Глубокий шрам - Арно Штробель
— Тогда возникает вопрос: куда подевались ваши ботинки и носки?
Вместо ответа Пассек лишь обречённо повёл плечами.
Трель мобильного Бёмера показалась Максу неестественно громкой. В продолжение короткого разговора напарник несколько раз кивнул:
— Ага… да, хорошо… ясно… да.
Повесив трубку, он обернулся к Максу:
— Коллеги прошерстили все больницы в округе. Прошлой ночью никого с серьёзной кровопотерей никуда не доставляли. И сюда тоже.
— И что теперь со мной будет? — осведомился Пассек.
Не успел Бёмер открыть рта, как вклинился Фаршайдт:
— Подозревается ли мой клиент в совершении преступления?
Бёмер помедлил — и всё же покачал головой:
— Нет. Пока нет.
— В таком случае всё зависит исключительно от врачей. Если у них не найдётся возражений, вы можете отправляться домой. Я прав, господин главный комиссар?
Макс видел, каких усилий стоило Бёмеру сдержаться, когда тот обратился к Пассеку:
— Верно. Но попрошу оставаться в нашем распоряжении.
С этими словами он молча кивнул адвокату и направился к двери. Макс двинулся следом.
— Ты знаком с этим Фаршайдтом? — спросил он, когда они бок о бок шагали по блестящему линолеуму ко выходу.
Бёмер отозвался мрачно:
— Имел удовольствие, и не раз. С виду, может, и не скажешь, но тип — редкостная сволочь. Чуть что — у прокурора на столе жалоба на нас. А если тот не реагирует сразу, идёт этажом выше.
— Да, примерно так я его себе и представил.
Выйдя из здания, Макс позвонил в управление. Трубку снял Торстен Бауэр — спокойный коллега чуть за пятьдесят, с которым Максу до сих пор почти не доводилось соприкасаться и который относился к тем немногим, с кем он ещё не перешёл на «ты».
— Бишофф, — представился он. — У меня тут номер мобильного. Нужна детализация соединений за последние дни.
Он зачитал номер Пассека с блокнота, затем повторил ещё раз.
— Есть что-нибудь от коллег, опрашивающих жильцов дома на Конкордиаштрассе и прочёсывающих окрестности?
— Нет. Ничего, что продвинуло бы нас. Но звонили из криминалистической службы. Просили передать: дверной замок цел. Дверь открывали ключом.
— Ясно, спасибо. Ах да, ещё номер, по которому можно связаться с владелицей квартиры. Дагмар Мартини. Пришлите, пожалуйста, эсэмэской.
Когда Бауэр пообещал немедленно всем заняться, Макс поблагодарил его и отключился.
— Тебе не кажется странным, что жена Пассека до сих пор не объявилась? — спросил он, убирая телефон.
— Пассек же звонил адвокату. Уж её-то он наверняка оповестил о том, что стряслось ночью.
Бёмер мрачно кивнул:
— Вот именно. Потому-то мы сейчас и нанесём ей визит.
Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»
ГЛАВА 5
— Что ты думаешь о Пассеке? — спросил Макс, когда Бёмер выехал с территории клиники на Химмельгайстер-штрассе.
— По-моему, не врёт. Ты же сам только что это сказал. Какой смысл сочинять такую нелепицу, вместо того чтобы тихо исчезнуть?
Макс задумался.
— Мне тоже так показалось. И всё-таки… не знаю. Утром, когда он пришёл в управление, он был совершенно апатичен — в его положении это естественно. А сейчас… слишком уж быстро собрался, учитывая, что ему якобы довелось пережить. От такого так скоро не оправляются.
На красный Бёмер притормозил и покосился на напарника.
— По твоему опыту? Это по какому же? Книжному? Снова в тебе говорит голая теория — её тебе в университете набили в голову так плотно, что для чутья места уже не осталось.
Макса давно раздражали эти однообразные выпады, но на сей раз смолчать он не смог.
— Ошибаешься. С чутьём у меня полный порядок, и я нередко на него полагаюсь. Хотя в тех самых книгах, которые ты так охотно цитируешь, сказано: держись фактов. — И, не устояв перед соблазном поддеть напарника, добавил: — А сейчас в ходу и методы, основанные на научных данных. Из области психологии, например.
— Избавь меня от учёной болтовни, господин старший комиссар, и лучше пошевели мозгами. Этот твой Пассек — журналист-расследователь. В своих расследованиях он наверняка не раз попадал в переделки. Такого из колеи не выбьешь.
Макс покачал головой.
— Допустим. И всё же чутьё подсказывает мне, что с ним что-то не так. Только вот что именно — пока не понимаю.
В этот миг загорелся зелёный, и Бёмер молча сосредоточился на дороге.
Немного погодя, когда они ехали по Фридрих-фон-дер-Лайен-штрассе в Моорбахе, а затем свернули на Флораштрассе, Бёмер то и дело косился на просторные палисадники. Большинство из них пряталось за высокими стенами с массивными коваными воротами, наглухо перекрывавшими въезд к элитным виллам.
— Нет, ты только глянь. Нашему брату тут и собачьей будки не потянуть.
— Вопрос ещё — захотелось бы, — отозвался Макс и с трудом оторвал взгляд от подъездной аллеи очередной виллы.
Парковый сад, розарии, колонны в греческом духе. Кто-то не поленился выложить дорожку в шахматном порядке — светло- и тёмно-серой плиткой.
Макс усмехнулся. Единственными цветными пятнами у входа в родительский дом были кучки собачьего помёта — следы боксёра их вечно пьяных соседей, чью ругань он каждый вечер слышал сквозь тонкие, как бумага, стены.
Совсем иной мир, — подумал он, — который я, к счастью, оставил позади. Его квартира была светлой и уютной, район — приличный. И всё же он сомневался, что когда-нибудь сумеет постичь жизненный уклад людей, готовых выложить несколько миллионов за дом в этих краях.
Вилла Пассеков стояла примерно посередине Флораштрассе. Стеной она не была обнесена, однако казалась ничуть не менее роскошной, чем соседние особняки.
Сквозь пяти-шестиметровый просвет в густых зарослях кустарника и деревьев к дому тянулась широкая дорожка, вымощенная природным камнем песочного оттенка. На последних двадцати метрах она переходила в круглую площадку; в центре её возвышался каменный фонтан в обрамлении кустов роз.
Четыре круглые колонны высотой в два этажа поддерживали массивный портик над входом, напомнив Максу особняки американского Юга.
Бёмер припарковал машину прямо у крыльца и, прежде чем выйти, бросил на напарника многозначительный взгляд.
— Не удивлюсь, если сейчас нам откроет горничная в белом кружевном фартуке.
Однако мгновение спустя перед ними стояла отнюдь не прислуга, а стройная, почти худощавая женщина. Её бежевый брючный костюм был скроен столь изысканно, что при всей своей простоте смотрелся безупречно элегантно. Светло-русые волосы были гладко зачёсаны назад и собраны на затылке в тугой пучок.
Возраст её
