Не смотри в мои глаза - Анара Саган
Я отхожу разобрать вещи, которые нужно забрать, проверяю шкафчик. А Майки пока болтает с Арсеном, который сидит на краю кровати, рисует на листке схему вертолета.
— Если поставить тут утяжелители, будет устойчивее.
— А можно сделать двойной корпус? — с жаром спрашивает Майки.
— Конечно. Только тогда вес увеличится, придётся подумать над тягой.
Они обсуждают — так, будто знают друг друга сто лет. Майки хихикает. Я не верю своим глазам и ушам. Этот ребенок, замкнутый, недоверчивый, который сторонится чужих… вдруг шутит. Отвечает незнакомому человеку. Смеется. Хотя может не такой и незнакомый, кажется, теперь я знаю, откуда у Майки конструктор вертолета и чертежи. Я отхожу к окну и чувствую, как будто изнутри разливается что-то тёплое, медовое. Это не просто благодарность. И не просто облегчение.
Это — спокойствие. Наконец. Хоть немного. Я смотрю на них — и впервые за долгое время не думаю, как будет завтра. Потому что сейчас… правильно. Так, как нужно. И внутри — тишина. Настоящая. Живая.
И, может быть… мне этого не хватало всё это время. Я больше не одна. Мы — не одни. Рядом человек, который видит, слышит, понимает. Без слов. Без обещаний. Просто… есть. И мне хочется просто остаться в этом моменте. Чуть-чуть дольше.
Прежде чем снова придётся быть сильной.
— Арсен… — мягко зову я, когда мы уже выезжаем с парковки.
Он слегка поворачивает голову, но не отвечает.
— Ты раньше сказал, что часто бываешь в больнице. Я… можно спросить, почему?
Он не сразу отвечает. Его пальцы чуть крепче сжимают руль, челюсть напрягается. Глаза уходят вперёд, в темноту дороги.
Молчание всё говорит за него. Не хочет. Закрыт.
— Прости, — быстро говорю я и отворачиваюсь к окну.
Мы проезжаем пару светофоров. А потом, когда я уже отпустила вопрос, он вдруг говорит негромко:
— Там лежит мой отец. В коме. Уже почти месяц. Врачи говорят, если не очнется в ближайшие недели, шансов нет.
Я поворачиваюсь, но не знаю, что сказать. Просто тянусь и кладу ладонь поверх его руки. Не говорю ни слова. И не отпускаю. Он не смотрит на меня. Но пальцы под моей ладонью чуть шевелятся — будто отвечают. И этого снова достаточно.
О той ночи я подумаю позже. Сейчас я не выдержу еще и чувства вины. Но мне хочется показать ему, что и он не один.
POV Арсен
После больницы я собирался отвезти её домой. Быстро, без лишних разговоров — просто чтобы всё снова было под контролем. Чтобы взять паузу и подумать над тем, что я делаю и что собираюсь делать. Но она выглядела так, будто стояла на ногах только из упрямства. Выжатая. На грани.
— Ты не хочешь поужинать? — спрашиваю осторожно. Сам удивляюсь, что это звучит почти… мягко. Она смотрит на меня, как будто не понимает вопроса. Я делаю вид, что не замечаю. — Ты сегодня ничего не ела, кроме той ложки гречки, что насильно в тебя впихнула Марта. Это не считается едой.
Она улыбается. Настоящая улыбка. Уставшая, но — своя. И почему-то именно в этот момент мне становится легче дышать.
Кафе было почти пустым. Мягкий свет, приглушённые голоса. Обычное место, в котором можно спрятаться — от себя, от мира, от тревоги, что вонзилась в день с самого утра. Она сидела напротив, кутаясь в шарф, хотя в помещении было тепло. Смотрела на витрину, на людей, проходящих мимо. Не на меня. И всё же я знал — она ощущает мой взгляд. Я даже не знаю, что чувствую теперь, когда могу смотреть на нее, смотреть в ее глаза.
— Не думала, что ты вообще ешь, — сказала, когда официант ушёл с заказом.
Я чуть усмехнулся.
— Я больше похож на того, кто питается энергией разрушений?
Она слабо улыбается.
— Ну, ты не похож на того, кто заходит в кафе ради чизкейка.
— А зря. У них здесь неплохой. Почти стоит того, чтобы жить.
— Почти?
— Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на еду.
— Звучит ужасно грустно.
Я пожимаю плечами и слишком поздно понимаю, что сказал.
— А ты? — спрашиваю, чтобы как-то отвлечь ее или себя, перестать думать о краткосрочности жизни.
— Что? — недоуменно вскидывает голову.
— Что делает тебя счастливой?
Она смотрит на меня с осторожной улыбкой.
— А ты всегда либо безразличен, либо прешь напролом?
— Иногда проще спросить о счастье, чем клишированное и безжизненное: «Ты в порядке?»
Она опускает глаза, о чем-то задумавшись.
— Не знаю. Я... забыла, как это — быть счастливой. В последнее время всё на выживание.
Она замолкает. Мы сидим в молчании по ощущениям вечность, но вдруг она разрушает эту тишину и почти шёпотом говорит:
— Наверное, когда Майки смеётся. Или когда не надо никуда бежать.
Я киваю. Ничего не отвечаю. Просто запоминаю.
— А ты? — неожиданно спрашивает она.
Я растерянно моргаю.
— Я? — все еще ошарашенно спрашиваю, как будто мог перепутать.
— Да, — смеется она только губами, глаза остаются уставшие и грустные. — Не увиливай. Ты первый начал.
— У меня… наверное, когда всё тихо. Не в ушах, не в голове. Просто... тишина, в которой можно забыть о тревогах и просто почувствовать мгновение.
Снова молчим. Почти о такой тишине я говорил. Тишина, как ночью, когда она была рядом и я понимал, что все вокруг неважно.
Когда приносят еду, она смотрит какое-то время на чашку чая. Потом размешивает сахар слишком долго, снова погружаясь в свои мысли. Я не вмешиваюсь, потому что не знаю, что сказать. И тут она, не глядя на меня, тихо спрашивает:
— Почему ты все это делаешь?
Вопрос повисает между нами. Простой и невозможный. Я подношу чашку к губам.
— Иногда проще быть рядом, чем объяснить, зачем ты рядом.
Она смотрит на меня. Долго.
— Звучит как цитата из книги, которую я бы перечитала, — снова легкая улыбка.
Она уводит взгляд. Вдох — долгий, чуть дрожащий.
— Спасибо, — говорит. — Просто… за все.
— Не нужно, Ана. Я ведь говорил: я рядом.
Она не спрашивает, что это значит. Я не объясняю. Мы оба еще не готовы, мы оба еще не до конца понимаем. Мы едим молча, но внутри — грохот чувств, о которых мы оба не решаемся говорить вслух. Как будто любое слово — это шаг в сторону, на хрупкий лёд.
Но мы уже давно на нём.
Глава 14
POV Арсен
Иногда, чтобы услышать главное, не обязательно подслушивать. Достаточно быть рядом.
Я вышел из кабинета, чтобы напомнить Ане про свою командировку, узнать,
