Спор не по правилам - Екатерина Юрьевна Васина
— И все надо будет вызвать врача-а-а-а! — слышу стонущий голос Татьяны, а ее перебивает Тим.
— Врач тут, Татьяна, и он вам советует замолчать и перестать пугать ребенка.
Он в своей манере: холодно-вежлив с легким оттенком иронии. И этот непередаваемый взгляд матом!
Я тоже так хочу научиться.
Но пока что просто беру Дарью за руку и направляюсь к родителям.
А они прямо резко переменились. И Арсеньевой уже улыбаются так, точно она им почку согласилась отдать.
Ее вообще что-то может пронять?
А… голый мужик в одной комнате, точно!
Но тут никто не раздевается, так что Дарья излучает легкую настороженность пополам с вежливостью.
Нервы, наверное, титано-вольфрамовые.
Ей бы в детском садике работать.
В машине между нами нет напряженного молчания. Мы разговариваем обо всем так, точно уже много лет на одной волне. Так что поездка до ее общаги проходит очень и очень приятно.
Не помню уже когда с таким удовольствием просто общался с девушкой, которая не пускает на меня слюни и не пытается обратить на себя внимание глубоким декольте.
И главное губы не облизывает. Меня аж передергивает вечно от такого жеста. Прямо каждый раз представляю, как спутница моя выстреливает своим языком и хватает меня за ширинку.
Да тьфу ты!
— Илья Романович!
Фух, зрелище девицы с языком-удавкой исчезает, ехидно подмигнув напоследок. А я понимаю, что мы уже стоим перед общагой.
— Илья Романович, с вами все хорошо?
Нет, у меня в мозгах хрень какая-то. Идеи странные так туда и лезут, и лезут.
— Со мной все отлично, Арсеньева. — смотрю на водителя такси. — Заплачу тройной тариф, если подождете меня пятнадцать минут.
— Хозяин-барин. — лениво отзывается тот. — Только наличкой.
Молча киваю и вылезаю следом за Дарьей.
Да уж, ебушки-воробушки, одевается она, конечно, оху… ох как ужасно. Хотя, если я ее правильно понял, то она явно боится мужчин и старается не привлекать к себе внимание. Так что подбор одежды в этом случае очень удачный. Скрывает все.
— Скажи-ка мне такую штуку, Арсеньева. — тяну задумчиво, зачем-то разглядывая освещенные окна общаги. У дверей трется развеселая компания, которая то и дело разражается хохотом. Рядом с ними кот намывает уши.
Где-то орет сигналка автомобиля.
И безумно хорошо пахнет весной.
— Что, Илья Романович?
— Как ты себе представляешь то, о чем меня попросила?
На самом деле вопрос то логичный. Я, конечно, человек многих талантов, но ни разу не психолог.
— Ну… — опа, а кто-то растерялся. — Я… наверное, мы будем встречаться и стараться делать так, чтобы мой страх ушел.
— Когда встречаться? Ты работаешь на двух работах, деточка, плюс учеба. Слушай, ты высыпаешься вообще?
— Куда высыпаюсь? — шутка так себе, если честно. — Илья Романович, я составлю план действий, не волнуйтесь.
— Да я не волнуюсь, деточка, просто размышляю вслух. Судя по твоим роскошным синякам под глазами — ты спишь от силы часов пять, верно?
Отводит глаза. Значит в точку попал.
Ну да, в двадцать один тебе обычно кажется, что ты, сцуко, бессмертный.
Впрочем, в тридцать четыре тоже накатывает.
Сейчас, например.
— Илья Романович, — ой, кто-то слегка раздражен, — вы пляски не устраивайте. Со мной лучше говорить в лоб, честно.
— Ладно. — пожимаю плечами. — В лоб так в лоб. Переезжай ко мне, Арсеньева. Будем хреначить твои страхи двадцать четыре на семь.
Глава 8
Мне требуется три медленных моргания, чтобы осознать сказанное.
Может, я все же заснула по дороге в общагу и теперь мне все это снится?
Но нет, сиденье под жопкой греет очень даже реалистично, да и царапина на пальце саднит как положено. У меня дурацкая привычка царапать кожу на пальцах, когда нервничаю.
А сегодня я прям от души потренировала свои нервишки.
— Илья Романович, — выдавливаю короткий смешок, он тает в теплом салоне машины, — вы шутник, да?
— Я люблю шутить, но сейчас точно не про это.
— Илья Романович! Вы как себе это представляете?!
— Вообще без проблем. — пожимает плечами так, точно я фигню спрашиваю. — Сейчас все по полочкам разложу. Только давай вот без этих “ах, я не могу” и “это неприлично” и уж тем более избавь меня от “ты будешь приставать”.
У меня глаз дергается, но я киваю. Давайте, Илья Романович, жгите!
— Смотри, Дарья, какой у нас расклад. Тебе звиздец как надо перестать шарахаться от мужиков, а я в этом плане вроде как ок, потому что ты, во-первых, студентка, во-вторых, подружка моей племяшки. То есть дважды не моя категория.
Вот вроде правильные слова, которые меня должны успокоить. Но внутри вдруг царапает от этого “не моя категория”.
Фу, Даша, фу!
— Продолжайте, Илья Романович.
— Продолжаю Дарья. Так вот, я не смотрю на тебя, как на женщину. При этом согласен помочь тебе, так что предлагаю идеальный вариант. У меня три спальни, гостиная, кухня, две ванные комнаты и три кладовки. Не то, чтобы это мне все необходимо…
Я не выдерживаю и хмыкаю.
— …но, — продолжает Илья Романович с ухмылкой, — я люблю простор. И у меня два котана, которые любят тыгыдыкать. Так вот, я к чему все это веду. Квартира достаточно большая, чтобы при желании мы с тобой не сталкивались. Но! При этом мы будем жить на одной площади. Дарья, если хочешь в будущем построить нормальную семью, то тебе придется научиться жить со мной на одной территории. Привыкать к тому, что тебя не тронут и не обидят. Учиться просыпаться и засыпать, не ожидая удара.
Что?! Жить в одной квартире с мужчиной?!
Это звучит как фантастика какая-то.
Разве я смогу?!
Опускаю взгляд на свои руки. Маникюра нет, ногти коротко острижены, две длинные царапины непонятно откуда.
Я ведь специально ничего не делаю, разве что только крем наношу на кожу. Чтобы ничто не привлекало ко мне внимание.
И все равно находятся такие, как Велицкий.
Но ему не верю ни на грош. Точно поспорил с кем-то не иначе. Потому как с чего вдруг мажору, к ногам которого падают красотки универа, западать на меня?
— Илья Романович, да вы меня сами прогоните после первого же обморока!
— Вряд ли. — мне еще и подмигивают, а у меня глаз в ответ так и норовит дернуться. — Я крайне настойчивый, чтоб ты знала. Так что… решай, Арсеньева. Когда дашь свой положительный ответ, то сразу и переедешь.
Можно я сейчас сделаю вид, что в домике.
Не хочу никуда ехать!
Можно сейчас Гарри Поттер взмахнет палочкой и я стану нормальной?
— До свидания,
