Чары в стекле - Мэри Робинетт Коваль
– Джейн, не окажешь ли нам честь?..
Та вытянула из эфира лоскут чар – руки едва не тряслись от осознания, что чары получили хоть какое-то физическое воплощение, – и направила в шар. Кристалл как будто засветился, словно раскалившись заново, но больше ничего не произошло. Джейн направляла складку и так и сяк, пытаясь поймать точку входа в узор, который Винсент создал для красного конуса. Она слышала, как и Матье, и Винсент, стоявшие за ее спиной, затаили дыхание, но так и не смогла достичь никакого результата, кроме того, чтобы заставить весь шарик светиться – но, увы, вовсе не красным светом. Джейн уже была готова сдаться, как Винсент вскрикнул, заставив ее от неожиданности выпустить складку.
– Прошу прощения, – поморщился он. – В какой-то момент мне показалось, что я увидел конус.
Матье помолчал, задумчиво щурясь, а затем опустил стеклянный шарик.
– Может быть…
– Он был совсем прозрачный и с противоположной стороны от тебя, Джейн. – Винсент опустил голову и запустил пальцы в волосы, взлохмачивая их сильнее. – А что, если… что, если вкрапления должны быть более четкими? У меня сложилось ощущение, что чары хотели сложиться, но как будто не совсем понимали, куда нужно направиться.
Джейн задумчиво умолкла. Некоторое время тишину в мастерской нарушал только мерный гул огня в печах.
– Если мы добавим еще один узелок чар рядом с конусом, допустим охлаждающих, – это сработает? Или мы просто получим запись охлаждающих чар в стекле?..
– Возможно… – Винсент не менее задумчиво уставился в зев печи. – Матье, вы готовы попробовать еще разок?
Юноша заверил, что вполне готов.
– Кто будет заниматься холодом: ты или я? – уточнила Джейн.
– У тебя лучше получается считывать вектор направления чар, так что давай сделаем так: я создам узор для конуса, а ты его обведешь.
Услышав об этом, Матье округлил глаза.
– Погодите, леди нельзя подходить к печи близко. Уж точно не в такой одежде.
Джейн взглянула на печь, затем на свое муслиновое платье, а затем на стеклянную сферу, дожидавшуюся на столе.
– А у вас не найдется каких-нибудь лишних штанов?..
* * *
Выйдя из кладовой в одолженных бриджах из оленьей кожи, крепко затянутых поясом на талии, чтобы не сползали, и в мужской рубахе с закатанными рукавами, обнажавшими руки, Джейн почувствовала себя практически голой. Да, если вдуматься, ее тело и раньше прикрывало примерно схожее количество ткани и оленья кожа была всяко прочнее муслина, но все-таки сейчас она могла думать только о том, что ее ноги полностью открыты. Держа спину прямо, а голову – высоко, она прошла через мастерскую и встала рядом с мужем.
Тот открыл рот, но Джейн посмотрела на него так сурово, что он закрыл рот обратно.
Матье старательно делал вид, будто ему гораздо интереснее разглядывать все, что находится в мастерской: он усердно перебирал инструменты и внимательно изучал кончик длинной трубки.
– Ну-с, начнем? – Джейн хлопнула в ладоши.
И они начали. В течение последующих двух часов Винсент раз за разом плел простенький иллюзорный конус, а Джейн опутывала его нитями холода. И, хотя все попытки заканчивались неудачей, все трое чувствовали, что с каждым разом они все ближе к успеху: Джейн потихоньку нащупывала нужное количество жара и холода, чтобы создать нужный узор внутри стеклянного шара.
Жар, исходивший от печи, душил неимоверно, усиливая усталость от чароплетения, и каждый вдох давался все тяжелее. Подстроив свои нити под узор Винсента, Джейн отрегулировала количество холода, пытаясь создать в стекле изъяны так, чтобы чары сгибались в нужных местах.
И в этот момент шар с хрустом лопнул.
Все трое вскрикнули и хором пригнулись. Осколки кристалла разлетелись по всей мастерской, застучали по полу. Повисла тишина, и лишь огонь в печи ревел по-прежнему.
– Все целы? – спросил Винсент, охрипший от напряжения.
– Я в порядке, – откликнулся Матье таким же хриплым голосом.
Джейн выпрямилась. От нахлынувших эмоций ей сделалось дурно.
– Мне очень, очень жаль!
– Но ты в порядке?
– Вполне. Мне просто очень стыдно за такую жуткую ошибку.
– Джейн, – Винсент заставил ее поднять голову, – у тебя кровь идет…
Комната вокруг покачивалась, но Джейн давно научилась удерживаться на ногах в процессе работы над чарами, так что не стала обращать внимание на черные точки, мелькающие перед глазами.
– Не так уж и сильно, полагаю, – в противном случае ты бы запаниковал куда больше.
Прямо под ее правым глазом обнаружилась одна крохотная царапина. Джейн старалась не думать о том, что было бы, пролети осколок хоть на дюйм повыше. И Винсенту об этом задумываться не позволяла. И пока он неловко суетился вокруг нее, прижимала к царапине тряпку. Наконец кровь утихла достаточно, и Джейн спросила:
– Начнем заново?
– Я думаю, на сегодня хватит. – Винсент выпрямился и, оглянувшись, кивнул Матье.
– Чушь. Теперь я знаю нижний порог охлаждения и не стану его пересекать. Мы ведь уже в полшаге от успеха, любовь моя. – Джейн убрала тряпку и аккуратно сложила ее вчетверо. – Матье, вы готовы… еще разок рискнуть?
– Да, мадам. – Подмастерье встал с табуретки, куда присел отдохнуть, воспользовавшись паузой, и занял свое место у печи с прежней удивительной уверенностью.
– Джейн, я не могу тебя заставлять так рисковать собой.
– А ты и не заставляешь. Я сама решаю, рисковать мне или нет. – Джейн уперла руки в бока и пошире расставила ноги, принимая мужскую стойку для плетения чар. – У нас есть дело, которое нужно сделать, и я очень хочу поглядеть, что из этого выйдет.
Винсент, помедлив, покачал головой.
– Единственное, о чем я тебя попрошу: не говори об этом своей матушке.
– И в мыслях не было, – ответила Джейн, в красках представив реакцию леди Вирджинии.
Они начали сначала, держа в уме результат предыдущей попытки – и на этот раз неожиданно сумели создать образец, который, пожалуй, можно было назвать рабочим. Как только шар отцепился от трубки, Винсент ухватил складку эфирной материи и направил сквозь стекло.
Переключившись на чародейское зрение, Джейн проследила, как чары сначала согнулись, а затем рассеклись: в узоре, при всей его простоте, оказалось слишком много мелких огрехов, чтобы получилось создать красный конус. Но первая попытка вышла обнадеживающей.
– Что ж, – вздохнул Винсент, – по крайней мере, это уже что-то. Теория оказалась верной, а вот практика потребует дополнительных усилий.
Матье прищурился, глядя на шарик.
– Позволите высказать некоторые соображения?
– Конечно! – У самой Джейн уже голова шла кругом от попыток решить эту задачу, так что она была рада услышать чужие предложения.
– Этот конус… Понаблюдав за вашей работой, я подумал, что, возможно, узор смещается, потому что стекло увеличивается в размерах
