Пироженка в его когтях - Лина Маск
Ублюдки скрываются за поворотом. Замечаю, что Клер всё ещё здесь. Она жмётся к скамейке, потом нерешительно подходит, заглядывает своими синющими радужками в моё лицо, скрытое капюшоном мантии:
— Дрейк?...
5
Не могла поверить — это и правда был Дрейк. Замерла, когда подошла ближе, а он смотрел так же, как и в первый раз, — взглядом волка, готового напасть в любой момент. Осторожно дотронулась до его щеки.
— У тебя кровь, — произнесла почему‑то шёпотом.
Он не дёрнулся от моего прикосновения, а мне казалось — должен был обязательно. Или оскалиться, словно хищник, но нет — замер… Да и я тоже. От этого лёгкого касания в теле будто загорелся магический огонёк и пустил горячий импульс по венам. Мне казалось, Дрейк тоже это почувствовал!
Быстро стёр ладонью багровую метку и отошёл в сторону, сжав чувственные губы в тонкую полоску.
— Спасибо, что вступился, — сказала отчего‑то сипло.
— Сдалась ты мне, это просто… пар выпустить, — пробурчал возмущённо Дрейк. — Идиоты под руку попались.
— Я‑я‑ясно, — ответила, приподняв бровь. Ну что за ребячество, право слово.— Может, раз уж ты тут, проводишь меня до дома? Пожалуйста, — промолвила тихо, поёжившись. — Мне как‑то не по себе возвращаться одной после того, что случилось.
— Ты во мне принца‑рыцаря, гляжу, увидела, — улыбнулся издевательски, но крайне харизматично. — Нет, милорд, хотя бы его коня! Шучу, я всего лишь ищу надёжного спутника, — закатила глаза, а затем состроила самую обворожительную мину, на какую была способна. Этому меня Рози учила — может, наконец пригодится? — Ступай‑ка ты… домой одна, — выплюнул он, развернулся и зашагал в темноту, окутанную туманом древнего леса. — Сам иди, — ответила звонко вдруг прорезавшимся голосом и как можно быстрей направилась в сторону поместья.Да… может, и правда лучше без него. На тёмного чародея походил этот Дрейк. На опасного, крайне опасного чародея. Или, быть может, хуже? На дракона…
Щёки вспыхнули, а затем я спустилась с небес на землю. Да он ведь явно меня ненавидел, люто и бесповоротно, а я что? Слюни пускать начала?! Взять хотя бы ту выходку у таверны «День‑Ночь»… Но он же получил за меня по лицу. Из‑за меня ещё никто не дрался…
Услышала хруст ветки сзади. Сердце сделало прыжок в пятки. Что, если те двое решили продолжить начатое, просто дождались, когда Дрейк меня покинет? Достала дрожащей рукой из ридикюля зеркало, сделала вид, что поправляю румяна. До дома ещё далеко, бегала я крайне плохо, шансов спастись — мизер. Поймала отражением силуэт, уже отлично знакомый. Этот нахал меня провожал! Просто зачем‑то изображал невидимку‑конвоира. Невольно ухмыльнулась.
Ну, если ему так забавно, то пусть. Дам знать, что просекла его глупый трюк, тогда, верно, уйдёт, а мне минут пятнадцать шлепать по лужам в свете очень‑очень тусклых газовых фонарей.
Утром просыпаться было крайне тяжко, потому что лицо распухло от соли, под веки будто насыпали песка.
Да, когда мой суровый конвоир скрылся в тумане, я в гордом одиночестве зашла домой и, уединившись в своей комнате, дала‑таки волю слезам. Хорошо, что матушка была в отъезде, а отчим уже в девять спал и думал, что и я ложусь в это время. В общем, моё отсутствие осталось незамеченным.
Переписку в «Альманахе знакомств» я уничтожила. Но перед этим достала магический шар и написала «лорду Эддвину»: «Благодарю за свидание, сударь. Впредь, когда ставите портрет незнакомца, выбирайте хотя бы не умершего семь лет назад аристократа из заморских земель».
Да, наверное, он от души посмеялся, получив такое. Лучше б вообще ничего не слала. Надо же, только вчера раскусила обман. Почему не рассказала об этом Эдварду? Он бы сразу отыскал нужную информацию. Но ведь я клялась ему, что «Альманахи знакомств» — это пустой фарс, и в жизни на такое не подпишусь, вот и не призналась.
И почему тщательней не проверила этого так называемого лорда Эддвина? Наверное, чувствовала в глубине души, что всё обман, но тешилась толикой надежды, будто столь блистательный кавалер клюнул именно на меня. Мне искренне было интересно общаться с этим человеком, хотя теперь несколько противно, потому что за портретом мог скрываться и какой‑нибудь старый барон, а может, и баронесса… Лорд Эддвин (вернее, портрет некоего Теодора Армстронга) умело парировал мои выпады на различные темы от рассуждений о запретной магии и политике против серьёзной прессы до стратегии ходов в одной из колдовских настольных игр. Да, я на них крепко подсела, причём с лёгкой руки Эддвина. И отвечал он по‑современному, на мой возраст, как мне тогда казалось, что как бы опровергало догадки о ветхом дворянине по ту сторону переписки.
Можно было устроить сеанс магической связи, но специально этого не предлагала и даже радовалась, что Эддвин не настаивал. Моё изображение было настолько неправдоподобным и изменённым с помощью чар иллюзии, что от меня там, пожалуй, остались лишь глаза. К тому же, когда предложила встретиться, он сразу указал место встречи, даже не выдумал ни одной отговорки, отчего я сильно обрадовалась, и предвкушение совсем запечатало мозги.
Всё это теперь не важно. Сегодня был первый день занятий в академии магии после каникул, значит, нужно было выглядеть на все «превосходно». После пары уроков Рози, которая таки настояла, чтоб я начала пользоваться косметикой, нанесла лёгкими и уже искусными движениями макияж.
*- система отметок в 19-ом веке, в Англии. ( означает 5 баллов) В книге альтернативный Лондон.
6
Ну вот и она — Академия магических искусств, в которую я мечтала попасть ещё будучи школьницей. Величественное здание из серого камня с башнями, увенчанное флюгерами в виде нагов, витражными окнами и арками, увитыми плющом. Над входом — выгравированная надпись старинным шрифтом: «Знание — сила, магия — искусство».
В начальной школе я училась катастрофически плохо, не помогали даже репетиторы по основам стихийной магии. Учителя предлагали маме перевести меня в специальное заведение — проще говоря, школу для тех, у кого дар точно не проявится, школу для людей. Где в конце образования становишься пекарем или гувернаткой. Не знаю, почему всё так плохо улавливала: может, и правда у меня не было
