Путь к искуплению - Анастасия Сергеевна Король
– Все оказалось не так страшно, – с облегчением констатировала Мария. – Черви слабы.
Михаил же нахмурился, смотря на то, как синий огонь танцевал по остаткам паразитов. Взгляд опустился на черный гвоздь в руке.
Черви были лишь следствием уничтожения яблони. Что произошло?
Он вложил меч в ножны.
Неужели кто-то пронес этот гвоздь и воткнул его в ствол яблони? Не верилось, чтобы кто-то из гвардейцев был на это способен. Но тогда кто?
– Смотрите! – выкрикнул кто-то из толпы.
Михаил обернулся, бросил взгляд на указывающего вверх человека и проследил за направлением его руки. Растущая луна обрамляла темный силуэт человека, стоящего на крыше. Он держал на руках кого-то. С земли было не разобрать, кто он.
Круги желтого света фонарей нашли свою цель и собрались на зловещей фигуре.
Михаил вздрогнул: на крыше стоял сам десница Владыки Ада Самуил. Его бордовое пальто колыхалось, а глаза светились раскаленным железом, растекающимся за пределы зрачков по воздуху. На руках он держал человека, который казался бездыханным. Темная энергия растекалась от него во все стороны, подобно дыму.
«Как он смог проникнуть в Эль-Гаар? Даже сам Владыка Ада не может попасть сюда?!» – ошарашенно уставился на него Михаил.
– Демон!
– Демон! – запаниковали все. – Как он попал сюда?!
– Защита от демонов больше не работает?
Взгляд алых глаз нашел в толпе фигуру Михаила – взгляды высшего демона и главэкзорца встретились.
Рука Михаила непроизвольно потянулась к мечу.
«Что происходит?»
Самуил легко подпрыгнул. Его фигура пронзила ночное небо и на мгновение зависла над почерневшей яблоней. Послышались крики священнослужителей и рекрутов, некоторые из них не видели демонов; многие бросились наутек.
Самуил приземлился прямо напротив Михаила. Дыхание тьмы вместе с воздухом разошлось во все стороны. Полы пальто опали на землю. Выпрямившись, высший демон с нежностью и тревогой посмотрел на человека на своих руках.
И тут сердце Михаила упало к ногам. Он ошарашенно замер: демон заботливо держал Нину; она была то ли мертва, то ли просто без сознания. Он не сразу узнал ее из-за полностью черных волос. Темная растекающаяся энергия вытекала из ее рта, носа, ушей, кожи, подобно смертоносному туману.
– Всем приготовиться! – закричал Феофан, и гвардейцы разом вызвали сотни мантр. Их синий свет, слепя, распространялся всюду.
Но Самуил не выглядел напуганным. Он забрался в самое логово экзорцистов неспроста.
– Отставить! – крикнул Михаил, поднимая руку с мечом. – Вы слышите меня? Не стрелять!
Перешептывания вихрем пронеслись над площадью. Михаил и Самуил, держащий Нину на руках, стояли в центре торнадо недоверчивых и непонимающих взглядов.
Никто не мог ослушаться приказа главэкзорца. Только один лишь канцлер мог оспорить его.
– Я все объясню позже. Не стреляйте!
Безмолвие сгустило воздух, и стало тяжело дышать. Взгляды подчиненных, членов Совета неверяще вцепились в Михаила. Удостоверившись, что никто не начнет стрелять, он обернулся к Самуилу:
– Что случилось?
Высший демон словно не в кругу озлобленных гвардейцев стоял. Пульсирующие мантры, направленные в его строну, вовсе его не тревожили. Он вновь опустил глаза на Нину.
– Она закричала. – Голос высшего был полон тревоги. – Тьма стала бесконтрольно исходить из нее. Она отключилась и не приходит в сознание.
Его пронизывающий до костей сильный голос достиг каждого уголка внутреннего двора. Все навострили уши, прислушиваясь.
Он повернул голову. Взгляд скользнул к погибшей яблоне.
Отовсюду слышались перешептывания:
– Кто у него на руках?
– Разве это не Нина Афанасьева? – произнес Гриша. – Она гвардеец.
– Что происходит?
– Это он уничтожил яблоню?
Михаил при взглядах сотен глаз соратников сделал несколько шагов к Самуилу и посмотрел на Нину. Она выглядела еще хуже, чем ему показалось. Черная субстанция, похожая на живой черный дым, струилась из закрытого рта, ушей, и, казалось, из самих ее пор и сползала на землю. Михаил протянул ладонь – жидкая тьма хлестнула его.
– Она еще дышит. – Он отдернул руку. – Ты знаешь, что произошло с яблоней?
– Нет. – Голос высшего ничего не выражал.
Михаил вздохнул и вновь вставил меч в ножны.
Это простое движение заставило всех замереть. Толпа, словно единый организм, уставилась на него. Теперь ни у кого не осталось сомнений, что главэкзорц Вердервужский был знаком с демоном.
Михаил кивнул Самуилу в направлении Замка правительства:
– Следуй за мной.
Самуил перехватил Нину. Ее голова уткнулась в его шею. Легко, словно она ничего не весила, он нес ее мимо людей, расступающихся перед ними. Глаза демона светились в ночи, подобно факелам; отблески подсвечивали его высокие скулы, а статная фигура возвышалась над всеми, словно сам ангел ночи спустился с небес.
Мантры были готовы сорваться с рук, но игнорирование приказа главэкзорца привело бы к проблемам. Кладбищенская тишина накрыла внутренний двор.
Мало сказать, что Михаил был не рад такому повороту событий, но тревога за Нину затмила все: что будет, если она погибнет?
– Главэкзорц Вердервужский! – крикнул канцлер Феофан.
Михаил поморщился и, замедлившись, повернул голову. Канцлер пробился сквозь толпу к ним и, увидев горящие огнем глаза Самуила и Нину, истекающую тьмой, в ужасе застыл. Он был одет в пижаму с накинутым поверх халатом.
– Михаил! Что это значит?
– Не здесь, – хмуро произнес он, поглядывая на гвардейцев.
– Это ведь демон! Что на Святой земле делает демон?! – взвизгнул канцлер.
Хмурый и жесткий взгляд Михаила ударил его презрением. Канцлер покраснел и, все набирая и набирая в легкие воздух, раздулся от возмущения.
Михаил разочарованно мотнул головой: его точно ждали проблемы. Но после того, что натворил предыдущий канцлер, он больше не мог доверять верхушке Святой земли.
Торопливые шаги наполнили пустые темные коридоры.
Тревожный звон колоколов вызвал дрожь и разлился по венам Эль-Гаара и чуть с запозданием по всей Святой земле. Эль-Гаар потерял защиту от демонов – теперь эта весть разнесется всюду.
Адъюнктура Святой земли приближалась стремительно. Михаил ворвался в ее пустой холл и резко развернулся:
– Что случилось?
Самуил прошел через проем – от вида высшего демона, находящегося в самом центре Эль-Гаара, даже он почувствовал морозный холод.
С невероятной нежностью демон уложил Нину на диван в холле. Тьма от ее тела, крадучись, спускалась с дивана на пол; медленно, угрожающе она заполняла все вокруг. Самуил присел на корточки возле нее. Черная дымка окружала его со всех сторон, но, казалось, не причиняла демону вреда. Он нежно сложил ее руки на животе, убрал волосы с лица и, повернув голову – алые глаза разгорелись ярче, – ответил:
– В одно мгновение она улыбалась, а в следующее закричала. По-видимому, это связано с тем, что произошло со
