Проклятие рода Прутяну - Лизавета Мягчило
– Ты что-то видела? Я думал, ты поскользнулась и упала. Выглядишь оглушенной, но то, как ты смотришь на двери…
– Ты что-то слышал, когда поднимался сюда? – Она не ответила на его вопрос. Да и что ответить?
«Я вижу то, чего не должна»?
Сначала странная пожилая женщина, пытающаяся пробраться внутрь, теперь труп собственной тетушки…
Этот дом пожирал ее, Тсера медленно сходила с ума.
Теперь особенно остро ощущалось чужое присутствие. Казалось, сами стены желали ее поглотить, перемолоть в кровавое месиво и навсегда оставить в глубине своих недр.
– Только рычание и лай пса. Кстати, откуда он у вас?
Орион за спиной не прекращал рычать, пенистая розовая слюна длинными тяжами спускалась до воды, белки глаз покраснели от напряжения. Протяни Иоска руку, и, Тсера уверена, парень остался бы без кисти. Копош с тихим стоном поднялась, провела влажной рукой сквозь собственные спутанные пряди и рассеянно повела плечом.
– Он жил у Дайчии, мы нашли его в одной из комнат. Знаешь, я сейчас не смогу провести с тобой время, знаю, что обещала, но…
– Но дама как минимум не одета. Ты планируешь часто вваливаться в этот дом без спроса? Специально для тебя прикуплю ошейник с бубенчиком и оставлю у входа, мне будет гораздо спокойнее, когда… – Младший Копош, шагов которого они не услышали, лениво прислонился плечом к дверному косяку, скользя напряженным взглядом от сестры к повернувшему голову Опря.
– Дечебал! – Тсера возмущенно дернулась, придерживая правой рукой полотенце. Иоска завязал его на славу, белый кусок ткани даже не подумал двинуться вниз от резкого движения.
Иоска растянул губы в вежливой улыбке, а в потемневших глазах уже вовсю резвились бесы. Казалось, его искренне забавляет поведение стоящего на пороге Дечебала. Не отводя хитро прищуренного взгляда от смущенной Тсеры, он с сожалением вздохнул и тут же посерьезнел:
– Да, думаю, стоит перенести наше чаепитие до лучших времен. Честно говоря, мне очень лестно, что ты о нем вспомнила, но здесь я по другой причине. Дечебал, нам нужно переговорить.
– Обязательно. По записи, у меня есть окошко на следующий че…
– Твою одноклассницу убили, когда она возвращалась с вечеринки. Я беседую со всеми, кто видел ее в эту ночь. Ученики говорят, что ты был последним, кто общался с Армеллой Райлян.
С лица Дечебала смыло оскал, глаза удивленно распахнулись, а губы приоткрылись в пораженном «о». Он быстро взял себя в руки, подобравшись, сухо кивнул и стремительным шагом направился к замершей у ванной Тсере.
– Конечно. Только занесу в комнату пса.
Приняв у сестры из рук полотенце, он слишком тщательно и туго замотал в него Ориона. Было заметно, что он пытался оттянуть момент разговора, старался прийти в себя, начать анализировать и вспоминать.
Дечебал молча опустил запеленатого пса на середину кровати, куда указала притихшая Тсера. И так же молча направился к двери, резким рывком подбородка указывая на нее и Иоске. Бросив последний взгляд на старшую Копош, полицейский кивнул и вышел, прикрывая за собой двери.
Новость о чужой смерти заставила на время позабыть о страшном видении, напрочь вымела все мысли из головы. Белый шум, полная пустота в мыслях. Тсера бережно приглаживала влажную шерсть полотенцем и вяло отбивалась от попытки Ориона ее облизать. В конце концов пес смирился и развалился на кровати лысоватым брюхом кверху.
– Если будешь спать в сырой постели, заведутся клопы. – Устроившаяся в глубоком продавленном кресле у окна, Эйш брезгливо поджала губы, картинно передернув плечами. Судя по всему, в комнату она зашла вместе с Дечебалом, но, услышав новость, затаилась и притихла, устраиваясь поудобнее. Она не казалась ни огорченной, ни ошарашенной. Да и почему бы, от нее переживания Тсеры далеки – это у Копош младший брат мог оказаться подозреваемым.
Нет, Эйш была прекрасным человеком, просто чужие чувства совсем ее не волновали, она не акцентировала на них внимание. Но стоило попросить у нее поддержки открыто, как подруга готова была подставить свое хрупкое на вид плечо.
– Ничего страшного. По полу гуляет сквозняк, ему сейчас и так сложно, не хочу, чтобы простыл. – Рассеянно пожав плечами, Тсера лениво растерла брюхо Ориона и отбросила полотенце к комоду. Убрать его сейчас не хватило сил.
– Вам лучше сдать его в приют. Там о нем позаботятся профессионалы, вспомни, у Дечебала даже хомячок умер на второй день жизни.
– Он умер на второй день жизни, потому что на него сел его друг. Дело было не в заботе или неумении, Эйш… – спорила Тсера вяло, скорее для того, чтобы чем-то себя занять. Как бы то ни было, никуда отдавать Ориона она не собиралась. Пес казался таким родным, словно она вырастила его из глупого щенка. Орион был до боли знакомым. Каждый фыркающий вздох, каждое удивленно-наивное подергивание бровных дуг или ушей.
Удивительно, как же быстро она успела свыкнуться с существованием пушистого соседа.
Убедившись, что с пса не течет на постель, Тсера получила благородный тычок лбом в нос и поднялась с кровати, направилась к шкафу, спрятавшись от подруги за широкой дверцей. Следовало взять с собой в ванную одежду – куда приятнее сразу кутаться в теплое, чем бежать полуголой до заветного растянутого домашнего свитера.
– Утренние прогулки, вечерние прогулки, незапланированная готовка еды, обгаженный дом, если у животинки несварение. – Загибая наманикюренные пальчики, Эйш тяжело вздохнула и осуждающе качнула головой. Кудряшки золотой россыпью заскакали по ее плечам. – Подумай, на это требуется очень много времени. Куда продуктивнее будет, если ты сосредоточишься на написании нового бестселлера и не станешь отвлекаться на раздражающие факторы.
– Он не поедет в приют. – Слова Тсеры прозвучали слишком резко и раздраженно. Она осеклась. Сожалея о собственной несдержанности, девушка медленно выдохнула через трепещущие ноздри и поспешила растянуть губы в блеклой улыбке. Спросила неожиданно даже для самой себя: – Побудешь в комнате, пока я приму душ? Я постараюсь быстро.
Ее просьба вызвала недоумение, но Эйш благосклонно кивнула, выщелкивая невидимую соринку из-под ногтя.
– Без проблем. Все равно настроения на изучение вашего раритетного дворца у меня нет, хочу поспать еще пару часов, а затем узнать побольше о достопримечательностях города.
Тсера коротко кивнула и, заходя в ванную, трусливо оставила дверь раскрытой. Становясь под обжигающе горячие струи воды, она до рези вглядывалась в дверной проем через клубы густого белого пара. Казалось, стоит моргнуть, и она вновь увидит раскачивающиеся ноги, услышит стиснутое сипение…
