Пироженка в его когтях - Лина Маск
— Как ты можешь молчать?! Мне сразу не понравился этот твой Дрейк, — обиженно произнесла, спешно одеваясь. Глаза неприятно щипало от осознания, что хам увидел меня в нижнем белье. Такой меня еще не разглядывал ни один мужчина.
Сестра словно прочла мысли.
— Поверь, Дрейк сегодня лицезрел вещи и пооткровеннее. Но платье и правда было ужасным. То, что сейчас на тебе, лучше.
Сестра затянула мне корсет — наряд действительно сидел превосходно. Приглушённо-зелёная ткань подчёркивала фигуру там, где нужно, а складки удачно скрывали живот.
— Чудесное платье, но явно не для твоих изгибов, — покрутилась я перед зеркалом.
Рози тоже уже была готова — она переоделась в какой-то нежно-розовый наряд, идеально подходивший её имени. Точно распустившийся бутон. Розалия была невероятно красива.
— Оставь его себе. Мама мечтает о внуках — вот и подарила это на будущее, — закатила глаза Розалия. Мне снова стало грустно: я словно не из семьи Стар, где все девушки прекрасны, как на подбор. Это какое-то издевательство природы: на мне хорошо сидят только платья для беременных.
— А сейчас я покажу тебе тайную дверь. Слышала о таверне «День-Ночь»? — оживилась Розалия.
Я загорелась от любопытства — это редчайшее заведение в нашем мире. Говорят, оно скрыто от посторонних глаз, и посещать его могут только ученики академии. Изюминка таверны в том, что она находится в особом временном отрезке: там всегда полдень!
— Говорят, в "День-Ночь" подают отличные маковые крендельки и кофе. А проход есть в комнатах каждой ученицы из высшего ранга, — добавила сестра.
— Милый! — воскликнула Розалия с придыханием, когда Дрейк вошёл в комнату и выпустил в моё лицо едкое облачко дыма. Я громко закашлялась.
— Тебя что, звери воспитывали? — не выдержала, размахивая ладошкой, стараясь вернуть свежесть воздуху. На лице Дрейка заиграли желваки.
— Именно так, пирожка, — усмехнулся как-то по-особому зло.
Я тяжело вздохнула, но предвкушение вкусной еды пересилило — направилась к двери за картиной. И вот через мгновение в глаза мне ударил яркий полуденный свет! Невероятно!
Таверна в старинном стиле была полна народу. Она располагалась на небольшой полянке, окружённой можжевельником. Почти все столики были заняты. Но едва Дрейк подошёл к одному из них на террасе, юноши, на вид первокурсники, поспешили ретироваться.
«Очень галантно», — подумала я, но решила промолчать, чтобы не накалять обстановку. Нам тут же принесли сливочный эль — как новым гостям заведения.
— Милая, тебе определённо стоит подыскать кого-то более солидного и впечатляющего для бала, — замахала веером Розалия. — Милый, может, познакомишь мою сестру с кем-нибудь подходящим?
Я снова почувствовала себя неловко — мама уже замучила меня этими разговорами, теперь и сестра занялась сводничеством. Дрейк окинул меня холодным взглядом, в котором подобно льду сверкало пренебрежение.
— Ты же знаешь, я тут совсем недавно. По сути, одиночка. У меня пока нет друзей в академии, — ответил, пригубив эль.
— Зато есть я, — хихикнула Розалия. — Отойду ненадолго, загляну в дамскую комнату.
Меньше всего мне хотелось остаться с Дрейком наедине, но деваться было некуда.
Он смотрел так пристально, что мне показалось, будто у меня на лбу вот-вот вырастет рог. Даже не моргал — глаза чёрные, как ночь.
«Интересно, он маг? — пронеслось в голове. — Скорее всего, оборотень. Обычно они ведут себя так высокомерно и грубо».
— Так зачем ты поступил в академию? — постаралась спросить я как бы невзначай.
Дрейк цокнул языком и провёл острым, словно лезвие, когтем по столешнице. На дереве остался заметный след. От ужаса я потеряла дар речи. Коготь был не волчий! Хуже...
— Чтобы испортить твою жизнь, пирожка. Только ради этого, — бросил с полуулыбкой.
Я моргнула раз, потом другой. Боже, пусть я ослышалась!
— Мою жизнь? — переспросила, будто попугай.
— Не притворяйся глухой, — равнодушно отозвался он, словно беседовал о погоде.
Я обернулась и увидела, что между рядами столиков к нам приближается Рози.
А дальше Дрейк совершил нечто совершенно необъяснимое: опрокинул эль прямо себе на штаны! Мокрое пятно расползлось неровной кляксой. Как раз в этот момент Розалия подошла к нам, намереваясь присесть за стол.
— Ну что, получше познакомились? — вопросила с улыбкой.
— Ещё как, — отозвался Дрейк. — Пожалуй, оставлю вас вдвоём. Твоя сестра решила устроить мне небольшое купание — это уже чересчур.
Моя челюсть буквально отвисла, когда он встал, ничуть не смущаясь мокрого пятна на брюках, небрежно засунул руки в карманы кожаного сюртука и направился к выходу…
3.Дрейк
Лениво раскуриваю сигару, стоя вдали у кустарника, наблюдаю за тем, как Рози ругается с Клер. Она что-то горячо объясняет, размахивает руками — словно чародейка, пытающаяся вызвать ветер. Клер закатывает глаза и нервно поправляет волан рукава.
Какая же Пирожка… необычная и настоящая. Никогда бы не подумал, что свяжусь с такой, но игра уже началась, отступать поздно. Клер скрещивает руки на груди, но держится достойно, хотя, видно, едва сдерживает эмоции. В глазах слезы… и даже при этом выглядит поистине очаровательно. И это бесит, я готовился встретиться с тупой куклой, истеричкой, что не в ладах с собой, такой же, как ее сестра.
На портретах, что мне показывал магический шар, Клер выглядела совсем иначе — магия иллюзий приукрасила черты, добавила благородства. Потому утром, когда открыл дверь и увидел её вживую, не сразу узнал.
Зачем слала не настоящие картины? Возможно, из-за нелюбви к себе, но сейчас это играет мне на руку. Неуверенную легче уничтожить. Но стоит признать, даже когда Пирожка злится, она прекрасна: глаза горят, словно два сапфира, а веснушчатый носик придаёт облику особую прелесть. Обычно не зацикливаюсь на чертах лица, но здесь… что-то есть, сложно отвести взгляд.
Клер разворачивается и гордо уходит. Не дылда, как сестра, миниатюрная и фигуристая, как люблю. Да, тут есть за что ухватиться.... В отличие от Розалии, которую про себя зову «Куклой» вовсе не за красоту, а за напыщенность и любовь к куртизанским нарядам. В ней нет той живой искры, что светится в Клер. Однако, это все не отменяет, что единственное мое чувство к Пирожке может быть ненависть...
— Послушай, Дрейк, не держи зла на Клер, — нарочито усмехается Рози, приметив меня и спешно догнав. Пытается опереться на моё плечо. — Клер вспыхивает, когда я уделяю ей мало внимания.
