Путь к искуплению - Анастасия Сергеевна Король
Ее глупость и надежда на Тьму сыграла с ней злую шутку. Вивьен слишком сильна.
Кровавая лужа растекалась под ней. Она уперлась руками в черный пол.
Она проиграла.
Горячая алая кровь стекала по руке. Лужа все увеличивалась. Нина посмотрела на свое отражение в ее зеркальной глади.
Бесполезная, слабая, возомнившая, что сможет всех спасти. От горечи собственных разрушенных надежд она зажмурилась.
Вивьен продолжала заливаться смехом. А вдалеке послышался плач Дары. Маленькая снежинка прильнула к ее щеке.
Нина медленно открыла глаза.
«Азамат! Дара!»
Снежинка тревожно замельтешила перед ее лицом, словно пытаясь ее поднять. Мелкий снег начал срываться с неба.
Тут Нина заметила в луже собственной крови Тьму. Она моргнула – слеза сорвалась с ресницы и упала на его лицо. Багровая гладь пошла рябью.
Нина не была самой сильной берегиней; она не умела виртуозно сражаться, как берегиня Феодосия, она не была праведной и милосердной, как все остальные, но она готова была сражаться за тех, кого любила. В руках запульсировала энергия. Впервые в жизни она ощутила, что тьма подчинилась ей.
Уголки губ Нины приподнялись. Она прикрыла глаза, ощущая всю мощь мира. Она надеялась, что сила пробудит Владыку Тьмы в ней, но правда в том, что Тьма не был отдельной личностью. Он был ее прошлым. Она всегда была Тьмой. Нина распахнула глаза. И пришло спокойствие; пульс замедлился, мысли перестали прыгать.
В черноте ее сознания перед ней возник Владыка Тьмы.
– Мы одно целое, – прошептала Нина вместе с ним.
Владыка Тьмы протянул руку ладонью вверх. Человеческое естество Нины занервничало, сердце несколько раз трепыхнулось в сомнении, но она уже приняла решение: протянула руку в ответ.
– Мы неразделимы. Ты и я. Ты задаешь вопросы, но сама уже знаешь на них ответы.
И в забытой комнате ее души раскрылась дверь, впуская Нину. Древняя истина была проста.
– Я – Тьма, – произнесла она, и их ладони встретились.
Он не сводил с нее взгляда черных глаз, а Нина не могла отвести своего взгляда от него. Черная энергия забурлила между их пальцами и взорвалась всепоглощающей чернотой.
Нина медленно открыла глаза.
В них больше не было страха, в них не осталось сомнений: она сама Тьма, и никакой жалкий демон ей не противник.
С багряного неба начали срываться крупные снежинки, но они не падали на землю, они тянулись к ней и медленно кружились вокруг. Она подняла голову и почувствовала под ногами энергию.
Весь мир, каждая снежинка, каждая душа были пронизаны энергией Царства Тьмы.
– Я вспомнила, – произнесла она еле слышно.
И медленно встала.
Снежинки все падали и падали, покрывая все багряной пеленой, и продолжали стелиться по полу, вливаясь в поток завихрений вокруг Нины.
– Что? – Вивьен отступила, испуганно смотря, как, пролетая мимо нее, тысячи снежинок притягивались к Нине.
Она выпрямилась и, вскинув голову к небу, прикрыла глаза и прислушалась. Внутренним чутьем она услышала, как шептали алые океаны, гудели горы, а небеса пели; миллиарды снежинок роптали: «Тьма вернулся…»
Каждый камень, каждая капля – все здесь было живым. Песок на арене зашевелился, завибрировал.
Человеческое тело мелко задрожало, а душа переполнилась энергией: все здесь пронизывалось этой энергией, и она сама состояла из нее…
Губы Нины, перепачканные кровью, разомкнулись, и слова слетели с них:
– Тысячелетия назад, когда умирали первые люди, многие их души, – она подняла руку, и на ее ладонь с готовностью приземлилась одна из снежинок, – не хотели уходить дальше, и они превращались в монстров, теряя остатки света… Царство Тьмы. Вы все ведь его так зовете, даже не задумываясь, что в названии скрыт смысл. Ад, Преисподняя, Тартар – люди называют это место по-разному, думая, что оно принадлежит им, так же как и человеческий мир… Ты думала, что Царство Тьмы питает тебя силой, что, заманив меня сюда, ты получишь преимущество, но… Это. Мой. Мир. Именно я создала его. – Нина подняла потемневшие глаза на Вивьен и сжала пальцы в кулак.
Вулкан, извергающий кровавые реки, проснулся, земля треснула и разверзлась, раскалывая арену. По небу пробежали сотни алых молний.
Снежинки, словно псы, услышавшие команду «фас!», кинулись к Вивьен. Та бросилась бежать, но миллионы снежинок были быстрее – они обступили ее стеной и закружились вокруг.
Сила Вивьен то и дело прорывала снежный тайфун, но противиться самому Аду было невозможно.
Нина раскинула руки. Мир Владыки Тьмы, ее мир переполнил ее энергией.
Все это время она была уверена, что сила Владыки Тьмы разделилась на три части: одна часть осталась в берегинях, вторая часть была в мече, третья – в яблоне, но бо́льшая часть его силы осталась здесь, в его Царстве. Тьма сотворил мир для неприкаянных душ, чтобы они не мешали живым людям. Он хотел создать место, где они чувствовали бы себя дома…
Вихрь силы закружился всюду. Ноги Нины оторвались от земли, и она поднялась в воздух.
Демоны, которые удерживали Самуила, закричали, разбегаясь. Самуил поднялся с колен и, выставив вперед руку, коснулся пальцем застывшей перед ним снежинки. Она проверяла, все ли с ним хорошо. Он поднял голову: алое небо клубилось, мерцало, гремело…
Из носа Нины потекли тонкие струйки, наполняя рот кровью. Капли срывались вниз и падали на землю, и сразу же из земли появлялись ростки алых цветов купины. Стебли формировали соцветия; бутоны набухали и, поднимая свои головы, раскрывали прекрасные лепестки.
Адская купина. Легенды говорили правду: цветы были порождением Царства Тьмы.
Купина прекрасна, но прикоснись к ней, и она оставит страшные ожоги.
Царство Тьмы, полное багряных оттенков, – единственный цвет, который Тьма мог безошибочно отличить от других, словно проснулся. Алые цветы, прекрасные и пугающе, стали прорастать всюду и хватать демонов за ноги, прорастать мощными стволами и скручивать их.
Крики демонов были слышны всюду.
Плененные люди ошеломленно смотрели, как их мучителей захватывали цветы. Адская купина захватывала все пространство.
Нина сделала шаг по воздуху в направлении Вивьен. По мановению пальцев меч подлетел к ней.
И вдруг снежинки остановились, словно кто-то нажал на паузу. Вивьен так и застыла. Она изумленно огляделась, встретилась глазами с Ниной и отпрянула.
Губы Нины разошлись в оскале.
– Вивьен, ты нарушила мои законы. А это карается только одним: уничтожением, – произнесла она не своим голосом.
Вивьен бросилась вперед, но снежинки образовали перед ней алую стену. Мощные стволы цветов выбрасывали лианы, как лассо. Вивьен ударила по ним, но дикие цветы с неимоверной скоростью продолжали расти, поднимаясь все выше и выше. Тут одна из лиан ухватила ее за лодыжку и впилась в кожу,
