Нелепая история - Луис Ландеро

случилось. Буду краток и расскажу то, что знаю, воздержавшись от любого рода оценочных суждений, чтобы не вступать в бесплодные споры. И пусть каждый думает, как посчитает нужным. Первым, что я увидел, приоткрыв глаза, были партитуры, которые, слетев с пюпитров, сделали несколько кругов по гостиной и устремились в распахнутую балконную дверь и окна. За ними попытались последовать жалюзи, хлопающие в воздухе на фоне темного грозового неба. Само по себе заиграло пианино. Выдало несколько жалобных корявых аккордов и замолкло. Стоявшая на пианино фарфоровая безделушка упала на пол и разлетелась вдребезги. Я оставался в трансе, в своего рода экстатическом состоянии. Более того, мыслил не словами, но образами: «Я чувствую то же, что чувствовал бы мой отец, будь он на самом деле воздушным акробатом, в момент, когда, стоя под самым куполом, он бросается вниз». Послышались удары, крики, хлопки дверей, отчаянный вопль кота. Закачалась люстра. В какой-то момент, сфокусировав свой взгляд, я увидел, что один из столов по центру комнаты перевернут, пол залит кровью вперемешку с бутылками, стаканами, телефонами и закусками… А рядом лежат в драматично-абсурдной позе нянька и женщина по имени Вики. Пепита стоит с окровавленными руками и платьем, пытается кричать, но крик не идет у нее из горла. Ее отец раскинул руки, словно в молитве к небесам. С остальными, полагаю, происходило нечто похожее. Настоящий конец света. И только скрипач Фидель оставался на своем месте, опустив голову, погруженный в себя. Все то, о чем я говорю, заснято на мобильные телефоны: удары, крики, пианинные аккорды, разбившийся фарфор, орущий кот, хлопки дверей, порхающие в воздухе партитуры.

Но самое странное произошло потом. Внезапно я увидел, как человек, которого я до этого момента называл сорокалетним типчиком и просвещенной обезьяной и которого далее я буду именовать Хилем Лопесом Наваррете, ползет ко мне на четвереньках. На лице у него кровоточащая рана, а в руке — оружие, какой-то острый окровавленный предмет. Добравшись до трона, он схватился за мои колени и начал подниматься. Я смотрел на него непонимающим взглядом, он отвечал мне тем же. Не знаю, как так вышло, но к моменту, когда он встал на ноги, у меня в руке оказался мой игрушечный ножичек. Не помню, был ли он там все это время, или я достал его в этот самый момент, но моя рука сжимала нож, а напротив стоял человек, направлявший на меня свое окровавленное оружие. И вот тогда, в припадке храбрости и совершенно естественном порыве защитить себя, моя рука, набитая годами тренировок, именно моя рука, а не я, автоматически взлетела к его шее и очень чисто перерезала противнику яремную вену. Хиль Лопес Наваррете посмотрел на меня, как мне показалось, задумчиво и с полуулыбкой, не понимая, что только что произошло. «Я умираю?» — спросил он. А я, не знаю почему, то ли от нелюбви к банальностям, о которой уже не раз было сказано и пересказано, то ли потому, что не нашел лучшего ответа, поднес ножичек, мой крошечный ножичек, к его глазам. «Боже мой! Без резона зарезали!» — воскликнул он и рухнул мне на руки. И это были его последние слова, последний каламбур. Это то, что я видел и что сделал, коротко и объективно. Оставляю другим судить и рядить о том, что произошло, я же предпочитаю держаться в стороне.

Что же до официальной версии, и на этом я заканчиваю свою нелепую историю, то я не только не отрицаю ее, но и нахожу подтверждением своих слов, потому что такой набор случайностей мог произойти за считаные мгновения, только если к нему приложила руку судьба, использовав для исполнения весьма пошлые инструменты. Вам же сейчас будет дана еще одна возможность посмотреть, насколько глубоко в жизни представителей злосчастного рода человеческого переплетено комическое и трагическое. Началось все с того, что в гостиную вошла нянька в белом вышитом кружевном переднике (не помню, упоминал ли я раньше, что она была дамой довольно упитанной). В руках у нее красовалась огромная супница с гаспачо. В этот момент в ноги ей бросился кот, она отвлеклась на него и грохнулась на пол. В падении нянька задела столы по центру комнаты и ударила Вики. Далее последовала целая череда удивительных неблагоприятных случайностей. То ли кинувшись помочь няньке, то ли перепугавшись от неожиданности, тетка Пепиты споткнулась и ухватилась руками за пианино, сыграв пару псевдоаккордов. Затем произошло еще более странное совпадение: где-то в глубине дома брат Пепиты открыл дверь, и тут же случился порыв ветра, предвещавший бурю. Сильный сквозняк растрепал жалюзи, унес с пюпитров партитуры и разбил фарфоровую фигурку. Поднялся настоящий хаос из ударов, криков, хлопающих дверей, стонов, охов, ахов и общей неразберихи. Что же до Хиля Лопеса Наваррете, то ему в лицо вонзился осколок супницы. Он вырвал его из щеки и, полуослепленный гаспачо и кровью, не понимая, что делать, пополз на четвереньках искать укрытия. Дезориентированный и напуганный, так и не выпустив осколка из рук, он оказался напротив меня… Нянька и Вики отделались ушибами, а кот Каракуля был раздавлен насмерть, как таракан. За всем этим последовали гром, молния и проливной дождь. Вот то, что произошло, и я оставляю на ваше усмотрение решать, было ли столь чудовищное совпадение обстоятельств случайностью или результатом пробуждения живущей во мне сверхъестественной силы.

Супница с гаспачо, порыв ветра, кот, игрушечный ножичек, осколок стекла, небольшое недоразумение… Вот материал, из которого построена вся моя история. И вышла она такой потому, что такая у нас сегодня жизнь, вся сотканная из мелочей и несуразиц… Нет больше историй о великих свершениях, высоких устремлениях и чудесах. От всего блеска прошлого до нас дошли лишь жалкие обрезки, горькое послевкусие несбывшейся мечты. Остается добавить, что, когда приехали скорая и полиция, я по-прежнему сидел на своем троне в обнимку с истекшим кровью выдающимся каламбуристом и комедиантом, спокойный и невозмутимый. Таким я был во время суда, таким остаюсь все эти годы, таким работал над этим документом и таким, без дальнейшего промедления и отступлений, ставлю финальную точку.

Выходные данные

Луис Ландеро

НЕЛЕПАЯ ИСТОРИЯ

Литературно-художественное издание

Издатель Дарина Якунина

Генеральный директор Олег Филиппов

Ответственный редактор Юлия Надпорожская

Литературный редактор Евгений Трофимов

Художественный редактор Ольга Явич

Дизайнер Елена Подушка

Корректор Людмила Виноградова

Верстка Елены Падалки

Подписано в печать 03.10.2025.

Формат издания 84×108 1/32.

Печать офсетная. Тираж 2000 экз.

Заказ № 5761/25.

ООО «Поляндрия Ноу Эйдж».

197342, Санкт-Петербург, ул.