Таривердиев - Анна Михайловна Ветлугина

не могли встречаться с домашними, женами, детьми. Из-за этого с ними происходили психологические срывы. Для того чтобы их поддержать, устраивались так называемые бесконтактные встречи. Ну, скажем, жену разведчика привозят в какую-то нейтральную страну. Разведчик приезжает туда же. И на вокзале, или в магазине, или в кафе в какой-то определенный час они видят друг друга, не общаясь, не разговаривая, чтобы не подвергнуть разведчика опасности. Эти женщины приезжали легально».

Книга Таривердиева – бесспорно, достоверный источник, но ведь известную версию с Тихоновым она не отменяет. Вячеслав Тихонов действительно дружил с Кононом Молодым и мог слышать от него подобную историю. Актриса Элеонора Шашкова, сыгравшая роль жены Штирлица, в интервью телеканалу Москва 24 от 14 сентября 2021 года тоже подробно рассказывает эту историю. По ее словам, Тихонов как-то на съемках пожаловался режиссеру, что соскучился по лирике и хочет сыграть что-то про любовь. И тут же вспомнил, как его друг, рассекреченный разведчик, рассказал ему эпизод: когда его отправляли в Испанию и он был на грани провала, командование ему устроило встречу с женой. Татьяна Михайловна отреагировала положительно: «Браво, замечательно, берем». Звучит как история из первых уст, но ведь Шашкова не могла присутствовать при разговоре, она появилась на съемочной площадке, когда роль жены уже утвердили.

Скорее всего, Тихонов действительно предложил эту сцену, а Лиознова обратилась к консультантам, чтобы проверить достоверность материала.

Столь же кропотливо и обдуманно, как и в случае с главным героем, Лиознова выбирала композитора для своего шедевра. Решение позвать на шпионский сериал именно Таривердиева с его тончайшим лиризмом, мягко говоря, неочевидно. По словам Веры Таривердиевой, «…нужно отдать должное Лиозновой потому, что это такое немного перпендикулярное решение – для картины о шпионе приглашение композитором Микаэла Таривердиева. Она (картина. – А. В., Д. М.) стала полифоническая, она стала не просто историей шпиона, она стала историей человека, его ощущений, его эмоций и его ностальгии, и она, конечно, потрясающе преображает киноматериал».

«Я понимаю, почему Таривердиев не сразу согласился писать музыку, – говорила сама Лиознова. – Он не мог себе представить, как ему, с его лирическим дарованием, найти место в этом остросюжетном фильме. Но я не случайно обратилась именно к Таривердиеву. Я хорошо знала его музыку, любила ее, она привлекала меня своей удивительной проникновенностью, щемящей нежностью. Мне были знакомы взгляды Таривердиева на роль музыки в кино, ведь я была слушательницей его лекций, когда он преподавал во ВГИКе, а я там училась. И мне нужен был именно такой композитор, который не шел вслед за материалом, а силой своей индивидуальности, своего мироощущения привнес бы в картину то, чего ни я, ни оператор, ни актеры не смогли бы выразить».

Итак, бывшая студентка пригласила в проект своего преподавателя. Сразу представляется трогательная история, наполненная глубоким уважением и даже пиететом. На деле же всё оказалось совершенно по-другому, начать с того, что студентка была старше своего профессора на 11 лет. Да, собственно говоря, он никогда не являлся ее мастером, она лишь слушала его лекции. Работа шла очень непросто. О резком характере композитора уже говорилось. Лиознова в этом качестве даже превосходила Таривердиева. Режиссер обязан быть авторитарным, а в ее случае это подкреплялось еще и тем, что, будучи женщиной, она выбрала для себя мужскую профессию. Это сейчас женщин-режиссеров много, в СССР же их можно было пересчитать на пальцах одной руки.

Жизненный путь Татьяны Михайловны легким не назовешь. В 1941-м ее отец, инженер-экономист, ушел на фронт в составе народного ополчения и сразу же пропал без вести. Возможно, именно тогда семнадцатилетняя школьница решила стать «железной леди». Она выбрала абсолютно не женскую профессию, поступив в Московский авиационный институт, но, проучившись один семестр, поняла, что совершила ошибку. Тогда Лиознова начинает готовиться на режиссерский факультет ВГИКа и успешно поступает. Ее распределяют к замечательному мастеру Сергею Герасимову, но уже совсем скоро девушка оказывается в списках на отчисление. Причина не в нерадивости студентки, не в недостатке таланта, а в отсутствии жизненного опыта, без которого невозможно стать режиссером. Здесь сразу вспоминается Михаил Калик, которого, наоборот, обвинили в чрезмерном количестве этого самого опыта…

В тот момент Татьяне было всего девятнадцать. Большинство девушек ее возраста в подобной ситуации разрыдались бы и опустили руки. Но не Лиознова. Она заставила педагогов внимательно отсмотреть ее учебные работы и уговорила дать ей шанс. В итоге ВГИК она окончила с отличием. Правда, путевкой в жизнь прославленный вуз для нее не стал. Хотя Татьяну и распределили на престижную Киностудию имени Горького, удержаться там она не смогла. Не сошлась характером с коллективом, и ее уволили. И тут выяснилось, что выражение «заработать на кусок хлеба» может трактоваться буквально. Лиознова осталась без средств к существованию, да еще с больной мамой на руках. Ей пришлось стать портнихой, создавая уже не фильмы, а платья. (Может, оттуда происходит телефонный звонок швейной делегации, потревожившей покой Иды Израилевны?)

Через некоторое время о Лиозновой вспомнил ее бывший педагог Сергей Герасимов, он позвал ее помощником режиссера на спектакль «Седая девушка» в Театр имени Вахтангова. А еще позднее, как раз к тридцатилетию, Татьяну Михайловну наконец-то восстановили на Киностудии Горького. Правда, уже не режиссером, а всего-навсего ассистентом по реквизиту. Она не сдавалась, используя каждый шанс на режиссерскую работу, и ей удалось прорваться, получив должность второго режиссера в фильме «Земля и люди».

Невзгоды ожесточили ее и без того жесткий характер. К моменту начала работы над «Мгновениями» прозвище «железная леди» накрепко к ней пристало, а коллеги боялись ее беспощадной принципиальности. Этой чертой характера она очень походила на Таривердиева.

Ее сотрудничество с Таривердиевым оказалось непростым уже с самого начала. Лиознова позвонила ему, красочно и вдохновенно описала будущий проект. Подчеркнула особую важность композиторского труда, ведь интонацию каждого фильма она привыкла находить именно с помощью музыки. К тому моменту Таривердиев уже имел опыт работы в фильме про разведчика, картина называлась «Судьба резидента». Однако Микаэл Леонович оценивал данный опыт как сугубо отрицательный. Положив трубку после разговора с режиссером, он сказал: мне чертовски надоели фильмы про шпионов.

Отказывать Лиозновой сразу Таривердиев не стал, пообещал почитать сценарий и подумать. Получив от Юлиана Семенова объемную папку, долго не мог уговорить себя хотя бы пролистать. Но обещания свои он всегда держал, поэтому взялся за чтение.

Таривердиев пишет: «Мне это было не очень интересно, и я, честно говоря, был в нерешительности – делать его или нет. Но когда прочел сценарий, понял, что здесь есть большие возможности для музыки. И стал искать ключ к решению. Если я не нахожу своего решения, то отказываюсь».

Каким же оказалось это решение? Оно рассказывало все о том же синем