Пламя - Наталия Джастер
— Пожалуйста, скажи мне, что это какой-то жуткий спецэффект для Праздника Жнеца.
— Нет, — ответил солдат, подняв лицо к небу и наблюдая за кружащими в облаках ястребами и соколами. — И это не своенравная проделка природы.
Опустив взгляд, мужчина медленно провел плоской ладонью по воздуху, словно очерчивая невидимый поток, считывая что-то там, а затем согнул пальцы в перчатке. Почувствовав мое приближение, Эйр резко посмотрел на меня.
— Это человеческое вмешательство. Что-то преднамеренное.
— Папа! — пискнул Нику, усадив Тамбла себе на плечи, отскочил от ног Элиота и прыгнул мне на руки.
Облаченная в мерцающее бронзовое платье, Авалея проследила за траекторией ребенка, ее взгляд метнулся от Нику к пустому пространству вокруг меня.
— Где Бриар?
Холодный ужас окатил мою грудь, когда я оторвал Нику от земли.
— Ее здесь нет?
Тишина. Все уставились на меня, быстро осознавая весь ужас происходящего. Вполне справедливо, ведь они полагали, что принцесса была со мной. И всё же скрытая паника в голосе Авалеи была заразительной, передаваясь остальным членам нашего клана, когда они пришли к тому же выводу.
Моя кровь заледенела. Удерживая сына, я развернулся к замку. Мой взгляд скользнул по кирпичному фасаду, взбираясь по башням в Королевском крыле, где я видел ее в последний раз.
Что-то преднамеренное.
Холодный ужас отступил из моих вен. На его место пришла ярость, воспламенив сетчатку моих глаз, и беззвучный рев вырвался из моего горла.
Бриар!
Все это время мы подозревали, что на Празднике Жнеца может произойти потенциальный заговор. Да, мы надеялись на лучшее после того, что случилось с Летом. Но мы также оставались наготове и направили больше солдат охранять тайные ходы.
Но фракция короля, блядь, все равно пробралась внутрь. А в качестве бонуса они потушили огонь в замке. У меня было достаточно опыта в охоте на людей, чтобы догадаться, зачем.
— Папа? — дрожащим голосом спросил Нику. — Ты прячешь Бриар Патч?
Все хранили мертвую тишину. По мере того как угроза становилась очевидной, выражения их лиц сменялись от растерянных до гневных. Затаив дыхание, они ждали, пока я объясню это сыну.
Еще минуту назад Нику беззаботно смотрел на замок. Скорее всего, он не придал значения темным окнам, восприняв их не столько как угрозу, сколько как источник предвкушения. Он также не счел отсутствие Бриар проблемой, не уловив связи между крепостью и ее принцессой. Он не воспринимал расстояния и локации таким образом.
Но теперь лицо моего сына сморщилось от непонимания. Травма от того, что он уже однажды потерял ее, отразилась в его чертах.
Изо всех сил стараясь сохранить спокойствие, я обхватил его личико ладонями.
— Она просто задерживается. Я приведу ее к тебе.
Кожа между бровями Нику собралась в складки. С каждым мгновением он взрослел, так что его взгляд пронзил меня насквозь и препарировал эту ложь. Мой сын не был ебаным дураком.
Его подбородок задрожал, а затем он начал всхлипывать, что взбудоражило его фамильяра. Тамбл запищал и завертелся на плечах мальчика.
— Тише. — Я крепче сжал лицо сына. — Нику, тише.
— Бриар Патч. Папа, пожалуйста…
— Я приведу ее. Обещаю, я приведу ее. — Зачесав его волосы назад и быстро поцеловав в макушку, я напомнил: — Ты должен остаться здесь и быть героем, помнишь? Постарайся успокоить Тамбла.
Получив это задание, Нику проглотил подступающие слезы. Икнув, он кивнул и принялся гладить хорька, успокаивая зверька.
Затем лицо Нику внезапно изменилось. Оно напряглось от решимости и желания защитить: эти эмоции пробились сквозь его хрупкую внешность, обнажив скрытую внутри железную волю.
— Стань тьмой, чтобы победить тьму, — прошептал он.
Стань тенью, чтобы видеть сквозь тени.
Клянусь Сезонами. Однажды он затмит нас всех.
Во дворе жители начали проявлять беспокойство. Их голоса зазвучали на октаву выше, сливаясь с волнениями, доносящимися из нижнего города. Празднующие отсюда и до площади заметили неосвещенный замок: эффект сработал как лесной пожар, зарождая семена надвигающегося хаоса.
Элиот выудил из своей лютни гарроту, на его лице застыла враждебность и готовность защищать. Но прежде чем менестрель успел что-либо предпринять, я опустил Нику на землю и подтолкнул его к Элиоту.
— Спрячьте моего сына в безопасное место, — резко бросил я нашему клану. — Не спускайте с него глаз.
Не дожидаясь ответа, я развернулся и бросился к соседнему двору. Позади послышался топот ног, и голос Авалеи выкрикнул:
— Я иду с тобой.
— Об этом не может быть и речи, — прорычал я, мчась по кирпичной кладке.
— Она моя дочь, — прошипела королева, ее слова вонзились мне в спину, словно иглы.
— Она наша принцесса, — настояла Пози.
— Она моя лучшая, блядь, подруга, — процедил Элиот.
— А Нику — ваш приоритет, — рявкнул я, резко разворачиваясь к ним лицом. — Больше мне некому доверять.
Элиот плотно сжал губы, но обхватил Нику своей массивной рукой за грудь, надежно удерживая его. Каденс раздула ноздри, а Пози и Вейл сдержали протесты. Менестрель и Каденс рискнули собой, чтобы остаться с Бриар во время ее изгнания. Пози и Вейл уже много раз упускали возможность помочь. Они хотели бросить вызов тому, что скрывалось в замке, ради Бриар, но в то же время они читали мое свирепое выражение лица. Мой сын был на первом месте — Бриар бы с этим согласилась, — а я буду двигаться быстрее без свиты.
С королевой всё было иначе: она бросилась вперед и огрызнулась: — Я не оставлю там своего ребенка. Ты — стихийное бедствие, но ты всего лишь один человек. Тебе нужно…
— Я пойду с ним, — прервал ее баритон, обладатель которого шагнул из мрака в пене угольно-серого меха.
Джерин из Зимы не столько проломился сквозь мрак, сколько разрезал его своими чертами лица, достаточно острыми, чтобы кромсать сталь. Темно-синяя грива принца была заколота на затылке, его возвышающаяся до небес фигура поглощала задний фон, а безмятежные черты лица сглаживали сцену, словно самое странное, блядь, очищающее средство для вкусовых рецепторов.
Он взглянул на замок так, словно изучал его через лупу.
— Это пепел трута Лета, — сказал он. — Вот что вызвало отключение света.
— Как, черт возьми, вы это поняли? — перебила Каденс.
— Свечение пламени меняется, когда в нем присутствуют следы летнего пепла. — Принц кивнул в сторону ближайшего настенного бра. — Хотя это едва заметно, если не знать, что именно искать.
Эйр подошел ко мне, в его голосе звучало сомнение:
— Вы уверены?
Я не мог сказать, что задело его больше: то, что солдат забыл обратиться к принцу по титулу, или сам факт того, что он вообще усомнился в
