Триада - Ульяна Муратова
— Снимите, — огневичка протянула ему кандалы. — Они будут мне мешать.
— Такого уговора не было, — рассмеялся он.
— Но разве не честно будет уравнять шансы? Я обещаю не применять магию. Да у меня и не осталось сил после утреннего боя, — сипло призналась она.
— Так и быть. Но лучше вам сдержать обещание, нахальная ривана, — задорно улыбнулся длиннокосый. — Условимся, что поединок продлится пять минут. Вы пытаетесь схватить меня за косу, а я — уворачиваюсь. Так?
— Так.
— По итогу победитель получает награду сразу же. Так?
— Так!
Джасир снял с Шуры сдерживающие магию кандалы и с ухмылкой замер напротив.
Глава 17, в которой мы в шоке от исхода поединка
Шура и Джасир стояли друг напротив друга. Пара огненных магов, готовых к поединку. Пара одетых в чёрное бойцов, насмехающихся над обстоятельствами. Пара дерзких нахалов, возжелавших проучить соперника. Один — безжалостный, циничный и бесконечно уверенный в себе. Второй — с косой.
— Время! — скомандовал Драхир, достав из кармана странного вида часы.
Шура прыгнула так резко, что я вздрогнула.
Джасир, не переставая улыбаться, скользнул вбок, пропустил Шуру мимо себя, потянул её за правую руку, мешая обрести равновесие, и с оттяжкой шлёпнул по попе.
Шура взвилась, волчком развернулась на месте, сделала ему подножку и толкнула. Он отпрянул, без усилия перепрыгнул подставленную ногу и нырнул ей за спину. И снова раздался звук удара по мягкому месту. Его сопроводил самодовольный смешок.
Огневичка крутанулась на месте, одарила соперника бешеным взглядом и пошла на него тараном. Длиннокосый легко ушёл в сторону в самый последний момент, пропустил брюнетку мимо себя и снова легонько шлёпнул вдогонку. Она развернулась, толкнула Джасира в грудь и попыталась свалить его с ног, но он удержался, поймав её за обе руки. На секунду они замерли в миллиметрах друг от друга — Джасир с улыбкой смотрел сверху вниз, а Шура разъярённо дышала. Следующим движением она попыталась ударить его лбом в нос, но он дёрнулся в сторону и подставил плечо.
— Не ушиблась? — с насмешливой заботой спросил Джасир, не отпуская её рук.
— Ты!.. — яростно прохрипела Шура, в глазах пылал огонь ярости.
— Я предупреждал, — фыркнул Саян и вкрадчиво предложил: — Можешь на этом сдаться. Или тебе понравилось? Так ты попросила бы, я бы с удовольствием тебя отшлёпал без вот этих бессмысленных расшаркиваний.
Джасир озорно улыбнулся, наблюдая за тем, как Шура лопается от злости. Отпустил её руки, отшагнул назад и сделал приглашающий жест рукой.
Тяжело дыша, Шура посмотрела на соперника. И было в этом взгляде столько пылающих эмоций — злость, ненависть и огненный задор.
— Валяй!
Огневичка повернулась к нему задом, эротично выгнула спину и с вызовом посмотрела через плечо. Ткань и без того неприлично короткого платья натянулась и показала краешек чёрных шёлковых шортиков.
Да что там было в этой сумке-то? Целый гардероб?!
Идеально стройные ноги предстали во всей красе, провокационная поза только распаляла воображение. Даже мне захотелось подойти и смачно шлёпнуть её по оттопыренной заднице. Вот и Саян не удержался. Сделал шаг вперёд, протянул руку. Шура подалась назад и крутанула бёдрами, а затем и прижалась к нему спиной. Потёрлась о Джасира неожиданно плавным и красивым движением, обхватила его бёдра обеими руками и притянула к себе. Теперь они стояли вплотную, и Шура прижалась, пластичной волной скользнула вдоль его тела, а затем резко вскинула правую руку в попытке ухватить его за косу на затылке.
Руку он поймал, и сделал шаг, подталкивая её к решётке камеры. А затем прижал к металлическому пруту Шурину правую руку и зафиксировал левую. Перехватил оба запястья одной рукой. Огневичка разгневанно забилась в хватке Джасира, но тому хватило мгновения, чтобы смачно шлёпнуть её по заднице и увернуться, пропуская мимо лягнувшую его обнажённую ногу.
Саян снова отпустил девушку и отошёл на расстояние метра, но больше не улыбался. Смотрел серьёзно. Я на секунду подумала, что он поддастся. Странная борьба отразилась на его лице, но тут тишину прервал голос Драхира:
— Время!
Шура отпрянула от решётки и повернулась к Джасиру. Яростно выдохнула и со злостью оттолкнула его с дороги. Он поймал её за обе руки, резко притянул к себе и поцеловал. Пространство взорвалось мириадами огненных искр. Я зажмурилась. Перед глазами заплясали чёрно-белые пятна. В камере бесновалась огненная стихия. Я приоткрыла веки, глядя на окутавшее их ревущее пламя сквозь ресницы.
Внезапно огонь опал. Шура вывернулась из захвата и отпихнула от себя Джасира.
— Я ни буя не разрешала себя слюнявить! — прорычала она в лицо ошеломлённому Саяну и с размаху влепила ему звонкую пощёчину.
Его голова дёрнулась от удара. Огневик поймал её руку на излёте и прижал к груди, глядя на Шуру дикими от шока глазами. На щеке проступило алое пятно, настолько яркое, что мне стало страшно за подругу.
Джасир метнул в брата взгляд и, кажется, что-то ему сказал, потому что лицо усатого вытянулось и разом побледнело.
Длиннокосый отпустил Шурину руку, завороженно глядя ей в лицо. А затем невесомо коснулся резко очерченной скулы и заправил за ухо короткую прядь волос огневички. Наклонился и что-то горячо зашептал.
— Слышь ты, коса на палочке! — воскликнула она, отталкивая его от себя. — Никакая я тебе не пара! Размечтался! Да ты меня бесишь так, что я… что я… — она резко вздохнула, подбирая слова, но он её перебил.
— Это как раз нормально. Ты меня тоже бесишь, — обескураженно ответил он.
— Чего случилось-то? — пробасил Хварид.
Братья Саяны синхронно обернулись на него, а затем посмотрели друг на друга.
— Харе гляделки пучить! — возмутилась Шура. — Никакая я тебе не…
— Помолчи секунду, дай сосредоточиться, — попросил Джасир. — Так, ещё раз. Твой договор с Тормансом был аннулирован, а портал Шаритона дал сбой? События примерно одного порядка. И вас привело сюда, в Архтан. Допустим. Но почему тогда не сразу ко мне? Почему вас трое? Почему…
Он ошеломлённо посмотрел Шуре в лицо и тихо проговорил:
— Тебя же казнить должны…
— Ты тупой? — задиристо спросила она и зло упёрла руки в бока.
— Что мне с этим делать-то теперь? — Джасир повернулся к брату и посмотрел на того со смесью ужаса и тоски. — Даже если я
