Не смотри в мои глаза - Анара Саган
Я лежу на спине, уставившись в потолок, и воспоминания о прошлой ночи обрушиваются как волна. Тёплая, но оглушающая. Каждое прикосновение, каждый взгляд, его дыхание на моей коже. Его ладони — такие сильные и при этом осторожные, будто он держал в руках не тело, а душу.
Мне одновременно страшно и легко. Страшно, что всё это может оказаться ошибкой. Эмоцией. Ночью благодарности, всплеском уставшей от всего женщины и уставшего от одиночества мужчины. Но легко — потому что я знаю: в той ночи не было лжи. Ни с его стороны, ни с моей.
Я боюсь думать дальше. Боюсь назвать то, что между нами. Но в груди — надежда. Робкая. Хрупкая, как дыхание в мороз.
Наконец, я откидываю одеяло, собираясь вернуться в свою комнату, когда замечаю — на подушке, где лежал он, сложен лист бумаги. Почерк чёткий, уверенный, как и он.
«Не уходи. А.».
Я сжимаю лист пальцами, будто он может исчезнуть. «Не уходи» — из его дома или из его жизни?
Сердце бьётся чуть быстрее, чем должно. Я не знаю, что он имел в виду. Но знаю, чего хочу я. Пока что — остаться. Хотя бы ещё немного. Хотя бы до утра, когда он вернётся.
Я закрываю глаза — и всё возвращается. Не как картинка, а как чувство. Как тихий ток под кожей. Как дрожь, оставшаяся в теле.
Он касался меня так, будто читал с закрытых страниц. Пальцы мягкие, внимательные. Каждый жест — будто спрашивал: «Можно?» И я позволяла. Не просто телом — всей собой. Впервые за долгое время я не чувствовала тревоги. Только желание. Только тепло. Его — сквозь кожу, сквозь дыхание, сквозь всё, что я успела выстроить между собой и миром.
Я не ожидала от него такой нежности. Король Севера обжигал. Он всегда был сдержанным, почти холодным, но в эту ночь... Арсен был огнём. Его страсть была как наэлектризованный воздух перед грозой. Молнией — только если я сама захочу прикоснуться.
И когда он опустился ко мне, когда его губы коснулись моей кожи, я поняла: он не торопится. Не берёт. Он отдаёт. С каждым движением — будто говорит, что я достойна быть любимой. Без условий.
Арсен целовал меня так, будто не собирался останавливаться никогда. Как будто я — воздух, которого ему не хватало всю жизнь.
Он снял бюстгалтер быстро, но бережно. Провёл пальцами по ключицам, будто рисовал запятые. Его ладони были горячими, твердыми. Контраст с моей кожей — будто искра. Когда он склонился к моей шее, обжигая поцелуями, я задохнулась. Слова растворились. Осталось только тело и ощущение.
Его рот на моей груди — тёплый, влажный, требовательный. Он знал, как прикасаться. Он знал, когда быть медленным, а когда — настойчивым. Его рука скользнула вниз, и я выгнулась к нему навстречу, сдавленно выдохнув его имя.
— Смотри на меня, — шепнул он, когда его пальцы нашли меня. — Я хочу видеть, как ты теряешь контроль.
И я теряла. Полностью. Под его движениями, под его дыханием, под тем, как он смотрел — жадно, жёстко и в то же время с нежностью, которая разрывала изнутри. Я стонала, не стесняясь. Он заставлял меня чувствовать каждую секунду, каждый изгиб, каждый миг, как первый раз.
Когда он вошёл в меня, я вскрикнула — от переполненности, от соединения, которое было не просто физическим. Он двигался медленно, глубоко, сдержанно, будто боялся причинить боль, но не мог остановиться. Он держал меня за бедра, за талию, за запястья — как будто боялся, что я исчезну. Мы были как единое пульсирующее существо, горящее изнутри.
Я чувствовала, как волна накатывает снова — сильнее, чем раньше. Арсен ускорил ритм, глядя в мои глаза. Его лицо — сосредоточенное, смятённое, полное желания. Он шептал моё имя, почти срываясь. И когда я закричала в его плечо, разрываясь на сотни искр — он следом потерял контроль. Его тело содрогнулось в моих руках, и он рухнул на меня, тяжело дыша, всё ещё обнимая крепко, как будто боялся, что я исчезну, если отпустит.
Я не была готова к той волне, что накрыла. Первый раз — по-настоящему. Без стыда. Без боли. Только чистое, звенящее блаженство, растворяющее меня до самого центра. Он не отпустил, не отстранился. Только гладил по волосам, пока дыхание не выровнялось. И в его прикосновениях — даже после — не было ни тени желания дистанции. Только... близость. Настоящая.
Я не знаю, кем я стала для него, что он решит дальше. Но сейчас, в этой постели, в этой тишине — я чувствую себя не просто желанной. Я чувствую себя важной. Нужной. И может быть... любимой.
Я впервые за долгое-долгое время чувствовала себя... дома.
Глава 16
POV Арсен
Самолёт едва оторвался от земли, а я уже пожалел, что вынужден покинуть ее. Я не привык оставлять что-то значимое позади. Обычно всё важное — под контролем, в радиусе вытянутой руки. Но сейчас я чувствовал себя откровенно... незащищённым. Как будто из меня вырвали кусок. Её кожа на моей, её дыхание, её голос, её ладони, прижатые к моей груди. Всё это продолжало жить во мне, пока я глотал кофе в терминале, отмахивался от звонков и машинально листал документы.
Наша ночь. Она была не просто близостью. В ней было что-то, чего я пытался не позволять себе — но теперь уже поздно. Я не могу больше от этого прятаться. Ана пробралась внутрь. Глубже, чем я хотел, чем позволял. Я держал стены — она не ломала их, она прошла сквозь них, как будто они были дымом.
Сейчас я лечу по делам, а мысленно — всё ещё касаюсь её плеча, щекочу подбородком виски, слышу, как она замирает под моей рукой. Черт возьми, Арсен… ты, мать его, влюбился. Это утверждение, которое больше не нуждается в доказательствах. И это пугает меня до боли. Сжимаю кулаки и решаюсь на шаг, оо одной мысли о котором просыпался по ночам в поту.
Я прошу адвоката привезти мне дело. Полное и детальное. С материалами по аварии. Всё, что он копал и собирал, пока я закрывал уши, пока боялся смотреть в лицо правде. Я не могу больше жить на грани. Я скажу Ане всё, когда вернусь. Расскажу. Без защиты, без обиняков. Если она решит уйти — я пойму. Но хотя бы узнаю. Смогу ли
