Пленница судьбы - Элиан Вайс
— Чудовище, — прошептала она. Но в этом слове не было уже ни ненависти, ни гнева. Только безграничная, ватная усталость. Капитуляция тела, но не духа.
— Я слышал это мнение, — он криво усмехнулся уголком губ. — Мне интереснее другое, Ария. Сейчас. В это мгновение. Что ты чувствуешь, когда смотришь на меня?
Вопрос застал врасплох. Она открыла рот, чтобы соврать. Чтобы выплюнуть в лицо этому надменному ублюдку «отвращение» или «ненависть». Мозг уже сформировал фразу, язык готов был ее озвучить. Но в тот самый миг магия внутри — его проклятая, темная кровь — отреагировала на прямой приказ хозяина. Ложь застряла в горле костью.
Связь дернула за невидимую нить, и правда хлынула наружу, минуя фильтры сознания.
— Страх, — выдохнула Ария, чувствуя, как краска стыда заливает щеки. Слова вырывались сами, неподконтрольные воле. — И… дикая, звериная злость. И еще…
Она осеклась, закусив губу до металлического привкуса крови. Язык не поворачивался назвать третье чувство.
— И что же? — Даркейн подался вперед, вторгаясь в ее личное пространство. Кончик его носа почти касался ее виска. Она спиной уперлась в холодный камень подоконника. Пути к отступлению были отрезаны.
Ария подняла руку и прижала ладонь к своей груди, туда, где бешено колотилось сердце, где гнездилась его тьма.
— Это, — ее голос дрогнул. — Я чувствую тебя. Не просто твои эмоции снаружи, а тебя самого. Твою злость. Твой дикий голод, который ничем не утолить. И твою… — она запнулась, подбирая слово, которое не унизило бы ни ее, ни его, но подходило бы к тому клубку израненных нитей, что она нащупала на дне его души.
— Ну же, — прошептал он ей в ухо. Дыхание обожгло кожу.
— Твою боль, — выдохнула Ария, и в тот же миг глаза Даркейна полыхнули алым пожаром.
Эффект был мгновенным и сокрушительным. Словно она вылила ему на голову ушат ледяной воды. Он отшатнулся. Не шаг, а полноценный отскок, как от прокаженной. С лица схлынули все краски — насмешка, превосходство, похоть. Осталась лишь маска из серого мрамора, и в прорезях этой маски плескался не гнев, не королевская спесь, а самый настоящий, липкий, животный Страх. Тот самый, что она уловила утром. Уязвимость, которую он так тщательно хоронил под слоями жестокости и цинизма.
— Ты не должна была суметь этого почувствовать, — голос его стал жестким, как наждак. Он сжал челюсти, и на скулах заходили желваки.
— А я не просила тебя вламываться в мою душу! — огрызнулась Ария, выпрямляясь. Страх перед ним отступил, потому что она увидела его слабость. Она поняла, что у нее появилось оружие. Не меч, не кинжал, а знание. — Что с тобой случилось, Даркейн? Кто посмел сделать тебе так больно, что ты прячешь эту рану даже от самого себя?
— Никто, — он резко отвернулся, глядя в пустой угол комнаты. — Я Темный Король. Мне никто не смеет причинять боль.
— Врешь, — бросила она ему в спину. Слово прозвучало не как оскорбление, а как печальная констатация факта, и от этого оно было во сто крат убийственнее. — Ты врешь сейчас, и ты врал себе всю жизнь.
Даркейн замер. Он стоял к ней спиной — монолитная фигура в черном, широкие плечи, по которым рассыпались волосы цвета воронова крыла. Он застыл, как статуя, но Ария через связь ощущала бурю. Не снаружи — внутри него. Он пытался усмирить ураган из ярости, стыда и того странного, щемящего чувства, которое она назвала «болью».
Тишина в комнате звенела. Она была полна недосказанных слов, сорванных с губ криков и тихих всхлипов, которые они оба отказывались издавать.
— Ты не просто удобное тело, которое я купил, — заговорил он наконец. Голос звучал глухо, словно он разговаривал не с ней, а с пламенем в камине, которого в спальне не было. — Ты — чертова головоломка. Уравнение, которое я хочу решить.
— Я не уравнение, — Ария скрестила руки на груди, защищаясь от его слов, которые ранили сильнее пощечин. — Я живой человек. Которого ты украл. Которого ты изнасиловал на грязном полу, а потом привязал к себе заклятьем, как цепного пса.
Он резко обернулся. Пламя в глазах вспыхнуло с новой силой. В два шага он преодолел расстояние между ними.
— Я не насиловал тебя, — прорычал он, и от этого рыка заложило уши. — Твое тело пело подо мной. Оно раскрывалось, как бутон навстречу солнцу. Ты кричала не от боли. Ты кричала от того, что не могла вместить весь тот восторг, который я тебе давал.
— Я сказала «нет», — Ария вскинула подбородок. Ее глаза смотрели прямо в его алые бездны, не мигая. — Я сказала «нет» сотню раз. Ртом. Губами. Голосом. А то, что ты сделал с моим телом, используя магию и страх, называется одним простым словом. Изнасилование. Ваше. Величество.
Он не ударил. Он сделал хуже — он поднял руку и коснулся ее подбородка. Пальцы были горячими, почти обжигающими, а прикосновение — обманчиво нежным. Он приподнял ее лицо, заставляя смотреть в глаза.
— Ртом ты говорила «нет», — прошептал он, и его дыхание смешалось с ее. — Но твое тело… каждым вздохом, каждым стоном, каждым движением бедер, когда ты обхватывала мои бока ногами и притягивала меня глубже, в самое нутро… Оно кричало «да». И ты это знаешь.
— Это была магия, — выдохнула Ария, чувствуя, как подгибаются колени. — Ты опоил меня своей силой. Она заставила меня хотеть того, что я ненавижу.
— Магия — не приворотное зелье, Ария, — он медленно, почти лениво провел большим пальцем по ее нижней губе. — Она не создает желание из пустоты. Она лишь срывает замки с клеток, где ты прячешь свои истинные, постыдные хотелки. Она усиливает то, что уже есть. Ты хотела меня еще там, в тронном зале, когда стояла передо мной на коленях в разорванном платье. Еще до того, как я влил в тебя первый глоток тьмы. Ты ненавидишь меня, принцесса, — это правда. Но ты хочешь меня так же сильно, как ненавидишь.
Ария молчала. Молчала, потому что опровергнуть было нечего. Связь не дала бы соврать. Ее тело помнило не только боль, но и то, как сладко сжималось все внутри, когда он заполнял ее до предела. И сейчас, когда его пальцы касались ее лица, она чувствовала, как низ живота наливается предательской, горячей тяжестью.
— Это пройдет, — прохрипела она, но собственный голос показался ей жалким.
— Никогда, — он убрал руку и отступил на шаг, давая ей глотнуть воздуха. — Магическая связь на
