Гражданин Еда Рассказы 2020—2021 - Алексей Константинович Смирнов
Буратино пошел отлить. Стоя в кустах, он размышлял о Луне и пропитывался печалью. Он представлял, как удаляется к ней пешком. Ему было не с кем прощаться, потому что он уже давно простился со всеми, однако опыт прощания был, теперь вспоминался и переживался заново.
- Совсем никого, - произнес Буратино.
Он явственно увидел космическое небо, серую пустыню и острые скалы. Миллиарды безучастных частиц беззвучно пели, пронизывая его одинокий организм.
Буратино остался в кустах, он сел.
Мухомор, напротив, поднялся и двинулся прочь, широко расставляя ноги и выбрасывая палку вперед. Его логово находилось в паре кварталов. Он добрался до места минут через двадцать, держась кустов увесистой сирени. Входная дверь была распахнута: что-то выносили и подложили кирпич. Мухомор поднялся на первый этаж, нашарил в пиджаке ключ, отпер замок, вошел. Сбросил пиджак, отставил палку. Шагнул в ванную комнату. Его походка изменилась, сделалась пружинистой и легкой. Пустив струю воды, Мухомор смыл уличную пыль. Немного постоял, глядя в зеркало. Затем проследовал в комнату, где откатил в угол огромный лунный глобус, сдвинул шкаф и нащелкал шифр на тайной панели. Участок стены отъехал, явив Мухомору сверкающие хромом переключатели, циферблаты, счетчики, датчики. На крючке висел серебристый костюм. На полке покоился шлем - такой прозрачный и легкий, что его будто не было. Мухомор взял шприц, похожий на пистолет, и сделал себе два укола. Натянул костюм, который обтянул его, как змеиная кожа. Надел шлем. Вышел за дверь, запер ее и уже на улице выбросил ключ. Чеканя шаг, он пошел навстречу желтой луне.
Буратино подвернулся ему по пути, только очнувшийся и выползший из кустов.
- Мухомор? - пробормотал он, терзаясь сомнением. - Ты чего это?
Мухомор остановился и взял его за плечи.
- Прощай, брат, - молвил он голосом звонким. - Знай, что я звездный разведчик. Мне пора на Луну. Я находился здесь, имея поручение разобраться в ваших желаниях, устремлениях и образе жизни. Мне достался сей скромный сегмент. Теперь я все о вас знаю, и моя миссия завершена. Держитесь, мы вам поможем. Нам ясно, в каком вы нуждаетесь веществе. Мы его синтезируем, и больше вы не будете страдать.
- Когда же, когда это случится? - воскликнул Буратино.
- Запаситесь терпением. Я отправлюсь пешком. Это единственный доступный нам способ перемещения. Пятнадцать ваших лет туда, пятнадцать обратно. Будь мужественным, брат!
Мухомор обнял его, приподнял, переставил на газон и сделал первый шаг вверх. Потом второй. Он начал подниматься по невидимым ступеням, не отводя глаз от Луны, и еле видная световая дорожка протянулась к нему.
- Я тоже! Я тоже хочу! - вскричал Буратино, опомнившись, когда Мухомор уже превратился в точку.
Он принялся подпрыгивать, высоко подбрасывая колени. Он всячески имитировал грациозное восхождение Мухомора, но безуспешно. Полиция, которая проезжала мимо, заинтересовалась его телодвижениями. Буратино пылко рассказал ей о Мухоморе, и этим ухудшил свою незавидную участь.
© май 2021
Сенокос
- Че ты ебашишь, как окаянный?
Ермолай перестал, оглянулся.
- Слой давно стерся. Давай, отбей сам, а я посмотрю.
- Будешь и дальше так хуярить - станет тонко, обломится, - сказал Егор. - Дай сюда.
Он отпихнул Ермолая, поправил гайку. Ударил раз, другой.
- Вот так, с оттяжкой...
- Давай-давай, у тебя охуенно выходит.
Ермолай отошел, присел на чурбан, вытряхнул папиросу, дунул. Егор неопределенно хрюкнул и принялся отбивать косу на свой манер. Ермолай наблюдал.
- Что сидишь? Солнце уж высоко. Давай, мою наточи покамест.
Ермолай сплюнул, загасил папиросу, взял длинный брусок. Небрежными, но точными махами он начал затачивать егорову косу. В тихое утреннее благолепие вторглись короткие злые взвизги.
- Говоришь, выросло там?
Брат отвел руку, прищурился на косу. Тронул чугунным пальцем.
- Заросло будь здоров.
- А жгли?
- Само собой. Но она прет, как бешеная. Ей все нипочем. Силища в земле неимоверная.
Ермолай тоже отставил косу, оценивая лезвие. Оно чуть сверкнуло.
- Точно знаешь, что эти не приедут?
- Хер их знает. Не должны. Обычно в конце месяца. А в прошлом году я уж заскирдовал и убрал. Начал думать, что накрылось их предприятие. Пожаловали аж в сентябре.
- Им же лучше свежак?
- Хуй им лучше, у них пиздеж налажен. Ваши хипстеры хавают. Как левая пятка зачешется, так и приедут.
- А чего жгут-то?
- Монополия потому что, будто не знаешь.
- Я знаю, но ведь больше - никто. На хера жечь?
- Страхуются. Только напрасно. Вот ты теперь знаешь, - хохотнул Егор.
...Вскоре выступили. До луга было рукой подать. Зной уже растекался, и неподвижный воздух дрожал. Пели сухие и жесткие насекомые. Камни, остыть не успевшие, распирало от жара. В бледном небе висело свирепое солнце, похожее на циклопический глаз.
Братья перешли через ржавую одноколейку и углубились в джунгли, образованные крапивой, репьями и лопухами.
- Я, сука, рискую, конечно, с тобой, - нарушил молчание Егор.
- Не ссы.
- Ты в городе со своими, тебе ни хуя не будет, а я тут один.
- Купи ствол.
- Есть ствол.
- Ну и хули ты дергаешься? Думаешь, я не стремался? Мой человек здоровьем рисковал, втерся к ним. Срисовал рецепт. Его вычислили, на инвалидность перевели, я семье заношу ему на пенсию.
Егор остановился.
- Рестораторы, блядь. Как - вычислили? Ты не сказал.
- Ну и не думай. Я уже разобрался.
- Хера ты разобрался? Они, коли так, и правда заявятся! Тебя небось пасут!
- Не ссы, говорю. Сейчас накосим по-быстрому с краю, никто не дернется. Всего-то пара стожков.
Миновали рощу, полную комарья. Дальше открылся луг - не сильно просторный, упиравшийся шагов через триста в черный еловый лес.
Братья остановились. Ермолай смахнул пот. Егор уткнул косу в почву, навалился, застыл. Везде вибрировала невидимая струна. То и дело подавали голоса далекие птицы. Небо рассек реактивный след.
- Сколько их тут? - спросил Ермолай.
- Никто не считал.
- И все убитые?
- Нет, поначалу хоронили холерных. Это самый нижний слой. Хотя говорят, что есть и глубже, какие-то рыцари. Забрели, заблудились, их встретили, оглоблями расхуярили. Потом чекисты работали. Следом - немцы, всех подряд. Земля шевелилась потом.
- Ебать, - покачал головой Ермолай. - Ну, погнали?
Егор снял косу с плеча. Приставил ладонь козырьком, изучил солнце. Скинул рубаху,
