Измена. Цена твоей слабости - Оксана Алексаева
Резким движением закрываю рот, даже не зная, что ей сказать. В голове крутится много мыслей, но по итогу лишь слышу, как Скороходова прощается с лёгкой ноткой сарказма:
— Желаю вам с женой счастья, любви и понимания друг друга! Чао, Ванюш!
Сижу в полном шоке. Что это сейчас было?
Эта стерва, значит, получила свое! Главную роль! А я… А я все никак не могу помириться с женой. Где же справедливость?!
Глава 26
Дарья
Проснулась сегодня утром в объятиях Ивана. Тепло его тела, знакомый запах… Все это окутало меня невероятным чувством покоя и умиротворения. Тогда я поняла, что лёд, сковывающий мое сердце после всего случившегося, вдруг начал таять. Медленно и постепенно, словно под лучами ласкового солнца, как будто боясь спугнуть это хрупкое ощущение.
Новости о Диане и моем муже, которые ещё совсем недавно, казалось, разрывали меня на части, наконец начинают сходить на нет, перестают быть главной темой для обсуждения, уступая место чему-то более важному. Сплетни и пересуды рассеиваются, открывая вид на то, что действительно имеет значение — наши отношения с Ваней и наша семья.
В моей измученной душе наконец разливается покой.
Это такое блаженное, давно забытое чувство, которое я бережно храню, словно боясь потерять. Кажется, я готова сделать всё, чтобы сохранить его.
День проходит в приятных хлопотах. Занимаюсь домашними делами, гуляю с Демой и Мотей во дворе. Они постоянно спрашивают о папе.
А я… Постоянно о нем думаю.
Ближе к вечеру ловлю себя на мысли, что жду Ваню. Жду его возвращения. Готовлю ужин, на каком-то инстинктивном уровне ставлю для него тарелку.
Завтра срок аренды этого дома подходит к концу, и… Я очень хочу вернуться домой. В наш дом. Хочу, чтобы в нашей семье всё было как раньше. Чтобы мы снова были вместе. Целая, дружная и счастливая семья…
Ещё недавно я была уверена, что все это разрушено безвозвратно, а теперь я словно обрела мощную мотивацию бороться за свое счастье.
Вдруг слышу шум подъезжающей машины. Сердце начинает биться чаще, руки слегка подрагивают.
Ваня приехал. Стараюсь сделать непринужденный вид, будто бы ничего особенного не происходит. Спокойно помешиваю суп в кастрюле.
Ваня заходит в дом. Следом за ним и дети. Они переглядываются, то и дело посылают мне хитрые ухмылки. Все никак не могут забыть утренний инцидент. Они так хотят, чтобы мы помирились… Если быть точнее, то судя по их взглядам, они уже уверены в том, что наш разлад закончился.
В руках у Вани красуется букет моих любимых роз.
Он подходит ко мне, вручает цветы и как бы невзначай мягко целует в щеку.
— Привет, — шепчет Ваня мне на ухо.
Сердце вздрагивает, встрепенувшись, словно зверь, запертый в клетке. Понимаю, как же сильно скучала по нему. По его прикосновениям, по его голосу, по его… Любви. По нему всему.
— Привет, — отвечаю я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. Садимся за ужин. Дети оживленно щебечут, рассказывая о своих
приключениях. Ваня молчит, но я чувствую его взгляд на себе. Теплый, ласковый и любящий. Он будто бы весь ужин не сводит с меня глаз.
Ощущаю чувство комфорта и тепла. Такого уюта, какой может быть только в кругу семьи. В кругу самых близких и родных людей.
В этот момент понимаю, что не хочу потерять свою семью. Что готова поверить Ване. Простить его. Ведь я вижу, как искренне он переживает наш конфликт. Как тоже хочет всё вернуть. Как любит нас, меня и детей.
Да и дети… В первую очередь я думаю о них. Вижу их сияющие улыбки и понимаю, что счастье моих детей — самая важная награда. Ради них я готова на всё. Даже на то, чтобы забыть про боль и обиду. И начать всё сначала. С чистого листа.
Ужин заканчивается. Дети, сытые и довольные, расходятся по комнатам, оставляя нас с Ваней наедине. Он, как и вчера, заботливо помогает мне убраться со стола. Молча собирает тарелки, складывает их в посудомоечную машину. В его движениях чувствуется какая-то настороженность.
Затем он подходит ко мне. Так близко, что я чувствую его дыхание на своей коже. Немного растерянно улыбается, словно не зная, с чего начать.
— Я сегодня созванивался с Дианой, — наконец произносит муж. — В общем, она улетела в Москву. Больше она нас не потревожит…
Голос Вани выдает едва заметная дрожь. Он нервничает. Пытается это скрыть, но я… Я знаю его слишком хорошо. Мы прожили вместе столько лет… Этого не отнять. Во взгляде мелькает тень тревоги и страха. Я знаю, он тоже боится нас потерять. Боится, что я не смогу его простить.
— Я записал разговор, послушаешь? — спрашивает он, словно ища подтверждения своим словам.
— Не надо, Вань, — резко перебиваю я его, и лицо мужа резко помрачнело. Не хочу слушать её голос. Не хочу знать, что она говорила. Это уже не важно. — Улетела, и слава богу. Пусть строит свою жизнь где-нибудь подальше от нас.
Ваня кивает в согласии. Словно камень с души упал. Да и с моей тоже.
— Ей предложили роль в каком-то новом сериале. Она добилась, чего хотела… — голос мужа сочится сдерживаемой яростью.
— Бог ей судья, — произношу на выдохе, делая шаг ему навстречу. Больше не хочу думать о ней. Хочу думать о нас. О нашей семье.
— Даш, ты мне веришь? — спрашивает Ваня, напрягаясь всем телом. Он понимает, что сейчас от моего ответа зависит многое. Точнее, всё. Наша будущая жизнь.
Осторожно беру его за руки. Теплые, немного грубоватые. Но такие родные. Такие… Мои.
Смотрю ему в глаза. В них — надежда, тревога и любовь. Я её вижу. Чувствую. Такая же сильная, как и моя.
— Верю, Вань. Верю, — выдаю я, ощущаю облегчение внутри, и то, как моя душа наполняется теплом. Теплом прощения, любви и надежды. Надежды на то, что мы сумеем продолжить жить дальше. Так, словно ничего и не было. Главное — вместе.
Эпилог
Дарья
Три месяца спустя
Теплый песок ласкает мои босые ноги. Воздух наполнен яркими ароматами экзотических цветов. Звуки океана, словно ласковая колыбельная, убаюкивают душу.
Мальдивы. Рай на земле. Именно здесь, среди этой неземной красоты, мы с Ваней и нашими пятью сорванцами проводим незабываемые дни.
Побывать в этом райском месте было моей давней мечтой. Как-то я в шутку сказала Ване, что хотела бы очутиться здесь, на берегу океана среди
