После развода. Ты вернешься, но я не прощу - Элли Лартер
К счастью, мне почти сразу называют номер ее дома, туда я и направляюсь.
Даша открывает не сразу, а когда все-таки открывает, очень удивляется:
— Ты... зачем ты здесь?!
— Что значит — зачем?! — раздражаюсь я. — Я знал, что ты здесь. Мне сказали на ресепшене, что ты одна. Чего встала на дороге?! Подвинься!
Неужели непонятно, что если я пришел к ней, несмотря на наши ссоры и решение развестись, значит, мне просто некуда больше идти?!
— Но это не тот дом, что мы изначально сняли! И этот я оплатила сама! Одна! Для себя, ясно?! У тебя нет никакого права здесь находиться!
— Тебе что, жалко, что ли?! — фыркаю я. — Оказалось, что свободных домиков нет! У моей спутницы здесь друзья, они ее пустили, а мне что делать прикажешь?! Возвращаться в город на ночь глядя?! Искать другие гостевые домики?! Я переночую здесь сегодня — а завтра уйду, обещаю!
Вот ведь нравится ей унижать меня!
— Но...
— Да замолчи ты уже, честное слово, дос... — начинаю я, пытаясь ее заткнуть, но в этот момент на сцене появляется третий персонаж — тот самый ее новый друг, с которым я видел ее в отеле в Иркутске.
Ничего себе!
А женушка-то моя времени зря не теряла, выходит!
— Серьезно?! — фыркаю я. — Вот настолько ты на меня обиделась?! Что решила сразу затащить в постель другого мужика?!
— Что вы себе позволяете?! — возмущается мужик.
— Вы тот самый ее друг, да?! Отличный друг, как я посмотрю!
— Вас это не касается. Убирайтесь прочь из номера Дарьи, или я буду вынужден вызвать охрану отеля, а то и полицию.
Меня, конечно, это чертовски забавляет.
Полицию? Серьезно?! Он?! На меня?! Смешно...
Вот только Даша его поддерживает, говорит мне:
— Убирайся.
— Что?! — не верю я, потому что обычно она себя так не ведет. — Выгонишь меня на мороз?!
— Да. Мне плевать, где ты будешь ночевать, куда ты поедешь сейчас. Ты вообще оставил меня в аэропорту в чужом городе искать сына. Я разобралась. И ты тоже как-нибудь разберешься. Давай, вали... я серьезно. Я считаю до пяти. Раз...
— Какая же ты стерва!
— Два... Три...
— А ты, — обращаюсь я к ее гостю, прежде чем уйти. — Ты вообще урод тот еще, соблазнил чужую жену. Ты в курсе, что она еще не разведена?! А может, и не разведется! Знаешь ли, милые бранятся, только тешатся...
— Не неси бред! Четыре! Пять! Все, я звоню на ресепшен...
Я не дожидаюсь, когда она воплотит свои угрозы в реальность, и просто ухожу.
Пусть развлекаются.
Мне аж противно становится.
А еще противнее то, что надо где-то ночевать... и желательно — здесь, а не в Иркутске, потому что расставаться с подцепленной девчонкой совершенно не хочется.
Я возвращаюсь на ресепшен, чтобы уточнить, не могут ли меня поселить в административном корпусе.
Девушка-администратор соглашается, обещая мне кушетку.
Да уж, не так я представлял себе отдых на Байкале...
29 глава. ДАРЬЯ
Я с трудом разлепляю сонные веки и вижу перед собой Матвея.
— Доброе утро! — говорит он, широко улыбаясь.
— Доброе, — киваю я рассеянно.
Он, кажется, чувствует себя прекрасно и совсем не смущен тем, что произошло между нами сегодня ночью...
А я вот смущена.
Нет, все было чудесно, мне очень понравилось.
Больше скажу: от одного воспоминания о том, что он делал со мной и моим телом, у меня по коже пробегают мурашки, а на щеках появляется румянец...
Я и не знала, что так можно... в нашем-то возрасте!
Мне кажется, наш последний отличный секс с мужем, такой, чтобы я после него лежала пластом и думала: о боже, как же хорошо! — был... ну, не знаю... лет десять назад?! То есть, когда сын еще был совсем малышом!
А потом Макс вырос, стал умным, пронырливым, прятаться стало сложнее, а еще эта работа, быт, дела, возраст, болезни, ссоры... в общем, все умерло.
Впрочем, теперь выясняется, что умерло-то только у меня: муж нашел любовницу и развлекался с ней.
У нас секс тоже не пропал, но стал реже и... пресным каким-то. Никаким.
Честно, я пыталась разнообразить нашу с Витей интимную жизнь.
Но ничего не получалось.
В любом случае, то, что было между мной и Матвеем этой ночью, можно назвать самым настоящим возрождением моей чувственности.
Было нежно, было страстно, было горячо.
Вот только теперь, утром следующего дня, как-то неловко и даже стыдно.
И потому, что мы едва знакомы с этим мужчиной.
И потому, что через несколько дней мы расстанемся и наверняка не увидимся больше никогда...
Так, стоп!
Я что, опять себя корю, ругаю?!
Я что, опять запрещаю себе то, что мой муж себе разрешил и с превеликим удовольствием делал у меня за спиной?!
Ну да...
Почему ему можно, а мне — нет?!
— Ты еще не проснулась, — констатирует Матвей, видя, что я, хоть и открыла глаза, смотрю в никуда пустым взглядом, задумчивая и где-то глубоко в себе...
— Да, ты прав, — рассеянно киваю. — Но я постараюсь проснуться... сейчас, дай мне всего пару минут.
— Да все в порядке, не торопись, — говорит он. — Времени — всего-то десять утра. А катание на собачьих упряжках я забронировал нам на час дня! Раньше мест не было... Успеем принять душ, позавтракать, собраться и доехать до места...
— Ого! — восклицаю я. — Ты забронировал нам катание?!
— Ну да, ты против?!
— Не-е-ет, это замечательно, спасибо! Я-то обо всем забыла...
— Неудивительно, — улыбается мужчина. — Вчера был долгий и сложный день... Но я привык рано вставать, потому что обычно летом перед работой бегаю, а зимой хожу в тренажерный зал. Вот и сегодня, несмотря на выходной день, проснулся в начале восьмого... сначала пытался заснуть, а потом, отчаявшись, решил посмотреть нам туры...
— Ты что, так и не спал с семи утра?! — ужасаюсь я, вспоминая, что уснули мы только в четыре часа утра.
— Ну, подремал полчаса между девятью и десятью...
— Мало, — я качаю головой.
— Что поделать, — мужчина пожимает плечами. — Постараюсь сегодня лечь пораньше... если ты, конечно, позволишь.
Он лукаво улыбается, а я снова начинаю краснеть.
— Все в порядке?! — заботливо спрашивает Матвей.
— Да, — я киваю и наконец сажусь в постели.
— Иди в душ первая. Потом я. Позавтракаем в ресторане в административном доме — или лучше заказать еду в номер?!
— Можно в номер... только, чур, сегодня твоя очередь выбирать!
Матвей смеется:
— Договорились!
Он берет с прикроватной тумбочки меню, а я отправляюсь в душ, чтобы там окончательно проснуться и
