Триада - Ульяна Муратова
— Я допрошу их с Молотом Правды! — ярился Фарай.
— Безусловно! Но не сегодня. Ты же знаешь, что слишком часто это заклинание применять нельзя, а его несколько часов назад применил Хаарат Ершас, когда обнаружил несчастных девочек посреди пустыни, прикованных к дереву. Ты бы знал, как жестоко обошлись с ними янгваны! Бросили на растерзание падальщикам, — речь длиннокосого, правильная и плавная, растекалась по каземату. — Кроме того, в таком случае мы должны составить протокол. А его ещё подготовить надо.
Я поняла, почему Дом Саян возглавлял именно Джасир. Велеречивый, харизматичный, находчивый. Сейчас он принял на себя первую волну ненависти Фарая и лил воду на мельницу наших дел.
— И что сделал Ершас?
— Допросил их и отправил к фидиру. Трёх магичек такой силы! Им бы детей рожать, а не на плантациях трудиться… Ты представляешь, Фарай, девочки совершенно случайно оказались в Минхатепе. Беззащитные, без денег и поддержки семьи. Фидир, конечно, увидел в том свою выгоду и устроил аукцион. Аукцион по продаже живых несовершеннолетних девочек. Ты представляешь такое варварство?! И вот после предательства янгванов, издевательств янгвизоров и унижений фидира нервы у них и не выдержали! Сдали нервы!.. Магия выплеснулась… Трагическая, нелепая случайность, Фарай. Мы скорбим вместе с тобой. Хунир был сильнейшим лидером. И такая кончина. В расцвете сил. Теперь ты возглавишь Дом, и это твоё первое дело как главы Дома, Фарай. Ты должен разобраться в нём досконально, а не рубить с плеча, — слова Джасира лились потоком, смывая намерение Фарая уничтожать и крушить.
Фарай уже смотрел более осмысленно. В несколько длинных шагов он подошёл к решётке и упёр в меня полный ненависти взгляд.
— Простите, — слёзы сами навернулись на глаза. — Всё произошло абсолютно случайно. Я не хотела причинить никому вред и не знала ничего о своём даре. Мне очень жаль, что так вышло. Я никогда не хотела лишать вас отца, а себя — свободы. Простите, ван Усалам.
Фарай окинул взглядом остальных.
— Я хочу побеседовать с ней наедине, — потребовал он, ткнув в меня рукой.
— Фарай, ты сейчас на эмоциях. Тебе нужно остыть. Пожалуйста, беседуй с ней сколько угодно, мы лишь хотим убедиться, что ты не совершишь опрометчивых поступков. Убийство по неосторожности — это каторга, а не казнь. Если же ты сейчас ненароком не сдержишь дар и лишишь девочку жизни, то чем это будет отличаться от того, что сделала она? Нет, оставлять вас наедине пока никак нельзя. Пойдём, я бы хотел допросить охранков и фидиров, но без твоего присутствия делать это не этично. Ты согласен?
— Но эти… — дёрнулся Фарай в нашу сторону.
— Никуда от твоего гнева не денутся, Фарай, — заверил Джас. — Сейчас важнее без лишних промедлений проводить Хунира в последний огонь. Я буду присутствовать от Дома Саян. Безусловно, у нас с Хуниром были разногласия, но я всегда относился к нему с огромным почтением, к нему невозможно было относиться иначе! Пойдём, Фарай, отдадим дань уважения твоему отцу!
Джасир смог увести Фарая, не дал тому выплеснуть на нас ядовитый гнев. И только теперь я поняла, насколько сильно нам повезло с защитниками. Даже думать страшно, что было бы с нами, если бы на пути младшего Усалама не встал Джасир.
— Почему Дом возглавляешь не ты? Разве не ты старше? — я повернулась к Раху, который проводил ушедших настороженным взглядом.
— Старше. А ещё старше отец. Но Джасу нравится, да и многие вещи даются ему легче. Он умеет людей очаровывать, а это важно для лидера Дома. Если ты думаешь, что у нас в семье есть борьба за власть, то это не так. Я бы этой позицией тяготился. Отец так вообще говорит, что он слишком стар для всей этой грязи. Хотя какое там, он в два раза моложе Инхевара Чакула, а того с места главы Дома только сразу в костёр унесут, — Рах спокойно подошёл и проводил меня обратно к столу. — Мне больше нравится наука и артефакторика. Я эксперименты люблю и книги, предпочитаю брату советовать, а не сам на всех этих политических собраниях лицом торговать. Если что-то интересное происходит, он меня с собой зовёт, но возглавлять Дом я не стремлюсь совершенно, — Рах посмотрел на меня и вдруг спохватился: — Но буду, если этого потребуют обстоятельства.
— Это так странно… Я думала, что в приближенных к власти семьях все за неё грызутся.
— Я тебя умоляю! А как грызутся за коммуналку в Усть-Задрюпинске, ты не знаешь? Там такие страсти, звезданёшься вникать, кто кому полтинник должен, — сказала Шура и спросила как бы между делом: — Джас надолго ушёл?
— Как получится. Думаю, что он проследит за тем, чтобы Фарай остыл, и попробует с ним поладить.
— Бедный Фарай, — пробасил вдруг Хварид. — Помню, как Джас решил подружиться со мной. Клянусь солёными водами Розового озера, я себя девицей ощущал, так он меня обхаживал. Ещё пару месяцев таких ухаживаний — и я б с ним в постель лёг, лишь бы он уже отстал, — бородач широко улыбнулся и подмигнул огневичке. — В общем, Шура, если Джас решил, что ты его пара — лучше смирись сразу. Сэкономишь кучу нервов. И главное, не заметишь, как этот вивр тебе под кожу залезет и там поселится!
— Вообще-то это я решила, что он — моя пара, — фыркнула Шура. — Из чисто практических соображений и ради спасения наших шкур. У меня меркантильный интерес, всем понятно?
Я тоже улыбнулась.
— Знаете, что интереснее? — Рах задумчиво отщипывал от нежно-бордовой булочки маленькие кусочки, скатывал их в шарики и узором раскладывал на тарелке. — Чья пара Вероника. Давайте рассуждать с практической точки зрения. Пары явно не просто так розданы. Джас теперь весь песок просеет, но тебя, Шура, в обиду не даст. Даже если не сложится у вас в итоге, он всё равно не из тех, кто от интересных задач отступается только потому, что они трудные. А за Истинную побороться стоит хотя бы потому, что дети получатся крайне одарённые. Нам, огневикам, с этим труднее всех. Пару с талантом к Свету или Огню ещё поди найди. Чаще-то целительство у женщин проявляется, а это Вода. У женщин всегда больше склонность к Воде по моим наблюдениям. А у Шуры такое сочетание
