Красный волк - Н. Свидрицкая

Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 127

гуманоида. Реакция была мгновенной и такой ужасной, что Ив отвернулся, с трудом подавляя позывы к рвоте. Только теперь он вдруг осознал то, о чём должен был подумать раньше: что он стал намного сильнее и быстрее, чем был прежде, чем это вообще свойственно человеку. Он и опешил слегка, и испытал нелогичный в этой ситуации мальчишеский восторг. Проверяя свою силу, подошёл к камере, стараясь не смотреть внутрь, легко отломил стержень с режущим диском, и почувствовал себя увереннее, вооружившись. Когда-то в прошлой жизни он владел техникой боя, являвшейся достоянием Дома Кайлов: Бойца теней, — и теперь сильно рассчитывал на это, да ещё на то, что с его времени не поменялось золотое правило: никакого оружия в помещениях космических объектов, кроме чистого металла и собственной силы и ловкости. Обшарил тела, забрал две пластины, подобные тем, с которыми ходили Бехидже, маленький чёрный предмет, которым угрожал ему Вэйхэ, тонкий стержень, наполненный светло-зелёным огнём, контакты на пальцы, и плоский серый жетон. Вышел в коридор, готовый, если нужно, драться, но никого не было. Слегка приободрившись, Ив направился обратно в офт

Открывая одну за другой одинаковые двери, он начинал постепенно впадать в отчаяние: везде были только гуманоиды. Бехидже, Бехидже, Бехидже… несколько вранов, два келта, один клоп — никому из них Ив довериться бы не решился. Он вспомнил, как Шитаха говорил, что он первый человеческий офт, и начал было уже подумывать об альянсе с клопом, как вдруг за очередной дверью обнаружил пристёгнутую к лежанке женщину — Агой.

Нужно сказать, что во времена Мерака вражда мероканцев с Агой ещё не приняла такого абсолютного характера. Ив помнил ещё времена, когда Агой и мероканцы были союзниками; сам он относился к рыцарям Агой с большим уважением. Поэтому он ничуть не испугался; проник внутрь и закрыл за собой дверь. Агой зашипела и ощерилась на него, забившись на лежанке в бессильной ярости, но Ив прижал тыльную сторону запястья к губам, призывая её к молчанию. Агой притихла, удивив этим саму себя. Смерть, каждую секунду которой она помнила сейчас, ярость, возраставшая в ней день ото дня, и постепенно охватывающее её отчаяние многое в ней изменили. Сначала она лишилась родичей, потом — чести и корабля, и ещё потом — жизни и свободы. После всего этого мероканец, призывающий её к молчанию, был такой мелочью!

— Хочешь вырваться отсюда? — Шёпотом спросил мероканец на слегка изменённом диалекте Биафра. Жёлтые глаза Агой полыхнули, мускулы под гладкой серой кожей напряглись снова.

— Скажи «Да», сестра.

— Да!

— Это не тот ответ. — Возразил мероканец. Показал ей свои израненные запястья, и она наконец-то обратила внимание на его серую одежду офта, такая же была и на ней. И ненависть исчезла. Кто бы они ни были прежде, но ужас смерти и воскрешения объединил и примирил их.

— Шах, брат. — Ответила она, и он улыбнулся. Этот жалкий оскал никчёмных человеческих зубов, как она знала, считался у этой расы знаком приязни, а не угрозы, поэтому она отреагировала должным образом: сжала собственные губы, скрывая великолепные острые и длинные клыки. Он тоже был осведомлён. Не мешкая больше, он освободил её от пут и дал оружие: стержень с режущим диском.

Едва в руках рыцаря Агой очутилось оружие, как она на глазах расцвела: серая тусклая кожа налилась бронзой, чернью и позолотой, глаза вспыхнули змеиным огнём.

— Как? — Коротко спросила она.

— Не знаю. — Ответил мероканец. — Сможешь вести корабль, если мы его захватим?

— Смогу. — Она почувствовала, что мероканец, возможно, достоин её уважения.

— Если не вырвемся, то умрём. — Сказал мероканец, окончательно покорив её. — Терять мне нечего. Ты со мной, сестра?

— Шах! — Ответила она, уже не скрывая своего восхищения.

Прихватив лёгкую лежанку, Ив первым вышел в коридор, и вовремя: к ним уже спешили несколько Бехидже и боевых андроидов. Прикрывшись лежанкой от первого залпа шокеров, Ив швырнул ею в них, посеяв лёгкое замешательство, которого для Агой было достаточно: воин из клана Сакирш-ш, она была рождена для битвы, и показала это в те несколько секунд, что ей потребовалось, чтобы самым жестоким образом буквально порвать в клочья всех, кто противостоял им в коридоре. Светлые стены и пол были забрызганы кровью и мозгами, когда она опустила своё оружие и повернулась к мероканцу:

— Что дальше, брат?

— К лифту. — Ответил тот, ничуть не шокированный, как было бы большинство его соотечественников. Это Агой понравилось: он не был слизняком, как остальные люди, привыкшие к чистому убийству и брезгующие его грязной стороной.

В лифте Ив внимательно изучил панель, вспоминая, что здесь делал Бехидже, за которым он наблюдал. Панель лифта, как и в его время, была разноцветной, и он, чуть колеблясь, подумал о колер-кодах своего времени. Если и тогда они были древнее всех человеческих цивилизаций, почему бы им не действовать и теперь? Приёмники терминалов, ангары и шлюзы имели колер-код Г: от жёлтого до зелёного, и Ив выбрал тот участок, который был нужного цвета. Сбоку на пластине были зубчики, которые идеально подходили для идущих поперёк цветных квадратов выемок, и он вставил его в зелёный квадрат. Вся панель, по которой бежали огни, потухла, освещённым остался только зелёный участок. Лифт двинулся, сначала вбок, потом вверх, потом снова в бок, и наконец вниз, а Ив торопливо выспрашивал у Аши про теперешний мир. Сначала она отняла у него последнюю надежду, подтвердив слова Шитахи: теперь шёл три тысячи четыреста двенадцатый год. А потом обрадовала, рассказав о существовании Союза, мероканской Общины на Корте, о том, что Биафра по-прежнему процветает, и Ив принял решение лететь туда, если побег удастся. Стоит ли связаться с мероканцами, Ив не знал; вся душа его требовала этого, но было страшно. Пока он не хотел надеяться и строить планы. Он не знал, как и где он существовал все эти четыреста лет, что делал, что сохранило его мозг для офта? Но главное — от Агой он услышал, что Л’вар жив; что соль изуродовала, но не убила его, и что у него по-прежнему есть шанс отомстить. Это следовало переварить, но Ив не мог себе позволить думать. Ощущение, которое сейчас несло его, было похоже на вдохновение, и было залогом какого-то успеха, если на успех можно было рассчитывать там, где он оказался.

Возможно, это был ангар — даже скорее всего, это был ангар или приёмник. Или и то, и другое вместе. Но вместо того, что Ив привык видеть, здесь было то, что он не мог даже описать. Даже Кейвар Мессейс, родившийся на четыреста

Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 127