Острова в Эмбердарке - Брендон Сандерсон

доказательства для Ксизиса. Она подтвердила существование перпендикулярности, хотя предостережения Заката всё ещё звучали в её голове. Этот остров теперь был безопасен, но он дал ей список из семнадцати вещей, которые ей не следовало делать, чтобы её не укусили, не отравили, не съели или — что удивительно — не повесили. Лианы.

Она улыбнулась и встала. Вода была голубым зеркалом неба, но тёмным. Насыщенным, как акрил, нанесённым так густо, что видна была зернистость. В ней показался Закат и выплыл на поверхность. Его птицы остались наверху — они не любили погружаться под воду.

Она переживала, оставляя сущность, но он настаивал, что та останется, как приказано. И после того, как они летели с ней на буксире — как гигантским, смертоносным, пожирающим души щенком — она была склонна верить, что это действительно так. Богов, говорил Эд, нельзя удержать ни сталью, ни керамикой, ни даже инвестированным щитом.

Но история… ну, это совсем другое дело.

Закат встал, затем вздохнул, раскинув руки в стороны.

— Солнечный свет, — прошептал он. — Я начал забывать, каково это — чувствовать солнце на коже. — Он посмотрел на неё. — Ты уверена, что не сгоришь?

— Я буквально неуязвима.

— Я знал альбиносов, — сказал он. — Они легко обгорают.

— Я не совсем альбинос. И всё ещё неуязвима.

Он улыбнулся, что… ну, она не могла припомнить, чтобы он улыбался за всё время их знакомства. При том, что «всё время» было недолгим, она всё равно считала это замечательным. Он всегда был таким невозмутимым, а сейчас ухмылялся, выходя через узкий овраг к месту со смотровой будкой и грунтовой дорогой, где они ждали, пока…

Машины старомодного вида подъехали по дороге вдоль ручья. Первая остановилась, и из неё выпрыгнула женщина той же национальности, что и он, в отличном костюме.

— Закат? — воскликнула она. — Ты действительно привёл сюда чужеземца? Через пруд?

На Старлинг, разумеется, направили оружие. Она бы обиделась, если бы не направили.

— Да, — сказал Закат, выглядя почтительным — как будто хотел честно ответить на её вопрос. Очевидно.

— Зачем, Закат? — Женщина прижала руку к лицу. — Что могло заставить тебя выдать его местоположение?

— Полагаю, — сказал он, — древний дух раздробленного бога, обожествлённого нашими историями и восприятием, вот что мной двигало. Но это не имеет прямого отношения к тому, почему я решил довериться капитану Старлинг. — Он пошёл обратно к пруду. — Идёмте. Я должен показать вам важные открытия. Думаю, они тебе понравятся, Вати. — Он помолчал. — Ты правда ждала? Принимала решение?

Эта женщина, Вати, тяжело вздохнула. Затем усмехнулась.

— Все говорили, что ты, очевидно, мёртв, знаешь ли.

— Теперь ты сможешь сказать им, как они ошибались. Я знаю, тебе это нравится. — Он кивнул Старлинг. — Идём. Вати ждала, как я и сказал.

По приказу Вати солдаты опустили оружие. Старлинг последовала за Закатом к пруду; он шагнул в него и исчез. Старлинг задержалась на берегу и ждала остальных. Её одежда промокла от воды, что покрывала инвестированную жидкость внизу.

— Президент Вати? — сказала Старлинг. — Простите. Он не разрешил мне связаться с вами заранее и запретил представляться или официально просить разрешения на въезд на вашу планету. Он… эм… довольно пренебрежительно отнёсся к моим предложениям, что чужеземцу полагается так поступать.

Старлинг протянула руку. Вати посмотрела на неё, но Закат говорил, что рукопожатие у них принято. Поэтому Старлинг держала руку протянутой, с надеждой.

— Закат ненавидит бюрократию, — сказала Вати, наконец пожимая руку. — У него какое-то невыносимое чувство собственности на этот остров — будто он полностью принадлежит ему. Он обижается всякий раз, когда я упоминаю, что нужно разрешение на посещение.

Старлинг улыбнулась.

— Слышала, у вас проблемы с рошарцами и скадриальцами.

— «Проблемы» — мягкое слово для потенциального порабощения всей нашей планеты в чужеземных интересах. Вы можете помочь?

— Я не очень важная персона, — призналась Старлинг. — И мало связана с их конфликтом. Я в основном стараюсь держаться от них подальше. Но это значит, что у меня нет и личной заинтересованности в этой борьбе, так сказать. Если у вас есть вопросы к нейтральной третьей стороне… что ж, могу дать вам честные ответы.

Вати убрала руку, но, казалось, заинтересовалась. Она была более политична, чем Закат, который, как Старлинг начинала понимать, вовсе не был сдержанным или дипломатичным, каким казался поначалу. На самом деле он был невыносимым ворчуном, но со стороны это легко спутать и с выдержкой, и с дипломатичностью.

— Это было бы полезно, — сказала Вати. — Капитан Старлинг, да? У вас… есть корабль? Как у Верхних?

— Не такой грандиозный, — сказала Старлинг. — Но он мой.

«Осколки». Он будет её. Весь её, как только она сообщит Ксизису, что перпендикулярность на Первой от Солнца существует. С этими кандалами она не будет полностью свободна, но у свободы есть градации, как у самого неба.

Что-то показалось внизу, и Закат снова вынырнул из пруда.

— Вы идёте? — сказал он. — Сак хочет тебя видеть. — Он снова нырнул, словно собираясь исчезнуть.

— Закат! — сказала Вати. — Мне нужно объяснение. Ты привёз сюда чужеземца, даже не спросив. У тебя есть способ защитить нас? Она?

— Что, она? — сказал он. — Нет, она просто помогла мне вернуться вовремя — на лодке я бы плыл слишком долго. К тому же… Даквара разбила её.

— Даквара, — сказала Вати. — Закат, это миф.

Старлинг почувствовала удовлетворение от того, что кто-то из его же народа тоже сначала так отреагировал.

— Миф, — сказал он, — и спасёт нас. Вы идёте? Я связал своей волей древнего бога разрушения, и она хочет с вами познакомиться. — Он снова исчез.

Вати, казалось, была ошеломлена, как и следовало.

— Это… становится проще со временем, — пообещала Старлинг. — Вы, боюсь, прыгаете с высокой скалы в первый раз. — Она помолчала. — Если говорить о древних богах разрушения, это самый приятный из всех, кого я встречала. — Она слегка пожала плечами, затем шагнула в пруд и погрузилась — мысленно приказав перенести её на другую сторону.

Вскоре телохранители Вати появились в Шейдсмаре, а за ними и сама президент.

***

Закат терпеливо ждал, пока они таращились на Даквару, которая плавала в неморе вокруг их острова в сопровождении свиты черепозмеев.

— Да, — ответил он, казалось, в седьмой раз. — Она делает, что я скажу. Я одолел её. Даквара обязана служить мне сто лет — дольше, если никто другой не придёт и не одолеет её после того, как столетие пройдёт.

Этого должно хватить, решил он, чтобы его народ твёрдо встал на ноги и закрепился в космере. Сто лет, в течение которых ни один корабль не сможет несанкционированно приблизиться