Рэйсэн - история истребителя "Зеро" - Дзиро Хорикоси
Таким образом, в результате этой катастрофы технология исследования флаттера кардинально изменилась. Флот снизил максимальную скорость всех своих самолётов на основе результатов вибрационных испытаний полноразмерных машин и продувок моделей в аэродинамической трубе. Результаты испытаний также сообщили в авиационные лаборатории сухопутных войск, где новая технология внесла большой вклад в развитие авиастроения в Японии. В последующие годы на «Рэйсэнах» подобных аварий не происходило – модификации, внедрённые для предотвращения флаттера, вывели надёжность машины на новый уровень.
Открытие памятника капитану 3-го ранга Мамбе Симокава на авиабазе в Йокосуке.
Гибель капитана 3-го ранга Симокава тронула сердца людей, участвовавших в проекте. В то время Япония уже находилась накануне военного положения, и власти запретили гражданскому населению использовать такой стратегический материал как бронза, за исключением нескольких признанных скульпторов, которым они разрешили использовать её в ограниченном количестве. Из того малого объёма меди, что имелся в распоряжении, мастера изготовили бюст капитана 3-го ранга Симокава и установили его в святилище на военно-морской авиабазе в Йокосуке, посвящённом жертвам авиационных происшествий на флоте. В южной части авиабазы находился холм с крутым склоном, где росли сосны, а на самой вершине холма располагалось святилище. Всякий раз, когда я посещал Йокосуку, я думал о капитане 3-го ранга Симокава, глядя на этот холм. За тридцать лет с момента основания авиакорпуса ВМС ни один человек не удостаивался столь выдающихся почестей, как капитан 3-го ранга Симокава, и вряд ли когда-либо удостоится.
Глава 7. Без достойных соперников в небе
Есть «Рэйсэны» – можно сражаться
22 июня 1941 года Германия расторгла пакт о ненападении с Россией и объявила войну, началось вторжение в СССР. В тот день я случайно оказался дома, так как мой второй сын, которому тогда исполнился год и восемь месяцев, лихорадил. Во время визита врача я вышел купить газету, которая и сообщила об этом событии. Я испытал шок. Нацистская Германия и Россия не могли вечно ладить друг с другом, но неужели ситуация обострилась настолько, что потребовалось нападение на Россию? Поскольку газеты сообщили, что Америка и Англия сразу же выступили с заявлением в поддержку России, я подумал, что нацистская Германия наверняка пойдёт по стопам кайзеровской Германии времён Первой мировой войны. Будущее нацистской Германии выглядело мрачным, и я не мог избавиться от мысли, что для Японии союз с немцами стал рискованной авантюрой. Врач перед уходом с серьёзным видом произнёс: «Ваш сын скоро поправится, а вот симптомы Германии, похоже, очень опасны.»
В конце июля, после переговоров с временным правительством разгромленной Франции, японские военные начали оккупацию южной части Французского Индокитая. Это должно было перекрыть пути материального снабжения материкового Китая и одновременно обеспечить поставки сырья в саму Японию. В качестве ответной меры на эти действия Соединённые Штаты разорвали экономические связи с Японией, Англия и Нидерланды последовали их примеру. Япония, которая зависела от импорта сырья, такого как нефть и бокситы из этих трёх стран, оказалась в тисках удушения.
Нефть имела решающее значение для авиационной промышленности, так как служила сырьём для производства топлива, а бокситы требовались для выплавки алюминиевого сплава, из которого заводы изготавливали планеры самолётов. Ситуация сложилась так, что руководство армии и флота теперь серьёзно рассматривало возможность войны против Соединённых Штатов, Великобритании и Нидерландов. Незадолго до этого тон газетных статей начал отражать нашу неприязнь к этим странам, а также к Китаю. Широкая общественность занимала воинственную позицию по отношению к действиям других государств, и я считал это опасной тенденцией.
В этих критических условиях я напряжённо работал как физически, так и умственно. Часто я чувствовал себя полностью истощённым, и перегрузка последнего года начинала сказываться на здоровье. В этот период я участвовал в завершении исследования катастрофы капитана 3-го ранга Симокава, а также вносил изменения в различные детали для устранения проблем с «Рэйсэном», которые возникали одна за другой. Мы также только что начали проектные работы по «прототипу 14», и в конце концов, в сентябре, моё здоровье ухудшилось настолько, что врач порекомендовал мне взять отпуск.
Перегрузка подкосила не меня одного. Мой главный помощник, Сонэ, также получил предписание взять месячный отпуск. Я отложил свой отдых до тех пор, пока мы не завершили эскизный проект «Прототипа 14» – будущего «Райдэна». Я закончил конструкторские чертежи узлов, и когда мы дошли до этапа, на котором оставалось выполнить только рабочие чертежи для производства, я решил поручить эту задачу кому-то другому. Если бы я продолжал работать и мне стало хуже, я бы причинил много хлопот как компании, так и ВМС. Осознав это, я решил попросить об отпуске. Господин Хаттори уладил все формальности, и Мидзиро Такахаси, который был на два года моложе меня и работал ведущим конструктором «прототипа 10» (ударного самолёта), согласился исполнять обязанности главного конструктора. Он как-раз недавно вернулся из поездки на завод компании «Хейнкель» в Германии.
Проекции «Прототипа 14» (будущего истребителя-перехватчика «Мицубиси» J2M «Райдэн»).
В первой половине сентября я завершил необходимые процедуры по передаче своих обязанностей, и когда Сонэ вернулся, руководство отпустило меня. Октябрь я провёл очень спокойно на своей родине в префектуре Гумма, где всё ещё жила моя мать. Я часто ходил на прогулки и спал по ночам как убитый. Пейзажи родных мест радовали глаз. Как-то я отправился в пеший поход от поместья Кодзу, что на границе Синсю, в Каруидзаву, и вдруг увидел, что листья высоко над землёй то тут, то там уже окрасились в багряные цвета осени. Дни шли один за другим, и мне казалось, будто моя работа в компании «Мицубиси» и напряжённая международная обстановка принадлежали какому-то другому миру.
Однако радио и газеты сообщали, что Япония медленно сползает к чрезвычайному положению. 16 октября кабинет принца Коноэ, который вёл трудные переговоры по выходу из тупика в отношениях с Соединёнными Штатами, ушёл в отставку. К власти пришла новая администрация во главе с военным министром Хидэки Тодзё. Слушая эти новости вместе со своей престарелой матерью, я сказал себе: «Похоже, нам всё-таки не избежать войны». В конце октября я вернулся в свой дом в Нагое. Хотя я всё ещё оставался
