Непокорный наследник - Мишель Хёрд
— Да, — отвечаю я, нанося блеск для губ. — Ты же знаешь, мне плевать, что думают люди.
— Тоже верно. — Она вздыхает. — Главное, чтобы ты была счастлива.
Я поворачиваюсь к подруге с сияющей улыбкой:
— Я счастлива.
— Что ж, ты готова. Наслаждайся вечером. — Хана идет к двери и, открыв ее, сталкивается нос к носу с Као, который как раз собирался постучать. — Твоя девочка готова, — поддразнивает она его, прежде чем исчезнуть в коридоре.
Као заходит в комнату, его взгляд медленно скользит по мне, а затем он шепчет:
— Ты выглядишь прекрасно. Как и всегда.
Я замираю, любуясь им. На нем коричневые брюки чинос и светло-голубая рубашка, которая ничуть не скрывает его мускулистое тело.
Вкуснятина.
Мой взгляд встречается с его гипнотическими голубыми глазами. Все знают, что я помешана на контроле, но глаза Као — единственное место, где я хочу потерять его окончательно.
С тех пор как я обнаружила у себя гормоны, я была в него влюблена. Но когда я переехала в этот корпус и стала видеть его каждый день, симпатия переросла в любовь. Као идеален во всем. Он терпеливый, заботливый и обладает той внутренней силой, которая заставляет тебя ослабить защиту. Одним взглядом он может обнажить мою душу.
— Привет, красавчик, — говорю я. Взяв со стола колье, подхожу к нему. — Поможешь надеть?
Као кивает. Я поворачиваюсь к нему спиной. Чувствую, как его пальцы касаются кожи, когда он перекидывает мои волосы через правое плечо, и по моему телу пробегают мурашки. Он застегивает замочек. Когда он наклоняется, и я чувствую его дыхание на своей шее, мои губы приоткрываются, а глаза закрываются. Его губы едва касаются моей кожи, и внутри меня все сжимается.
Затем он отстраняется, и момент тает.
— Ты готова?
Развернувшись к нему, я киваю:
— Я была готова годами.
Уголок его рта приподнимается в чертовски сексуальной ухмылке.
— Годами?
Проходя мимо него, я игриво хлопаю ресницами:
— Это секрет, которым я поделюсь с тобой когда-нибудь потом.
— Хм, я и не знал, что у нас есть друг от друга секреты.
Я беру его за руку, поддразнивая:
— Всего один.
Когда мы выходим в гостиную, Ноа отрывается от телевизора.
— Езжайте осторожно.
— Всегда, — отвечает Као.
— И привезите остатки домой! — кричит Ноа нам вдогонку.
— Обязательно.
У лифта я спрашиваю:
— Ноа знает, что у нас свидание?
— Я не говорил ему, но уверен, он догадывается. От него сложно что-то скрыть, — отвечает Као.
Заходим в лифт, и я признаюсь:
— А я сказала Хане.
Као подносит наши переплетенные руки к губам и целует тыльную сторону моей ладони.
— Это нормально.
Выходя из здания, мы слышим голос Нейта, одного из младшекурсников:
— Отлично выглядите, ребята!
— Спасибо, — отвечаю я.
Подойдя к машине Као, я жду, пока он откроет мне пассажирскую дверь. Мой взгляд следует за ним, пока он обходит машину, и я пристегиваюсь, когда он садится за руль. Мы дарим друг другу улыбку, прежде чем он выруливает с кампуса.
Вот оно. Наконец-то.
— Если поехать по тридцать третьему шоссе, а потом свернуть на Фэйрвью, мы доберемся быстрее, — замечаю я.
Као смеется:
— Слушаюсь, мэм.
В машине на мгновение воцаряется тишина, затем я спрашиваю:
— Почему ты пригласил меня именно сегодня?
Као мельком смотрит на меня:
— На свидание?
Я киваю.
— Да. Почему не раньше?
— Как я уже говорил, я хочу, чтобы все шло медленно. Хочу насладиться каждым моментом. — Его взгляд встречается с моим на секунду, прежде чем вернуться к дороге. — Люди часто спешат, и в итоге упускают самое лучшее.
— Самое лучшее? — переспрашиваю я.
— Момент влюбленности. Бабочки в животе. Предвкушение первого поцелуя. Знаешь, все эти романтические штучки, которые нравятся девушкам.
Мои губы растягиваются в улыбке.
— Ты можешь быть еще более идеальным?
Он усмехается:
— Только в твоих глазах.
Его ответ заставляет меня спросить:
— Ты веришь в родственные души?
Као задумывается на мгновение, а затем шепчет:
— Две половинки одной души?
Я киваю, не отрывая взгляда от его лица.
Он улыбается мне:
— Да.
ГЛАВА 2
ФЭЛЛОН
На улице чудесная ночь, и пока мы едем в ресторан, предвкушение
внутри меня только растет. Мои мысли пускаются в пляс: интересно, случится ли у нас сегодня первый настоящий поцелуй?
Боже, я ни за что не закажу ничего с чесноком. Так, на всякий случай.
Мой взгляд то и дело задерживается на лице Као. Он, несомненно, самый привлекательный мужчина из всех, кого я видела. Его черты безупречны. А глаза — чистейшая синева. Они похожи на небеса после дождя, когда воздух становится прозрачным.
Уголок его рта приподнимается, он мельком смотрит на меня.
— Почему ты на меня так смотришь?
— Это вообще-то несправедливо, что ты такой красивый, — бормочу я.
Усмехнувшись, он спрашивает:
— Почему?
— Ты просто выходишь из душа, натягиваешь одежду — и готов. А мне приходится наносить макияж, прежде чем я рискну высунуть нос из спальни, иначе у вас у всех будут сердечные приступы. — Я вспоминаю инцидент с плойкой и добавляю: — Я чуть не сожгла себе лицо плойкой. — Я облегченно смеюсь.
Као бросает на меня взгляд, и я продолжаю:
— К счастью, лицо осталось при мне. Представляешь, что бы было? — Я закатываю глаза. — Нас бы называли «Красавица и чудовище». — Я улыбаюсь ему. — Причем красавицей был бы ты, конечно.
— Никогда, — он качает головой. — Для меня ты всегда будешь прекрасна.
Я издаю шутливый вздох.
— Даже когда я буду старой и сморщенной?
Глаза Као на мгновение встречаются с моими, но прежде чем он успевает ответить, наше внимание привлекает визг шин.
Као резко бьет по тормозам, дергая руль вправо.
— Черт!
Его правая рука с силой прижимает меня к спинке кресла прямо перед тем, как скрежет сминаемого металла заполняет мои уши. За ним следует громкий хлопок, а затем звук, похожий на раскаты грома и удар молнии.
От шока по лицу разбегаются «иголки».
— Као!
Мне удается вскрикнуть, когда из легких выбивает весь воздух. Мое тело дергается вперед, затем в сторону, когда наш автомобиль переворачивается, прежде чем снова приземлиться на колеса. Меня
