Время, прости! - Татьяна Михайловна Тронина
А вот я уже на красной дорожке. Вокруг ослепительные вспышки фотокамер и крики: «Хелен! Посмотрите сюда!» Шелковое платье ласкает мое загорелое тело, обволакивая его при каждом движении, а жемчуг на шее приятно холодит кожу.
Вот я на сцене, в руках тяжелая статуэтка. «Оскар». Я произношу благодарственную речь. И да, я говорю по-английски. На языке, который я не знаю сейчас, но который обязательно выучу.
Но сквозь гул аплодисментов и блеск восторженных глаз я уже слышала другой звук – настойчивый стук собственного сердца, выбивающий мотив песенки, состоящей из единственного слова: «Обманщица. Обманщица!»
Ведь моим партнером в этом новом мире станет страх. Страх, что кто-то разоблачит меня. Как я боюсь здесь, так я буду бояться и там, только еще сильнее… И тогда эта солнечная Калифорния, вся эта слава и блеск превратятся в самую унылую и безотрадную пустыню на свете.
И я хочу спасти свой мир, а не переселиться в другой – приторно-комфортный и стерильно-благополучный. В той Калифорнии я тихо сойду с ума, найду утешение на дне бутылки или случится со мной нечто еще более неотвратимое…
Да, я получу возможность сбежать от тьмы надвигающихся девяностых – криминала, голода, разрухи, упадка всего… От главной геополитической катастрофы ХХ века – распада СССР.
Да, мне не придется присутствовать при развале экономики, тотальном обнищании населения, разрушении всей системы здравоохранения и социального обеспечения граждан… Когда полностью остановятся целые отрасли экономики. А сколько человеческих надежд и жизней унесет нищета «святых девяностых»!
А если посчитать не родившихся из-за всех этих проблем детей? Демографическая яма оставит шрам на многих поколениях. Я слышала даже такую версию: если бы все, кто мог, родились в тот период, то, возможно, пенсионный возраст и не пришлось бы позже повышать.
После двадцать пятого декабря 1991 года миллионы русских людей осознают, что они, никуда не выезжая, вдруг оказались за пределами своей родины – России. Не проиграв ни в одной битве, наше государство потеряет значительные территории и людей, перестав быть одной шестой частью суши.
России потребуются десятилетия, чтобы восстановиться потом после этой катастрофы.
Мы станем сильнее, но шрамы никуда не денутся.
Да, да, трижды да – я могу избежать темных времен, удрав из страны, но неужели это сделает меня счастливой?
И есть еще и главный минус этого проекта – это то, что рядом со мной не будет Артура.
…Я ворвалась домой с намерением все рассказать Артуру – о Павле и его предательском предложении.
Артур сидел за письменным столом в нашей комнате, разложив перед собой какие-то чертежи. Услышав стук двери, мельком взглянул на меня, опять уткнулся в свои записи, поднял руку и произнес:
– Привет. Погоди пять минут… я работаю. Дай закончить мысль, это очень важно.
Я послушно села на стул у стены, сложив руки на коленях.
– В принципе все готово, – чуть позже уже свободным тоном заговорил Артур, листая тетрадь. – С технической частью проблем нет. Вот смотри: я сейчас доработал идею о перемещениях во времени, которую мой брат Николай завершит в будущем. И вот какой забавный парадокс получился, сама посуди… Откуда у Николая изначально взялась эта идея? От меня из прошлого! А я получил ее доработанной и примененной на практике – от него из будущего! Значит, у идеи не один автор, а два! И у нее нет единого времени создания! Получается, идея о создании машины времени окончательно родилась и оформилась во временной петле! – Артур посмотрел на меня внимательно, затем произнес со вздохом: – Короче. Мы сможем отправить Никитина в 2025 год буквально в ближайшие дни. – Муж мой помолчал и добавил серьезно: – И знаешь, я буду рад избавиться от этого человека – по крайней мере, на ближайшие сорок шесть лет.
– Я догадывалась, какие чувства ты испытываешь к Никитину, – пробормотала я.
– Послушай, Алена, ну я, конечно, тот еще безумный ревнивец, но ты же не лучше, я знаю… Нам с тобой категорически нельзя ревновать друг друга. От Никитина мы избавимся, но… – Артур помолчал, с акробатической ловкостью крутя толстый цанговый карандаш в пальцах, потом продолжил: – Но, пожалуйста, прошу: больше никаких тайн друг от друга. Ты не должна от меня ничего скрывать. Поняла? Если ты дашь мне еще хоть один повод ревновать тебя, то это будет точка невозврата. Мы расстанемся. Изменить ты имеешь право, я пойму. Но если я об этом узнаю, выяснять ничего не буду – просто уйду. Ты свободна в своих решениях, но и я свободен выбирать.
Все так: в жилах моего мужа течет горячая французская кровь, он человек страстный, порой неистовый. В прошлой, параллельной жизни это уже привело к трагедии: Валерия зарезала его во время ссоры – в тот день разгорелись страсти в любовном треугольнике между Артуром, Валерией и ее новым поклонником Борисом.
В этой версии жизни я сумела спасти Артура от смерти. Он стал моим мужем, мы мечтали о детях.
И тут на меня внезапно сошло озарение: я не должна рассказывать своему мужу о Павле. О том, как тот меня преследует, что нашептывает, пытаясь всеми силами разрушить наш брак. Толкать сейчас Артура на новый «поединок», на сей раз с Павлом, – было бы непростительной глупостью!
Я открыла рот, а потом закрыла.
– Я тебя понимаю, – кротко ответила я. – Никаких поводов!
– Да, но как сейчас объяснить окружающим исчезновение Никитина? – тем временем заметил Артур. – Это очень тонкий момент… Мы все можем на нем погореть. Его будут искать: он милиционер – его коллеги не успокоятся, пока не найдут тело. А тела-то и нет! Ты обсуждала этот момент с Никитиным?
– Да, – сказала я. – Кажется, придумали удачно: якобы Никитин погибнет в схватке с очередным преступником. Опять реальным, заметь! – Я подняла палец, подчеркивая свою мысль. – Подробностей пока не знаю, но Никитин обещал продумать эту историю досконально. А мне вот что интересно… Неужели он встретит в будущем нас уже состарившихся?
– Если с нами ничего не случится и мы не умрем от какой-либо болезни или чего-то еще, то да, – кивнул Артур. – Или же Никитин попадет в то будущее, где нас уже нет. Ведь в исходной линии меня убила Валерия в августе 1979 года, а ты исчезла весной 2025-го, отправившись в прошлое в капсуле времени, созданной Николаем. А вообще, повторю: теория не дает четкого ответа. Возможно, он встретит там нас постаревших. Возможно, наше вмешательство создаст новую ветку истории. А возможно, наше нынешнее изменится так,
