в нём не останется места ни для кого другого.
Когда-нибудь память о ней поблёкнет — Макс это знал, пусть сейчас и не мог себе такого представить. Но даже тогда она не исчезнет совсем: что-то от неё в его сердце всё же останется.
Глубокий шрам.
КОНЕЦ КНИГИ