Темная ночь - Пейдж Шелтон
Орин надолго задумался, но в конце концов кивнул.
– Хорошо.
Пока Орин набирал номер шефа полиции, Мил украдкой подмигнула мне. Меня снова пронзило беспокойство. Может, вопросами про Витнера она только прощупывала почву. Всех ее методов мне было не постичь. Должно быть, я просто устала от эмоциональных американских горок, однако теперь я уже была не против ее вопросов.
Орин может понять, кто я такая (если еще не понял), пусть Мил и ведет себя скрытно. Но вроде бы я уже и не против.
Вроде бы. В ожидании конца разговора я глубоко вздохнула.
И вцепилась в подлокотники кресла.
Ничего не произошло.
Грил не ответил на звонок. Орин оставил краткое сообщение о том, что у него есть информация – не срочная, но потенциально полезная. Так в Бенедикте работали службы экстренной помощи. Если никто не ответил, единственный выход – оставить сообщение. Конечно, можно было позвонить и по другим номерам. На сотовый Грила, Доннера или даже на телефон Виолы в Бенедикт-Хаусе.
Орин, все еще поглощенный задачей, поискал других Дагов Витнеров, но, несмотря на то, что в Вашингтоне их не оказалось, на западе Штатов их было слишком много, и так просто найти нашего знакомого не удалось.
Как только разговор сошел на нет, и я уже была уверена, что Мил наконец спросит Орина о Тревисе Уокере, в дверь постучали.
Одному посетителю нужна была помощь с поиском книги. Орина звали рабочие обязанности, и мы условились поговорить позже. Когда мы уходили, он сказал нам, что примерно через час пойдет в бар, и спросил, не придем ли мы тоже.
– А что будет? – спросила я.
– Это для Клаудии. У нас так принято, – сказал он, никак не объяснив.
– Мы придем, – сказала я.
Я ничего не слышала об официальной встрече и не совсем поняла, что он имеет в виду, но мы с Мил такого бы не пропустили.
Когда мы вышли на улицу, я взглянула на маму. Она сунула в рот сигарету и чиркнула спичкой.
– Ты хочешь, чтобы мы поскорее с этим покончили, да?
– Как ты поняла?
– Материнское чутье. – Она затянулась и выдохнула. – Мы все сделаем. Что теперь?
– Садись в машину. Только докури сначала.
Мил снова затянулась и покачала головой.
– Что за мир. Сплошная дискриминация курильщиков. Надо устроить акцию протеста.
Тем не менее она затушила сигарету носком ботинка и подобрала окурок, а потом села в машину и послушно пристегнулась.
Глава четырнадцатая
Когда мы подъехали к домику «Петиции», солнце уже село. Из-за густых облаков казалось, что уже наступила ночь, хотя не было и пяти часов. Было по-прежнему холодно, но снег не шел.
– В этом баре ведь можно курить? – спросила Мил.
– Думаю, нет.
– Ну по сравнению с моими недавними преступлениями, это будет не таким уж серьезным.
– Но последствия могут быть намного хуже. Бенни лучше не злить.
– Поняла тебя.
Хотя около библиотеки интернет был лучше, чем в остальном городе, мой телефон звонил так редко, что я аж подпрыгнула, когда он зазвенел в кармане.
Пришлось доставать его из-под трех слоев одежды.
– Это детектив Мэйджорс, – сказала я, увидев номер.
Мил только пожала плечами и отвела взгляд. Это значило, что мне самой решать, насколько подробно рассказывать детективу о поездке матери на Аляску. С одной стороны, мне не хотелось отвечать, чтобы не пришлось врать, но с другой – и она явно перевешивала, – мне хотелось узнать, есть ли новости по поискам Уокера.
Я остановила машину, боясь потерять связь, и открыла крышку телефона.
– Здравствуйте, детектив.
– Бет, здравствуйте. Боже мой, вас так хорошо слышно.
– Тут хорошо ловит. Как вы? Как дела?
Детектив Мэйджорс вздохнула.
– Я в порядке, Бет. Простите, что мы так давно не общались. Я надеюсь, что у вас все хорошо.
– Все отлично. – Я посмотрела в лобовое стекло на холодную темноту и, кажется, заметила в лесу мерцание глаз медведя или, может быть, лося. Я сделала Мил знак посмотреть, но животное так полностью и не показалось. – У вас есть новости?
– Об Уокере новостей никаких. Мне очень жаль. У нас была зацепка, его как будто видели в Канзасе, но это ни к чему не привело. Мы найдем его. Мы его достанем. Он не может скрываться вечно.
– Надеюсь, – сказала я.
– Но у меня есть новости… о вашей матери.
– О Мил?
Мать посмотрела на меня, но ничего не сказала.
– Да, мы получили сообщение, что в Джуно видели женщину с удостоверением личности на ее имя. Описание соответствует вашей матери.
– В Джуно? Правда? Когда? – Я была не уверена, должна ли упоминать, что Грил мне об этом говорил. Я надеялась, что в своей лжи пошла по правильному пути.
– На прошлой неделе. Я сообщила вашему шефу полиции, он вам не сказал?
– Пока нет. – Надо будет рассказать Грилу, о чем я предположительно узнала и когда. Присутствие моей матери слишком сильно повлияло на мою память. – У него сейчас дел невпроворот.
– Ну, возможно, он не хотел вас волновать и еще сказал, что сейчас все равно трудно добраться в Джуно.
– Да, из-за непогоды не ходит паром. Самолеты в метель не летают.
– Но я хочу, чтобы вы были начеку, Бет. Ваша мать может быть опасна. Я понимаю, вам она вряд ли навредит, но все же… Она в розыске.
– Я знаю. Я буду осторожна, но не понимаю, как она сможет меня найти. Я не говорила ей, где я.
– Это хорошо, но она способна на многое.
– Я знаю. Я буду осторожна. Спасибо, что сообщили.
– Не за что. Еще созвонимся. Обещаю, Бет, Уокер совершит ошибку. Он слишком высокого о себе мнения.
Я надеялась, что она права.
– Я знаю. Спасибо еще раз.
Я повесила трубку.
– Похоже, все прошло хорошо, – сказала Мил.
– Насколько возможно, – сказала я. – Напомни мне сказать Грилу об этом разговоре. Вряд ли детектив Мэйджорс поняла, что я вру, но уверенной быть нельзя.
– Хорошо. – Она сделала паузу. – Слушай, дочка, прости, что ставлю тебя в такое положение.
Я улыбнулась. В «такое положение» она ставила меня почти всю жизнь.
– Мил.
– Знаю, знаю, но все равно.
– Я рада тебя видеть.
– Пока что.
– Пока что, – засмеялась я.
– Посмотрим, что ты будешь думать завтра, – сказала она.
Я не ответила, потому что Мил постоянно выдавала что-то подобное, однако в этот раз ее слова прозвучали как-то зловеще. Я не стала на этом задерживаться, но это заставило меня задуматься. Как и ее глубокий интерес к Витнеру.
Что же я упускала?
Она до сих
