Гёрлхуд - Софа Вернер

– Стоило предугадать это, – я разочаровано сжала губы. Не стала говорить вслух, что нарисованные схемы можно хоть сожрать вместе с бумагой – источники-то информации рядом стояли: вон, Ряба вцепилась в швабру очень по-боевому. Мы, наверное, могли бы обойтись и без открытия магии в себе – ногтями драть, зубами рвать, ногами топтать. Но кое-что в себе так или иначе успели припрятать – даже того, о чём Времлада не мыслила.

– Зачем вы это сделали? – задумчиво поинтересовалась Мора, будто для уничтожения, кражи, да и вообще зла нужна была какая-то причина.

Когда директриса промолчала, но сосредоточенно уставилась на Аиду, я сразу почувствовала, как чернеет между ними та нить, которую Времлада уже подключала к чужому сознанию, чтобы воспользоваться тем, как внешним жёстким диском.

Я выхватила с верха морозилки нож для мяса и разрубила несуществующую связь, которая являлась даже реальной тварью, ползучей и кусачей. Я перепутала неядовитую Аиду и мрачную кобру, которая всегда пряталась под личиной директрисы. Это было почти логично и очевидно: время – это всего лишь змея, пытающаяся укусить себя сама за хвост.

Я размахнулась и опустила нож вниз, ударив лезвием в пол – и это сработало. Тень не успела стать тем существом, которое мы уже побеждали в спальне Аиды – и поэтому я действовала увереннее и без страха, то есть справилась куда точнее и смелее, чем в прошлый раз.

Если Аида и успела испытать какой-то морок, то он сошёл. Она тут же напала на меня со спины, почти повисла на плечах – но так я хотя бы убедилась, что она беззлобна:

– Я больше её не чувствую! – и облегчённо воскликнула мне на ухо. Я поморщилась от громкости, но приняла благодарность Аиды кивком (хотя внутри меня распирало – я и не думала, что такое умею!).

– Ужас вас подери! – в сердцах воскликнула директриса. Похоже, что мы разрушили все её планы – какими бы здравыми они ей не казались буквально пару мгновений назад.

– Он уже, и даже много раз, – Ужа нервно рассмеялась и вынула скетчбук из заднего кармана комбинезона, как бы показывая остальным – она готова помогать.

– Времлада Хронотоповна, вам же это не нужно, – я раскинула ладони в миролюбивом жесте. Присутствие Аиды рядом выгодно оттеняло меня, как «хорошего копа» или младшего Винчестера из сериала про охотников на таких, как мы. – Ну допустим, вы бы завладели Аидой вновь, и она бы съела нас. А дальше что?

Я сама удивилась своей напускной смелости – так стойко и открыто врать мне ещё не доводилось. Тем не менее, если девочки выбрали меня старостой нашего кружка по интересам, то мне придётся соответствовать всеми силами.

– Как же вы мне надоели... – прошипела она так по злому, словно мы находились на страничках учебника по пакостничеству. – Пройти уйдите с моего пути!

– А как же уроки доброты и участия? – я сымитировала улыбку и невежливо показала пальцем на Метель, который слизывал засохший остаток кровяного мяса с пола, как голодный пёс. – Что вы чувствуете, глядя на тех, кого покалечили? Пусть и чужими руками...

Вместо ответа, Времлада сделала ещё один выпад – но в сторону Рябы, уже откровенно немагический, до подлого физический. Но не успела я за неё испугаться, как Мора перекрыла путь замаху, превратившись в тонкую и непроглядную тень. Времлада ударила, но попала в глубину темноты и провалилась в сущность Моры, которая резко проглотила всё её тело – хоть и вечное, и сильное – разом и целиком в свою пустоту.

Мора, ставшая живой тенью, целиком закрывала собой Рябу – да так, что я даже не видела нитей собственной с ней связи, будто они пропадали в параллельном пространстве. Я схватилась за бедро, оно заныло – похоже, теперь, когда я знала своё место страха, я гипертрофировала свой страх в физическую боль, хотя меня ничего не ранило.

Директриса пропала, но ненадолго. Когда тень – то есть Мора – двинулась, то Времлада выпала от противоположной стены из тени Трещины, на которого и свалилась с грохотом. Трещина зарычал, не то от неприятности, не то от неуёмного голода – и потянулся к суховатому телу женщины, которая в страхе попыталась отползти от него. Но деваться было некуда – она ударила лоб и проронила кровь первой, и поэтому парни сразу учуяли в ней жертву.

– Может они повелись на страх? – Аида перехватила мои мысли и зашептала на ухо. Стало жутко, что она видела дальше, чем я, и поэтому по телу поползли мурашки. – Он в ней зреет и набухает.

Я чуть прислонилась к более высокой Аиде, стоявшей позади, будто попыталась найти временную опору, взять секунду на подумать. Я повернула к ней голову:

– Что нам делать?

Вопреки нашему соперничеству, она тоже тряхнула волосами и серьгами – наверное, пожала плечами.

– Не знаю, но убивать её нельзя.

– Это ты сказала? – я удивилась. Думала, что это будет её единственное (и самое лёгкое) предположение.

– Ты за несколько месяцев научила меня быть доброй, – слукавила она.

Мне пришлось деланно возмутиться, потому что быть открыто доброй неправильно и гнусно.

– Ну и умеешь же ты испортить момент!

Аида рассмеялась, и обошла на меня, чтобы настичь Времладу. Пока директриса озиралась, пытаясь смекнуть, как в очередной раз нас запутать и обмануть, она мягко наступила на живот, пользуясь знанием об источнике страха, и пригвоздила её к полу, не дав подняться. Я удивилась – почему бы не забрыкаться, не укусить Аиду за ногу, в конце концов? Но затем подумала, что, может быть, я лишь привыкла думать о наставнице как о сильной нечисти, а на деле она всегда лишь пользовалась другими? Она не проникала в головы ко всем – нужно было, чтобы её пустили. Она держала училище во временной петле, которая слабела – потому что ничего не поддавалось её контролю, даже она сама себе, просыпавшаяся по утрам в разном возрасте.

Найти в ком-то страх – одно дело, но вот осознать истинную слабость – совсем другое. Я даже ощутила маленькое, подлое наслаждение.

– Они вас сожрут, – уважительно предупредила Аида вслух и кивнула на парней, которые уже загрохотали по пути к добыче. – Как вы там