Выжить - Андрей Алексеевич Панченко
— Ты кто? — Неожиданно майор ткнул в меня пальцем.
— Младший сержант Серёгин!
— Так… Серёгин назначается моим заместителем. — Неожиданно объявил майор, — Сержанты на месте, остальные на первый-седьмой рассчитайсь!
Команда выпускников быстро рассчиталась, и майор тут же закрепил за каждым сержантом свой номер, приказав принять командование над бойцами. Потом он всех снова поставил в строй, оставив рядом с собой только меня.
— Так… Слушайте меня внимательно бойцы — Начал майор — Сегодня ночью мы выезжаем на аэродром, и вылетаем в Кабул. Мне нужно от вас только одно, чтобы вы добрались на пересыльный пункт без происшествий! Сержанты отвечают за своих бойцов, Серёгин отвечает за сержантов. И чтобы мне никто мозг не делал! Если вы вздумаете на меня хер положить, я на вас два положу, я найду где взять второй! Всем всё понятно?
— Так точно! — Дружно гаркнула команда А-20.
— Так… теперь слушаем дальше. — Майор прохаживался перед строем, заложив руки за спину, как Сталин на совещании в своем кабинете — До отправки ещё есть время, и поэтому послушайте моего доброго совета. Перед погрузкой в машины будет проверка личных вещей. Запрещено брать с собой дневники и записные книжки, фотографии с техникой и оружием, письма с домашними адресами сослуживцев, самодельные ножи, заточки, «дембельские» альбомы, если кто-то умудрился начать их в учебке, лишние деньги. Рубли в Афганистане не нужны, там в ходу чеки Внешпосылторга и афгани, поэтому крупные суммы рекомендую потратить или отправить домой. Что бы блядь во время проверки, ничего из того что я перечисли в ваших сидорах не было!
Майор внимательно обвел нас взглядом, стараясь понять, дошло до нас или нет, и продолжил.
— Так… Слушаем дальше. На каждой вещи, вещмешке, фляге, ХБ, бушлате в общем везде должен стоять либо номер военного билета или хлорный оттиск с фамилией. Это вам пригодится, и очень скоро, так что всем сделать, у кого нет, а сержантам проверить! Так же проверить обязательное наличие жетона! Серёгин!
— Я!
— Лично проконтролируй! — Майор ткнул в меня пальцем — Чтобы ни из-за какой бляди, нас тут не оставили ещё на сутки!
— Есть!
— Так… Теперь дальше. Держаться вместе! Когда прибудем на пересыльный пункт, из расположения никуда не выходить, даже в сортир ходить по двое, а лучше по трое! Там полно дембелей, ожидающих отправки в Союз, форму снять, и вещи отжать могут мигом. Не дай бог, сука, у кого-то что-то отберут из обмундирования! И за мешками своими смотрите — за казенное имущество отвечаете головой! Не довезете до бригады — звиздец вам там будет! Ну вроде всё. Серёгин!
— Я!
— Построение на этом месте в двадцать три ноль-ноль! Чтобы все были как штык, и трезвые! Всё, занимайся.
Майор засунул бумаги со списком в планшет и отбыл в неизвестном направлении, оставив меня стоять перед командой. Подождав пока он скроется за горизонтом, я посмотрел на бойцов.
— Так… Тфу блядь! Прицепилось. — Строй бывших курсантов дружно заржал. — Отставить! Я вас строить не буду парни, все всё сами слышали. Сейчас расползаемся по норам, и чтобы вас ни видно и не слышно было до построения. Кто меня или сержантов подведёт… ну чего вам объяснять, получите пи…ы короче. Разойдись!
Команда А-20 как какие-то волшебники испарилась с плаца за секунды. Я, и двое моих сослуживцев из сержантской роты тоже поспешили скрыться с глаз начальства, вернувшись в расположение. До отправки оставалось несколько часов.
Это время я потратил с пользой. Проверил шмотки, и ничего из запрещенного списка, озвученного майором у себя, не обнаружил. Оставалась только что-то решить с наличными рублями, которых у меня после получения зарплаты в финчасти накопилось приличная сумма. Тратить их в чепке нашей учебки было глупо, там кроме пряников, печенья и газировки купить было нечего, разве что ещё мально-рыльное и канцелярию там продавали. Отправлять деньги родителям, это всё равно что пожар бензином тушить. Пропьют, и спасибо не скажут. Поэтому я решил не заморачиваться, а рубли спрятать, и вести с собой.
Понимая, что наши командиры тоже не пальцем деланные, делать потайные карманы, или зашивать деньги к примеру, под погоны или подворотничок, как делали некоторые бойцы, я не стал. Спрятать их я решил в зубной пасте. Развернув жестяную закрутку на одном из тюбиков, что я брал с собой, я завернул свернутые трубочкой купюры в полиэтилен и впихнул внутрь, так, чтобы вокруг закладки осталось место. Важно было, чтобы вокруг купюр оставался слой пасты — это создавало иллюзию мягкости при нажатии. Затем я тюбик аккуратно свернул обратно. Получилось вполне прилично, и при первом взгляде, да и при нажатии тюбик выглядел как с фабрики. Часть мелких купюр я оставил себе, чтобы не выглядеть совсем уж подозрительно. Отберут и ладно, не велика потеря.
В чепок я всё же наведался, и пряники с лимонадом «Буратино» всё же купил. Кушать хотелось зверски. Пищевой аттестат нам уже выдали на руки, и кормить в столовой больше не собирались, а полученное сухпай в дорогу, мы сожрали ещё утром.
Время до построения мы с парнями из моей роты, которые тоже были в моей команде, мы провели… в Ленинской комнате. Это место подсказал нам Лобанов, когда мы приперлись к нему с просьбой, пустить нас переконтаваться в каптерке. Туда нас понятное дело не пустили, да и не отдохнуть там было. В день отправки в полку царил «контролируемый хаос». Все куда-то бежали, что-то сдавали или получали. Суета стояла вокруг, и в каптерке тоже было постоянное движение.
— Валите в Ленинскую комнату. — Посоветовал нам новоиспеченный «замок». — Тетрадки с конспектами на стол положите, дневального цинканёте, чтобы предупредил если кто пойдет, и отдыхайте сколько влезет. Туда сегодня и не сунется никто, наверное.
Наряд по казарме был наш, из тех самых «отличников», которых всех поголовно оставили в учебке в качестве инструкторов. В этот суетный день им пришлось заступить на дежурство, так как рота в полном составе покидала учебный полк. Парни были свои, и с ними мы договорились быстро. Так мы и сидели почти в тишине и покое, делая вид, что как сознательные комсомольцы, изучаем тезисы очередного съезда партии. Вначале трое, а под вечер уже человек тридцать нас набралось. Спали, болтали, ели купленные
