Мама. Жена. Истинная - Майя Эйлер
— Может, к шести?
— К шести не успею.
— Ладно, — она ласково проводит по моему плечу. — Я буду тебя ждать.
До парковки доходим вместе, потом разделяемся и едем каждый по своим делам. Практически сразу я набираю номер и жду ответа.
— Данил Кириллович, здравствуйте. Это Суханов. У вас будет сегодня время обсудить наше дело?
— Здравствуйте, — он отвечает без раздумий, — да, конечно. Подъезжайте в школу, я тут днюю и ночую, так что в любое время. Парней на входе предупрежу, проводят. Заодно познакомитесь, оцените, чем мы богаты, — Данил как-то невесело хмыкает.
— Думаю, где-то в течение получаса буду, — прикидываю расстояние до школы.
— Замечательно! Как раз успею отправить старших на посвящение, не будут мешать. Жду.
Он отключается, я улыбаюсь.
Наверное, если Лина не соскочит, а я постараюсь, чтобы этого не произошло, нужно будет забронировать местечко на будущее. Школа Соболева — одна из лучших. А после того как я подтяну его охрану, станет лучшей. Мой сын точно должен будет в неё ходить.
Глава 23
Макар
Подъезжаю к воротам и останавливаюсь, уступая дорогу паре ярко-оранжевых автобусов, что как раз выезжают с территории. Провожаю их взглядом, нервно постукивая пальцами по рулю. Едут на посвящение, как сказал Соболев. Важный этап в жизни каждого оборотня. Но если чистокровным, особенно тем, кто вырос в клане, легче, то полукровкам в разы сложнее. Внутренний зверь может созреть лишком рано или поздно, захватить личность или затаиться… В школе детям помогают учителя, они-то и определяют, когда именно провести посвящение.
Автобусы уезжают, и я заезжаю на территорию, торможу рядом с оборотнем у КПП, но он машет рукой в сторону парковки. Безалаберное тут отношение к безопасности. Фыркаю, то выполняю, ставлю авто, глушу мотор и выхожу.
— Макар Давидович? — подходит ко мне охранник.
— А если бы это был не я? — спрашиваю.
— Нас предупредили, — он оглядывает меня подозрительно.
— А какая разница? Сначала нужно было проверить документы, а потом пускать на территорию.
Качаю головой, уже прикидываю, кого из наставников отправить сюда. С таким отношением неудивительно, что Соболев беспокоится о безопасности детей. Замечаю в руках одного из оборотней рацию, он сосредоточенно передаёт о моём прибытии. Надеюсь, Соболеву.
— Подождите здесь, — хмурится тот, что стоит рядом со мной.
Нервничает.
А я что? Ничего. Жду.
Минут через пять на аллее появляется Соболев, кивает мне и машет, чтобы шёл к нему.
— Простите парней, — он невесело улыбается, протягивает руку для пожатия. — Испугали вы их.
— Работники не ахти, я бы таких держать не стал.
— Это и не работники, — он подбирает слова, — скорее, выделенные кланами оборотни. У нас же полукровки в основном, многие без отцов или матерей. Оплата у нас высокая, но и дети некоторые живут на территории школы практически постоянно, а это немалые траты. Плюс — учебные пособия, ремонты, питание. Кланы заботятся о них, но немногие готовы выделять деньги, большинство откупается рабочей силой или принимает детей на практику, разрешает использовать свои территории во время обучения.
— Поэтому и охрана хромает. Но, с другой стороны, чего вам бояться?
Соболев неожиданно кивает мне в сторону, мы сходим на земляную утоптанную дорожку, идёт под деревьями.
— Вы знаете, что в последнее время участились похищения детей? — спрашивает у меня.
Я копаюсь в памяти, но не припомню ни одного. И ко мне никто не обращался по такому поводу, поэтому качаю головой, но внутри собираюсь. Злюсь. Волк скалится, ему тоже неприятен разговор. Дети неприкосновенны!
— Не слышал.
— Нет? А, ну, да… Похищают не из кланов. Часто тех, о ком даже упоминаний толковых нет. Полукровок, детей случайных связей. Матери обращаются к человеческой полиции, просят найти своих малышей, но детей не находят. Они растворяются, словно их и не существовало. Дела закрывают. Некоторые женщины даже не заявляют о пропаже, вздыхают с облегчением, радуясь, что не нужно больше тянуть обузу в лице полукровки. Да, — показывает зубы Соболев, — я был в бешенстве, когда узнал о таком, но Арина Максимовна подтвердила, что таких женщин много.
— Много?
— Да, представляете, беременеют, надеясь привязать к себе волка, стать парой, — он вздыхает. — А страдают дети.
— И они пропадают? Может, их просто отдают в кланы?
— Нет. Мы столкнулись с этим полгода назад, до этого я слышал, но не видел особых причин вмешиваться. У нас пропал ученик.
— С территории школы? — напрягаюсь.
— Нет, из парка рядом с домом. Ушёл гулять с друзьями и не вернулся. Просто в какой-то момент исчез из поля зрения товарищей, они даже не подумали, что что-то случилось, решили, что он обиделся и отправился домой.
— Его искали?
— Конечно! Мать — вдова, истинная оборотня. Она решила не жить в клане после его смерти, и ей отлично удавалось воспитание оборотня, прекрасная женщина. И мальчик бы не сбежал из дома, не бросил её, как предположили в полиции. Нет, его похитили. Я обратился к нескольким нашим мастерам, они организовали поиски, но… пока безуспешно. Я боюсь, что такое может произойти снова.
— Мы не сможем охранять детей дома, — сразу говорю ему, а в голове вертятся шестерёнки, раскладывая ситуацию так и эдак. — Только территорию школы.
— Мне и надо территорию. Плюс, я поговорю с родителями, и если кто-то из них захочет заключить с вами контракт…
— Мы не откажем, — киваю я.
— На это я и надеюсь. Правда, я бы попросил вас ещё об одном одолжении, — Соболев останавливается. — В зоне риска почти половина наших воспитанников, но я хочу попросить у вас оборотней для охраны детей наших сотрудников. У нашего психолога двое полукровок. Пусть старшая и ученица, вроде бы слишком взрослая, но я за неё переживаю. А вот младший… он подходит идеально, но ещё не является учеником, пойдёт в первый класс только в сентябре, хотя некоторые занятия уже посещает.
— Без проблем.
— Вы можете отправить кого-нибудь, чтобы стать мастером. Дети доверяют наставникам, так их будет легче защищать.
— Отличная идея, — соглашаюсь с ним.
— Нужно будет только уговорить Арину Максимовну, — вдруг вздыхает Соболев. — Она отвечает за мастеров, мимо неё неправильная мышь не проскочит.
— Проскочит, — ухмыляюсь самоуверенно.
В кармане у Соболева раздаётся трель звонка, он извиняется, отвечает и снова извиняется, говоря, что у него образовались неотложные дела. Предлагает осмотреть территорию, учебные полигоны и площадки, парк, корпуса. Я соглашаюсь и отпускаю директора заниматься делами. Думаю о том, что он мне рассказал.
К полукровкам в кланах относятся по-разному. Кто-то считает, что они ниже оборотней из-за примесей человеческой крови,
