Лето Лунных лебедей. Всё лучшее на «Л» - Ида Мартин
– Вот и правильно, – я с облегчением выдохнула. – Просто иди спать. Завтра разберёмся.
– Спокойной ночи, – Лёха потёр кулаком глаз. – Что-то я и правда устал.
– Угу. Спокойной.
– Хороших снов.
– И тебе.
Пришлось выдержать его улыбающийся взгляд. Он постоял, ожидая, что я скажу что-то ещё, но потом быстро взбежал на крыльцо и уже оттуда бросил:
– Спасибо тебе, Варь.
– За что?
– За то, что помогаешь мне стать лучше.
Озарив напоследок волшебную ночь ослепительной улыбкой, он скрылся за дверью. А, как только я осталась одна, ко мне мигом вернулись самообладание и разум.
Конечно же, я ни на секунду не поверила в то, что он так легко сдался. Однако решительности во мне поубавилось. Эти стычки с Лёхой требовали немало душевных сил.
Я даже подумала оставить всё как есть, пусть проваливает к этой своей крашеной красотке. Никто уже его не исправит. Ни тётя Люба, ни тем более я. Да и мало мне в жизни своих забот, чтобы тратить время, сражаясь с ветряными мельницами!
Всё это пронеслось у меня в голове короткой вспышкой негодования, прежде чем я вспомнила про запасные ключи, оставленные тётей Любой под шатром в лейке, и вопрос тут же решился сам собой.
Глава 10
Пускай как родитель мама оставляет желать лучшего, но психолог в ней от бога. И если она вдруг сочтёт, что вопрос заслуживает её внимания, то способна по-настоящему удивлять. События следующего утра стали тому наглядным подтверждением.
К моему появлению на кухонной веранде она приготовила завтрак: свежевыжатый апельсиновый сок и тосты с творожным сыром и зеленью. Поставила на стол круглую прозрачную вазу с красивым белым букетом из несчастных заброшенных лилий и принесла из своей комнаты напольный вентилятор. Ветерок, исходящий от него, приятно обдувал, листья на лозах дикого винограда трепетали, в вазе белым золотом переливались солнечные лучи.
И всё же ошибочно было полагать, что мама начнёт издалека или поинтересуется, хочу ли я поговорить. Это, по её мнению, отнимало лишнее время и никак не способствовало конструктивному диалогу. Я ведь не была её клиентом и не оплачивала бережное сопровождение на пути собственных заблуждений.
Пока я молча ела первый тост, она сидела в кресле напротив и, закинув ногу на ногу, блаженно улыбалась, но стоило поинтересоваться, чем я заслужила столько внимания, тут же без обиняков выложила:
– Ты должна проговорить это вслух. Словами. Иначе никак. Пока носишь в себе, имеешь лишь смутное представление о том, с чем имеешь дело. Для борьбы нужна чёткая цель, а если ты не понимаешь, ради чего сражаешься, ничего не выйдет.
– Репетируешь очередное выступление? – Я была уверена, что она обращается не ко мне.
– Ты не обязана мне ничего рассказывать и объяснять. Но я хочу, чтобы ты проговорила прямо здесь и сейчас причины своего внутреннего конфликта.
– Какого ещё конфликта? Ты о чём? – Я спешно соображала, о чём идёт речь.
– Варь, пожалуйста, ты же знаешь, что со мной играть в кошки-мышки бесполезно. Просто, если ты сейчас не послушаешь меня, я уже предчувствую, что в этом году наше дачное лето закончится драматично. А я настроилась на релакс, да и статьи нужно дописать. Ты влюблена в нашего соседа, но запрещаешь себе принимать эти чувства. Это очевидно как божий день. Если бы ты увидела у меня на ладони занозу, которая нарывает и грозит вот-вот перейти в сепсис, ты бы забеспокоилась? Можешь думать обо мне что угодно. Но я не чужой человек, к тому же мастер своего дела.
Мама резко замолчала, устремив на меня прямой взгляд.
– Подумай хорошенько, прежде чем ответить.
За тридцать секунд своего озадаченного размышления я успела пережить удивление, возмущение, протест, гнев и неприятие, но потом вдруг сдалась:
– Что я должна сказать?
– Маленькая ремарка: внутренний конфликт представляет собой столкновение различных ценностей и эмоций внутри одного индивида. И почти всегда это противостояние между желанием и запретом. В твоём случае между влюблённостью и причинами, по которым ты не в состоянии её полноценно реализовать. Так вот, тебе необходимо озвучить эти причины. Достать их на свет и пристально рассмотреть. Влюблённость – состояние из категории бессознательного. Её невозможно отменить или подавить. Напротив, чем сильнее ты сопротивляешься, тем большую власть над тобой она приобретает. Но её можно уравновесить разумной, справедливой, а главное, убедительной аргументацией. Взять, к примеру, меня. Если ты думаешь, что я разлюбила твоего папу, то глубоко заблуждаешься. Лишь когда я положила на чашу весов значимость собственной жизни, смогла отыскать баланс.
– Но… – Я хотела сказать, что никакого баланса нет, однако мама предупредительно подняла руку:
– Сейчас речь не обо мне. Итак, я тебя внимательно слушаю.
Я пожала плечами, всё ещё не до конца понимая, что ей от меня нужно.
– Видишь? Что и требовалось доказать. Такими темпами недалеко и до страданий дойти. Но так и быть. Я помогу. Что тебе в нём не нравится?
На меня вдруг накатила невероятная усталость. С момента пробуждения не прошло и получаса, а я уже ощущала себя вымотанной до предела.
– Это глупый, бесполезный, дурацкий разговор! Между нами ничего нет и быть не может. Ты вообще не знаешь, что ли, что можно кого-то любить без всякой надежды на взаимность? И всё. Вот тебе и баланс.
– Ну нет, – мама отмахнулась. – Это не наш случай. Взаимность сейчас последнее, что меня интересует. Я же не его блоки и триггеры изучаю, а хочу понять твои.
– Прошу, – я вскочила. – Не нужно продолжать. Мне неприятно об этом говорить!
– Чувствуешь, как близко мы подошли к твоей слепой зоне? – Удовлетворённо кивнув, мама поднялась. – Сейчас я тебя оставлю. Но позже мы вернёмся к этому разговору, и будь готова дать более внятные ответы.
Когда на соседском участке громко размяукалась кошка, я всё же решилась освободить Лёху. Долго оттягивала этот момент, считая, что принудительное заключение послужит ему хорошим уроком, однако бедное животное не заслужило страдать от голода.
Пришлось оставить в раковине недомытую посуду и отправиться к соседям.
Кошка у них была маленькая, но очень пушистая. Серо-коричневая с белыми лапками. Муся. Ночами напролёт она гуляла и приходила домой только есть и отсыпаться. Задрав хвост, Муся топталась на крыльце перед запертой дверью и орала, требуя еду. Дно её пустой серебристой миски ослепительно блестело на солнце.
– Сейчас-сейчас. – Подбодрив её, я повернула в
