Собака Вера - Евгения Николаевна Чернышова

– Я не собиралась ничего бить. А потом что-то нашло такое.

Катя подходит, поднимается на носочки и обнимает Арину.

– А я вино принесла, – говорит Катя.

– Но самое главное знаешь что? – говорит Арина. Они сидят на полу и пьют вино из бутылки, потому что ни кружек, ни бокалов в целом виде так и не нашлось. – Я все это поколотила, а потом думаю: «Катька же расстроится. Она же все это собирала». И тут мне совсем горько стало. Прости.

– Ну, ерунда какая. Это всего лишь вещи.

– Ты с ними бережно обращаешься. Любишь их, как живых.

– Тебя я люблю намного больше, чем эти дурацкие чашки.

Арина вздыхает и делает глоток:

– Мне мой проект одобрили.

– Тот, что видеоблог? «Кругосветку»?

– Ага. Выезжать уже через неделю.

– Я за тебя очень рада.

– А я сама не знаю, рада я или нет. Довольно тошненько себя чувствую.

Катя делает еще глоток и говорит:

– Возьми меня с собой?

* * *

Катя и Костя сидят на скамейке. У Кати на коленях ее записная книжка. Погода снова поменяла настроение: светит солнце и жарко в пальто. Сизые голуби уверенно ходят туда-сюда.

– Ну, может быть, все птицы и вымрут, но только не голуби, – говорит Катя.

Костя кивает.

Катя достает сигареты и щелкает зажигалкой.

– Я думал… Думал, что ты не куришь.

– А я и не курила. А потом решила, почему бы мне не начать курить. И купила сигареты. Не знаю почему. Наверное, потому, что всю жизнь себе это запрещала. Я думаю, это глупо. Никому не советую. Тебе тоже. Это вредно для здоровья. Ну, ты в курсе.

Она затягивается:

– Но мне нравится.

Голубь находит мятую бумажку от мороженого и принимается по ней топтаться, поворачиваясь вокруг себя и распушая перья.

– Я не знаю, что тебе сказать, – говорит Катя. – Ничего хорошего в том, что ты делал, нет. Неприятно, будто я была под лупой. Знаешь, такая мушка, ну или мышка, за которой наблюдают.

– Прости.

– Тем более что ты читал мою записную книжку. Впрочем, там ничего такого и не было.

– Было.

– Что?

– Я окончательно понял, какая ты… Хорошая.

Катя вздыхает:

– Смело было мне все это рассказать и книжку вернуть.

Костя молчит, потому что не знает, что сказать.

– Но ты же понимаешь, что вряд ли кто-то после такого согласился бы на какие-то отношения. Даже дружеские.

– Я ничего не прошу. Просто прости меня, и все.

– Хорошо. – Катя тушит сигарету. – Мы с Ариной приехали сюда десять лет назад. Так быстро время пролетело.

– А теперь что?

– Теперь мы уезжаем. И мне вроде и жаль прощаться с этим городом. А вроде и нет. Будто бы он весь закончился во мне.

* * *

Ваня и Марк Витальевич стоят на Резвом мосту и смотрят, как вороны катаются на льдинах.

* * *

Катя и Арина в последний раз стоят на кухне. Диско-шар размером с маленький арбуз медленно вращается на потолке перед окном. Они идут в прихожую, одеваются, берут сумки и рюкзаки, выходят, закрывают дверь квартиры. Четвертый этаж. Мелкие низкие ступеньки, тысячи раз вверх-вниз. Третий этаж, мутный свет через грязное окно. Второй этаж, цветы в коричневых и белых пластмассовых горшках, красный новогодний шарик на стебле цветка декабриста, Катя и Арина бросают ключи в почтовый ящик. Первый этаж, купидоны, коляски, велосипед. Первая дверь, легкая, серебристая, вторая, тяжелая деревянная. Они выходят на улицу. Переходят дорогу и оглядываются. Еле заметный серебряный блик светится в окне кухни. Они смотрят туда на прощание и уходят.

Глава 38

2018

Катя

date: 27/01/18

subject: без темы

Конечно, я всегда все знала.

Если ты когда-нибудь все-таки задашься вопросом – почему я знала, но ничего не говорила тебе, я легко тебе отвечу. Мне было невыносимо представить свою жизнь без тебя. Без твоего таланта, без твоих планов, без твоих достижений. Но была одна сильная побочка от всего этого, побочка посильнее твоих измен. Это постоянное представление о том, что делаю я, как о чем-то несущественном на твоем великом фоне.

Я довольствовалась ролью твоей помощницы, музы, подруги. Я даже убедила себя, что мне это нравится. От меня требовалось много жертвенности, и у меня ее было море. Главное, чтобы ты сделал все, что мог, для мира, для человечества. Помнишь, когда мы только познакомились, ты спросил: «Как думаешь, спасать человечество?» И я сказала, что стоит.

Ну и вот потом я поняла. Ты делал все, что мог, для человечества. А я – для отдельно взятых людей. Здесь нет никакого конфликта.

Не буду сильно вдаваться в подробности. Кроме некоторых.

Итак, вот мои маленькие достижения.

Я нашла хозяйку броши, которая лежала в шкатулке на чердаке. Я отдала эту брошь, положила ее в ладонь очень маленькой старушки, и она долго гладила меня по руке и благодарила.

Я нашла наследников фотоальбома. Наследники фотоальбома страшно радовались. Они как раз восстанавливали историю своей семьи.

Я нашла отца Вани. Это, правда, получилось совсем случайно. И это даже комичная ситуация, почти анекдотическая. Нелепая. Мелодраматическая. Но у двух людей теперь будет чуть больше счастья.

Что еще я могу сказать? Вещи – это просто вещи. Ты прекрасно меня знаешь, мне было интересно с ними возиться. Но у меня никогда не было страсти к коллекционированию, что-то там собирать, специально искать. Вещи сами находили меня, я была им нужна. Может быть, еще когда-нибудь пригожусь. Пока надеюсь, что несколько лет обойдусь без чердаков, старых квартир и блошиных рынков. У нас с Ариной другой план.

Кстати, я по-прежнему считаю, что человечество нужно спасать. Несмотря ни на что.

* * *

date: 27/01/18

subject: без темы

Постоянно выключают свет, а мобильная связь в последнее время нестабильная. Поэтому отправлю несколько писем.

Прежде чем напишу все остальное, расскажу все-таки про собаку. Я думаю, ты уже в курсе, что собака действительно обнаружилась. Что их даже две. И что, более того, в петербургской лаборатории содержится еще семь собак.

Тебе, думаю, рассказали не только про нашу погоню за собакой, но и про человека, который решил ее застрелить. Я знаю его и писала тебе про него. Великан Стерегущий с причудливой речью. Помню, он ко мне очень проникся, особенно после того, как убедился, что я не вижу какого-то Антошу. Однажды я включила незаметно диктофон, записала его долгий рассказ. Это он хотел застрелить собаку. У него своя история сумасшествия, грустная и с плохим финалом. Он считает, что это он виноват в исчезновении млекопитающих. И по какой-то его логике он