Одержимые - Витольд Гомбрович
– Я много раз с ним играла, он лучше меня! Можете смело рискнуть. Тогда он был совершенно деморализован Клоновичем! Я за него ручаюсь, – горячо упрашивала Майя, и Клонович, устрашившись перспективы одиночной игры с Врубелем, проявил несвойственную ему сговорчивость. Впрочем, после тех трех геймов всухую Лещук вовсе не казался ему опасным соперником.
– Что ж, это идея. В конце концов, замена экстренная. К тому же я тогда действительно немного его смутил. Если окажется, что он совсем никуда не годится, пусть Врубель играет только на меня, как-нибудь выкрутимся. Но согласится ли он?
Они с Майей подошли к трибуне и окликнули Лещука. И тут Клонович и Ратфинский сразу поняли, что это за история с якобы подвернутой ногой. Все было видно невооруженным глазом. До них, конечно же, донеслись слухи о подозрительных приключениях панны Охоловской, и вот теперь все подтверждалось. Если и был у нее какой-то сомнительный роман, то явно с этим Лещуком!
– Фи! – с отвращением проговорил Ратфинский.
Но отступать было уже поздно. Публика теряла терпение.
– Дамы и господа! – объявил капитан. – Вместо панны Охоловской будет играть пан Лещук.
– Кто?!
– Не хотим!
– Начинайте!
– Долой! Долой! Быстрее, бы-стре-е, бы-стре-е, бы-стре-е! – начали скандировать трибуны, опьяненные собственным ревом и летним зноем.
Под эти крики игроки и вышли на корт. Лещук с Клоновичем против Врубеля и Антонувны. Клонович вполголоса давал Лещуку указания:
– Главное, не мешайте мне! Старайтесь держаться в тени!
Мощная подача Врубеля прервала этот инструктаж. Игра началась.
Клонович не сумел отбить.
Лещук – тоже.
– Тридцать – ноль, – объявил судья.
Клонович снова не сумел отбить.
– Сорок – ноль.
– Нет игры! – вынесли вердикт трибуны.
Но четвертый мяч полетел как-то странно. Подача Врубеля, который не любил церемониться даже со слабым противником, была очень сложной и мощной. Тем не менее Лещук, этот случайный любитель, не только принял мяч, но и сумел так его укоротить, что отбить стало невозможно.
– Сорок – пятнадцать.
Затем повезло Клоновичу. Он отбил на Антонувну. Удар был не слишком сильным. Антонувна сыграла на Лещука, считая, что это более слабый соперник.
– На нее играйте! – прошептал Клонович. – Избегайте Врубеля!
Но Лещук мощно послал мяч Врубелю и бросился к сетке. Удар был великолепен, мяч полетел, словно пуля. Врубель отбил его только чудом. Клонович без труда принял мяч, но завершить розыгрыш не сумел.
И тут, к изумлению зрителей, у самой сетки завязалась дуэль между Врубелем и Лещуком. Несколько быстрых как молния ударов с лета, лоб Врубеля, смэш Лещука – и все было кончено.
Раздался гром аплодисментов.
Они еще не стихли, когда Врубель послал мяч Лещуку. И снова – внезапный точный укороченный удар. Что происходит? Через мгновение первый гейм завершился победой пары Клонович – Лещук.
– Не мешайте мне! – горячился Клонович, которому по-прежнему казалось, что это он выиграл гейм. Но зрители уже не сомневались. И результат, и, что еще важнее, великолепная игра Лещука, трудно уловимый, но ясно ощутимый класс его ударов – все указывало на то, что это игрок высочайшего уровня. Обычное воскресное развлечение обернулось неожиданной сенсацией.
Впрочем, многие считали, что Лещуку просто повезло, – это, мол, может случиться с каждым.
Однако во втором гейме те, кто знал Врубеля – а его знали почти все, – были потрясены произошедшей в нем переменой. Чемпион Польши сделался серьезен, сосредоточен и мрачен. Он сконцентрировался и напряженно-внимательно вступил в игру. Сейчас Врубель выглядел так, как во время самых сложных международных турниров. Играл он исключительно на Лещука.
И Лещук бил только в его сторону. Клонович и Антонувна оказались полностью выключены из игры. Непревзойденные драйвы, сильные, резкие, летели над сеткой по диагонали корта. Казалось, эти двое видят лишь друг друга. В какой-то момент Клонович хотел подбежать и завершить розыгрыш, но Врубель крикнул:
– Прочь!
Снова раздались аплодисменты. Все поняли, что о продолжении парной игры не может быть и речи. Игроки слишком увлечены друг другом, слишком хотят помериться силами. Фактически они уже играли одиночную игру.
Многие встали с мест. Раздались крики:
– Одиночный! Одиночный! Одиночный!
Ратфинский объявил, что «по желанию публики» парная игра приостанавливается и вместо нее состоится матч Врубель – Лещук. Это заявление было встречено новыми воплями, но, когда после ухода Клоновича и Антонувны на корте остались двое игроков, внезапно наступила мертвая тишина. Затем раздались аплодисменты в честь Врубеля. Врубель покрутил ракетку в руке и взглянул на зрителей со странной и печальной улыбкой.
Его волнение не могло укрыться от публики. Непонятное поведение Врубеля еще больше взбудоражило зрителей – только теперь все догадались, что фавориту может грозить поражение.
Эта мысль казалась невероятной, однако необычайная серьезность Врубеля придавала матчу оттенок драматизма. Снова все затихло. Врубель встал в стойку и крикнул судье:
– Начинаем!
Первые же удары показали, что у чемпиона Польши нет ни малейших шансов!
Спустя пять минут в этом уже никто не сомневался. Врубель безусловно был одной из первых ракеток Европы, однако сегодня на корте появился первозданный, невероятный талант, перед которым блекли вся техника и умения соперника. Талант, правда, еще юный и неограненный, компенсирующий спокойствие и выдержку безудержной яростью. Тем не менее никакие тактические ошибки не могли свести на нет это природное превосходство.
На трибунах уже никто не хлопал. Публика наблюдала за поражением своего любимца.
Врубель казался беспомощным, и в этом было что-то трагическое. Лучшие удары Лещука зрители встречали глубоким молчанием, продиктованным уважением к драме чемпиона.
А тот выкладывался полностью. Он знал, что борется за свою публику, которая в любой момент может отвернуться от него. Врубель уже не стремился к победе, он лишь желал, чтобы поражение не оказалось слишком сокрушительным.
Но, несмотря на прекрасные удары, он был бессилен – словно змея, у которой вырвали жало.
Каждый раз, когда Врубель получал преимущество в гейме, соперник начинал укорачивать удары. И в этих укороченных ударах, выполненных с невероятным мастерством, оказывался непобедим.
С этими ударами ничего нельзя было поделать!
И слабость Врубеля становилась почти смешной.
Однако же никто не смеялся. Сет завершился в мертвой тишине. Лишь когда судья объявил результат: «Шесть – ноль!» – рев и овации сотрясли воздух. Публика бесновалась.
Врубель слушал, опираясь на ракетку. Когда-то и его так приветствовали.
Во втором сете игру то и дело прерывали аплодисменты. Толпа обрела нового фаворита! И какого! Лещук стал сенсацией, надеждой, славой, восторгом, мечтой! Зрители смотрели только на него! Восхищались поражением Врубеля.
А тот защищался как мог, до самого конца. Он честно проиграл во всех трех сетах: шесть – ноль,
