Таривердиев - Анна Михайловна Ветлугина

Таривердиеву, но это как раз больше похоже на поведение неопытного водителя.

Когда трагедия произошла, у Таривердиева в общем-то не оставалось выбора. Он должен был спасти свою любимую – даже просто как любящий мужчина. На это накладывались воспитание Сато Григорьевны и кавказские традиции. Дело усугублялось тем, что в любом случае Микаэл тоже нес вину за случившееся: водку-то ведь выпил он, и водителя отвлекал он. К тому же именно он учил Людмилу вождению, а учитель всегда косвенно виноват в ошибках ученика.

И еще одна важная вещь: статусом и известностью Таривердиев на момент аварии существенно превосходил Максакову и мог, в отличие от нее, рассчитывать на снисхождение судей. В итоге так и случилось. Микаэл Леонович получил два года условно. Людмила в своих интервью объясняла это тем, что ему посчастливилось найти хорошего адвоката. На деле же Таривердиеву пришлось вытерпеть немало. Судебный процесс длился около двух лет, и ему пришлось провести некоторое время в СИЗО. В итоге его приговорили к двум годам тюрьмы. Закончилось дело, к счастью, амнистией, но здоровье композитора серьезно пострадало, у него периодически отнимались ноги и начались проблемы с сердцем. Этот факт часто упоминает и Максакова.

Так кто же сидел за рулем в тот трагический день?

Мы не вправе утверждать здесь никакую версию – для этого нужно было присутствовать на месте аварии, а точнее – в той машине, сбившей насмерть молодого человека. Он прожил еще три дня в реанимации и умер. Мы можем лишь описать сохранившиеся факты и сопоставить их с характером композитора, а выводы каждый читатель сделает сам…

Отношения с Максаковой, ставшие после аварии более напряженными, полностью рухнули, когда она уехала с друзьями из Москвы в день самого важного судебного заседания, решавшего судьбу композитора. Этого Таривердиев вынести не мог. Он перестал общаться со своей возлюбленной и, по-видимому, надолго разочаровался в любви как таковой.

У немецкого философа Гегеля есть изречение: «История повторяется дважды – сначала в виде трагедии, потом в виде фарса». Ее можно применить не только к истории в глобальном смысле, но и ко многим жизненным историям. В жизни Таривердиева получилось именно так. События 9 мая 1967 года ему пришлось пережить дважды – и в качестве участника, и в качестве зрителя, в прямом смысле этого слова, сидя в зале кинотеатра.

Дело в том, что история композитора, спасшего любимую женщину от тюрьмы ценой собственной свободы, была на слуху у некоторых представителей московской богемы. В какой-то момент она вдохновила сценариста Эмиля Брагинского на создание киносюжета. Брагинский постоянно работал в паре с режиссером Эльдаром Рязановым, они развивали свое собственное направление в кино. «Смешные невеселые истории» – так они называли сборник своих сценариев. Трагедия с участием Таривердиева и Максаковой подходила под этот формат идеально. Заимствование сюжета из жизни Таривердиева создатели фильма специально не афишировали, но Таривердиев оказался в курсе происходящего (а как бы он мог не оказаться – он ведь достаточно тесно общался с Эльдаром Рязановым, они к этому времени уже успели поработать вместе над «Иронией судьбы»).

Фильм называется «Вокзал для двоих». Сняли его в 1982 году, спустя пятнадцать лет после той злополучной аварии. Главный герой, Платон Рябинин, которого играет Олег Басилашвили, пианист, его жена – телеведущая. Будучи за рулем, она насмерть сбила пешехода, а Платон, чтобы защитить ее от тюрьмы, сказал, что управлял автомобилем он.

«Вокзал для двоих» имел колоссальный успех. Журнал «Советский экран» признал его лучшим фильмом года, а режиссеру дали Государственную премию СССР. Картину тепло принимали люди самых разных культурных слоев, включая преступников-рецидивистов. Заключенные начали писать Людмиле Гурченко, сыгравшей возлюбленную главного героя. «Ты перевернула нам душу», – писали ей из колоний. Одно из таких писем актриса цитировала в интервью:

«Товарищ Гурченко, сижу я в местах не очень отдаленных. Зашел я в библиотеку – там ваш портретик в красном. Я посмотрел – на шейке фуфло, а в ушках что-то такое… Поверьте, я в этом разбираюсь, за что свое и получил. Решил: выйду и первого, кого обчищу, это вас. А потом нам привезли “Вокзал” – я посмотрел два сеанса и подумал, что вы кровью зарабатываете свой хлеб. Живите спокойно. И всем своим наказал, чтобы порог вашего дома не переступали».

Фильм получился удивительно жизненным, что неудивительно, ведь он был построен на реальной истории. Имело значение и то, что Басилашвили, сыгравший роль главного героя, около месяца, пока шли съемки, прожил в настоящей колонии, среди заключенных, подвергаясь реальным нападках и психологическому давлению.

Все происходило в Икшанской воспитательной колонии для несовершеннолетних, располагалась она в селе Новое Гришино Дмитровского района Московской области.

На Таривердиева фильм произвел ужасное впечатление. Неприятные воспоминания пятнадцатилетней давности нахлынули на него с новой силой. На премьерном показе в Доме кино у него началась настоящая паника. Ему показалось, что все присутствующие обсуждают его, буквально показывают пальцем. Конечно же, он ошибался. Люди быстро забывают то, что не относится к их жизни. То ужасное мгновение, случившееся в мае 1967 года, осталось навсегда лишь с ним, Людмилой Максаковой и семьей погибшего юноши…

Но в жизни композитора случалось немало и прекрасных мгновений.

Глава девятая

«Мгновения, мгновения, мгновения…»

У каждого мгновенья свой резон,

свои колокола, своя отметина.

Мгновенья раздают – кому позор,

кому бесславье, а кому бессмертие.

Р. И. Рождественский

В копилке советского кинематографа лежит множество сокровищ. Это фильмы, на которых воспитывались дети и взрослые, фильмы, которые разошлись на цитаты, фильмы, ставшие культурным кодом для целых поколений. Среди такого великолепия трудно выделиться, создав что-то особенное, но это удалось режиссеру телевизионного сериала «Семнадцать мгновений весны» Татьяне Лиозновой по роману Юлиана Семенова, который вышел на телеэкраны 11 августа 1973 года. С первой серии в ее фильм влюбились все, даже… грабители. Криминальная статистика показывала почти полное отсутствие уличной преступности в дни премьеры саги о разведчике Исаеве. А еще во время трансляции существенно экономилась вода, ведь никому не приходило в голову променять захватывающие приключения на ванну или душ.

Люди не просто смотрели фильм, они жили в нем, в тех далеких весенних днях, переживали за героев, будто за своих родных. Телефон режиссера разрывался от звонков, трубку снимала ее мама, Ида Израилевна Лиознова. Она строго советовала всем желающим узнать, что будет дальше, запастись терпением и ждать следующей серии. Однажды позвонила швея с обувной фабрики и сказала, что у них стоит работа из-за того, что все только и думают о радистке Кэт, спасется ли она с детьми. Мама Лиозновой хотела по