Просто останься - Юлия Юрьевна Бузакина
Таксист с безумным ужасом в глазах заводит мотор. Машина срывается с места и под яростное «Два!» и «Три!» несется по узкой дороге частного сектора обратно к перекрестку.
Нам вслед летят пули. К счастью, ни одна из них не попадает по колесам или по машине.
— Клоун! Только попади, я тебя по судам затаскаю! — высунувшись в окошко, кричу громко.
Водитель такси выжимает газ до упора, и машина вылетает за поворот, оставляя позади несостоявшегося тестя, который упорно целится в нас из охотничьего обреза.
— Ничего себе, поездочка! — орет он, вконец одуревший от происходящего. — Я требую компенсацию за моральный ущерб!
— Вот тебе компенсация, — глухо отзываюсь я. Нащупываю бумажник, достаю крупную купюру и кладу на приборную панель.
Мое разбитое сердце выжигает горечь. Я думал, что забыл ее. Думал, что получится жить дальше под гнетом моей семьи. Просто работать, спасать людей и изредка возвращаться домой к нелюбимой жене. Но сейчас, когда Катя вернулась в город, мне ненавистен мой мир без нее.
«Надо разорвать помолвку с дочерью прокурора, пока не поздно!» — приходит в голову единственное правильное решение.
Глава 14. Ян
Я открываю ключом дверь своей квартиры, швыряю пиджак и бумажник на комод. Едкая тишина в просторном холле давит на виски. В душе полный раздрай. Катя…
Горько улыбаюсь вслед воспоминаниям — как же отчаянно она пыталась сопротивляться моим поцелуям!
Теперь она меня точно к себе не подпустит. Ведь искрит между нами не по-детски. Пять лет прошло, но ничегошеньки ни изменилось. Не было у нее никакого служебного романа на стороне. Лгать Катя за годы нашей разлуки так и не научилась.
А выходка Сони вообще не укладывается в голове! Нет, я, конечно, никогда не питал иллюзий на ее счет, но после того, как она меня опозорила на глазах у всех коллег, мне окончательно ясно, что фрукт, который пытаются мне подсунуть прокурор и собственная мать, весьма испорчен.
Перед глазами все еще стоит Катя: ее широко распахнутые зеленые глаза, нежные губы, приторный запах вишневого сока, восхитительное, податливое тело, каждый сантиметр которого я помню до сих пор.
Я врубаю сплит-систему и остервенело рву пуговицы на рубашке. Кажется, еще немного, и я задохнусь в этой проклятой тишине.
Избавившись от рубашки, я надеваю длинный махровый халат. Пересекаю зону столовой, миную гостиную и распахиваю двойные двери, ведущие на просторную террасу.
Эта часть моего жилища особенно приятна. Здесь все обустроено для отдыха: барная стойка, мягкий диван с разноцветными декоративными подушками и даже зона для танцев.
Когда-то эту квартиру создавали мы с Катей. Как же нам нравилось танцевать босиком на танцполе при свете ярких звезд!
Я включаю подсветку, выбираю легкую музыку и медленно ступаю босыми ступнями по деревянному настилу. Раз, два, три, раз, два три… Становится так больно, что горло сжимает проклятый спазм.
Все воспоминания в одно мгновение оживают. Как будто и не было этих пяти лет.
Я устремляюсь к бару. Тянусь за бутылкой швепса, из встроенной в стену морозильной камеры добываю лед. Медленно лью шипучий напиток в бокал.
Как, черт возьми, я собирался привести в эту квартиру другую женщину?! Да здесь каждый уголок до сих пор дышит Катей!
Едва успеваю отпить глоток, как на краю барной стойки начинает вибрировать вызовом сотовый телефон.
Я посматриваю на экран и хмурюсь. Соня. Хм...
Интересно, чего она от меня хочет после того, как опозорила перед всеми? Впрочем, надо расставить все точки над «i». Тянуть больше нет смысла.
— Я тебя слушаю, Соня, — отпив глоток швепса, произношу устало.
— Ян, а ты… ты где сейчас?
Дрожащий голос невесты меня раздражает.
— Я дома, Соня. Где мне еще быть?
— А… а как же я? — В ее голосе столько недоумения, что мне становится тошно. — Ты что, не отвезешь меня домой?!
— Я уверен, что твой отец доставит тебя в целости и сохранности.
— Но, Ян, я не хочу, чтобы мой папа провожал меня домой! Для этого есть ты! Немедленно приезжай обратно и забери меня!
Я закатываю глаза.
— Сонь, неужели ты думаешь, что после твоей выходки между нами возможны какие-то отношения?!
— Не понимаю, что такого? Каждый может нечаянно пролить сок…
Надо же, она все еще пытается гнуть свою линию!
— Что такого?! Соня, ты забываешься! Впрочем, это все уже не важно.
— Мне кажется, Ян, это ты немного забываешься! У нас, вообще-то, свадьба через две недели… — начинает она, но я обрываю ее на полуслове:
— Свадьбы не будет. Между нами все кончено, — произношу холодно, отключаю телефон и опрокидываю в себя остатки швепса.
Представляю, какой завтра будет скандал! Впрочем, плевать. На все сейчас плевать. Помолвка разорвана, и капризы Сони больше не моя проблема.
Немного поразмыслив, я наполняю бокал швепсом до самых краев и устраиваюсь на диване.
Почему-то мне хочется пересмотреть видео, на котором запечатлена наша с Катей семейная жизнь. Одно время было модно делать видеозарисовки и выкладывать их в сеть. Мы с Катей тогда в этом преуспели — любое событие записывали на видео. Потом, когда разводились, Катя удалила наш канал. Уничтожила все, что было в сети, чтобы не вспоминать.
Надеюсь, я не удалил старую папку, в которую сбросил все видео, что мы снимали пять лет назад?
Я загружаю ноутбук, просматриваю файлы, и — о чудо! — в «корзине», которую не чистил сто лет, нахожу то, что мне так нужно.
Обычно у меня не бывает времени на сентиментальности, но почему-то именно сегодня, когда Катя снова оказалась в моих объятиях, мне хочется окунуться в воспоминания.
Я жму на «плэй» и открываю бутылку бренди.
Видеозаписи нашей с Катей семейной жизни все еще хранятся в архивах.
Небольшие видеозарисовки — вот она в свадебном платье, слышны крики «Горько!», перезвон бокалов, музыка. Наш первый танец мужа и жены… наше свадебное путешествие на две недели в Турцию. Потом — ремонт квартиры. Вот закончена наконец лоджия, и Катя в умопомрачительно облегающем черном платье с открытой спиной танцует для меня босиком на танцполе. Ее глаза горят счастьем, а мерцающие гирлянды придают образу таинственности.
Я на миг прикрываю глаза, отпиваю крепкий напиток, погружаясь в воспоминания о том, как хорошо нам было потом, когда я закинул ее на плечо и унес в нашу спальню.
Видео заканчивается, а я все сижу, уставившись в пустой экран.
Я думал, что, если перемещу папку в корзину, то смогу излечить свое сердце от зависимости по имени
