
Они перебрасывались вопросами, будто отстреливались. Ася говорила с нарастающей обидой и слезами, что подступали к глазам. Дима чеканил с неискренней улыбкой. Точно она всего лишь глупенькая дочь его работодателя, с которой нечего взять. Да кто угодно, только не близкая подруга.
Когда ей действительно захотелось вцепиться в его волосы и она сделала порывистый шаг ему навстречу, задевая бедром тележку, та отъехала в сторону и с глухим стуком влетела в стену, заставив обоих вздрогнуть, а библиотекаршу подскочить с распахнувшимися от испуга глазами.
Ася тут же пробормотала извинения, Дима же сделал брови домиком и поджал губы, пытаясь всем видом выразить что-то наподобие раскаяния. А потом посмотрел ей в глаза на краткий миг – прямо и открыто. В черных зрачках бился немой вопрос: «Так ты скажешь мне правду или нет?»
Ася была уже готова сдаться: ее снедало любопытство, с чего вдруг он ей не верил? Что он знал? Что видел? Но только она решила во всем сознаться и извиниться, как в библиотеку влетела запыхавшаяся Лиана.
Облако черных волнистых волос, восточная притягательная красота и бледная кожа. Сегодня на ней белый ободок, а на форме – ни складочки. Щеки красиво нарумянены, а полные губы сложились в букву «о».
– Вот ты где! Полшколы оббегала! Звонок скоро, ты чего тут?
Из приоткрытой двери доносился гомон школьников и замечания учителей.
Ася растерянно улыбнулась, когда старушка-библиотекарь прикрикнула на Лиану и попросила не шуметь, а Дима с хмурой усмешкой добавил:
– На двери есть специальная табличка. Но если ты не умеешь читать, то я тебе помогу. – Он явно был раздражен, и Ася не могла взять в толк, чем ему так неприятна Лиана. – «Соблюдайте тишину». Или слишком сложно?
– Я…
Лиана съежилась под его жестким взглядом, побледнела еще сильнее и испуганно попятилась, совершенно дезориентированная. Она, как и Ася, точно не ожидала застать грозу школы и неуправляемого хулигана в библиотеке. Лиана помахала рукой Асе, подзывая ее к себе, и прошептала одними губами: «Какого черта здесь происходит?»
– Проводить за ручку?
Губы Димы исказила кривая улыбка. Он замер с книгой в руке, пристально глядя на Лиану, и от этого взгляда у Аси снова скрутило желудок.
– …подожду тебя за дверью!
– Спросишь сейчас, зачем я так с ней?
Ася горько усмехнулась. Он ее слишком хорошо знал.
– Разве есть смысл? У тебя аллергия на хорошие манеры. Я уже устала биться за то, чтобы ты был…
– Нормальным?
Это слово прозвучало надтреснуто и неожиданно грустно. Он мог шутить с друзьями про свою «отбитость», но как бы он ни храбрился, пропасть между ним и Асей задевала его. Сильно.
Сердце укололо тонкой иглой. Она ведь такая же. Но почему-то пыталась починить только его. Склеить так, чтобы имел витринный вид.
– Приятным собеседником в школе.
– Тебе бы быть дипломатом, Волгина. – Дима покосился на библиотекаршу, что раскрыла перед собой толстый томик «Войны и мира». – Приятным? Ты серьезно?
– Хотя бы можно попытаться.
Асе стало неуютно. Она обняла себя за плечи, прожигая его взглядом, внутри которого вскипело упрямство. Звонок вот-вот прозвенит, а она была готова взорваться на месте.
Ей так хотелось, чтобы Дима ободряюще ей улыбнулся. Поддержал. Несмотря на свой характер, он все равно мог это сделать. Для нее. По-своему. Она ждала его с вечера субботы, надеялась, что они поговорят. И вот, когда она его наконец встречает, они умудряются разругаться. Кажется, она совершает ошибку. И теперь сама не знает, как ее исправить.
Ничем не лучше его. Лгунья.
– О'кей.
Раздалась трель звонка. Ася поджала губы, впиваясь ногтями в кожу ладоней. На лице Димы застыло какое-то смирение, от которого у нее заныло сердце.
– Знаешь, на самом деле я…
Ася ему во всем сознается. Он будет обижаться, вероятно, неделю, а потом они вместе посмеются над этой ситуацией. Особенно над тем моментом, где она тычет в популярного красавчика игрушечным мечом и велит идти
