Цена Победы. Новая жизнь - Даниил Владиславович Никулин
Не жизнь, а какой-то беспредел.
«Ну ничего, аккуратист хренов, сейчас я тебе устрою…» – перевалившись через широкий центральный подлокотник, Рома всадил лезвие ножа по самую рукоятку в спинку водительского сиденья и резко дернул руку вниз.
На бежевой коже появилась первая рваная рана.
– Вот тебе, сволочь! – громко сказал Рома, всаживая нож в спинку еще раз. Потом еще и еще. Изрезав в лоскуты верхнюю часть сиденья, он с остервенением принялся кромсать нижнюю часть, и чем больше обивки он уничтожал, тем сильнее в нем закипала ненависть к отчиму. Когда на обеих частях сиденья, нижней и верхней, уже не осталось живого места, Рома выдохнул, дрожащей от прилива адреналина рукой сложил нож и убрал его в карман.
«Пора отсюда уматывать…» – подумал он и уже взялся за ручку двери, чтобы покинуть место преступления, как в поле его зрения попала красная кнопка запуска мотора.
«А что, если?..» – вдруг возникла в голове мысль. Пару секунд он набирался решимости, а потом перелез на изрезанное водительское сиденье и нажал кнопку START ENGINE.
Дизельный мотор внедорожника завелся и негромко заурчал.
«Да-да, точно… так и надо… чтобы уже наверняка…» – Рома потянул на себя рычаг селектора передач и легонько надавил педаль газа. Автомобиль мягко тронулся с места.
«Это что еще такое?» – поглощая остатки «Доширака», подумал охранник, заметив на одном из мониторов, как черный «икс-шестой» двигается в сторону выезда с парковки. Но больше он ни о чем не успел подумать, поскольку сразу после этого BMW на бешеной скорости пролетел мимо него и снес закрытый шлагбаум. А через секунду с улицы донесся глухой звук удара железа об железо.
– Что за?.. – завопил Сан Саныч и, опрокинув на брюки остатки лапши, пулей вылетел из своей будки и помчался на улицу. То, что он увидел, было ужасно: в пяти метрах от выезда с парковки, крепко приложившись бампером и решеткой радиатора к фонарному столбу, стоял щедро поливаемый дождем разбитый автомобиль.
Охраннику стало нехорошо. На ватных, плохо сгибающихся ногах он доковылял до искореженной машины и с замиранием сердца заглянул в салон, чтобы увидеть, насколько тяжело ранен водитель. Однако того в машине не оказалось, лишь на повисшей белым безжизненным мешочком подушке безопасности виднелись свежие следы крови. Несколько секунд охранник тупо глядел на изрезанное в клочья водительское сиденье; затем, заставив себя пройти еще два шага вперед, он увидел, что передняя часть машины врезалась в фонарный столб, слившись с ним в единое целое, и, пока Сан Саныч, растерянно моргая глазами, пытался сообразить, куда же мог подеваться паренек, фонарный столб, издав противный скрежещущий звук, решил уклониться от своих прямых обязанностей, погас и завалился прямо на BMW.
Сначала столб вдребезги разбил лобовое стекло и панорамную крышу автомобиля, затем скользнул влево, сорвал с петель открытую водительскую дверь и едва не зацепил охранника, который в последний момент успел отскочить в сторону. Финалом трагедии стал обрыв электропроводов, что привело к аварии на линии энергоснабжения и частично обесточило элитный жилой комплекс, расположившийся за МКАДом, в экологически чистом районе на севере Москвы.
– Алло, Петр Леонидович, это Бурмистров. У нас тут ЧП… – придя в себя после кратковременного шока и заикаясь от волнения, сообщил насквозь промокший охранник начальнику смены, хорошо понимая, что уже завтра ему придется искать себе новую работу. Фейерверки из ярко-оранжевых электрических искр издавали характерный треск, словно брошенные в костер сырые поленья, и раз в несколько секунд проявляли в черноте дождливой мартовской ночи разбитый «икс-шестой» и застывшую рядом трагическую фигуру охранника, а потоки льющейся с неба воды только усиливали драматизм случившегося.
В тот же самый момент, прячась от дождя под крышей автобусной остановки и не подозревая о катастрофических последствиях своего противоправного деяния, Рома с нетерпением ожидал прибытия маршрутного такси.
Впрочем, сейчас ему было не до размышлений о каких-либо последствиях. «Где эта чертова маршрутка?» – повторял он про себя, вытирая ладонью нос, из которого обильно текла кровь, – сработавшая от удара об столб подушка безопасности больно стукнула его по носу, почти что нокаутировала. Но, понимая, что сейчас не самое подходящее время для задержек, он схватил сумку, выбрался из разбитого автомобиля и, слегка пошатываясь, побежал прочь, мысленно благодаря занятия боксом и собственный вспыльчивый характер, из-за которых он нередко становился в школе участником разнообразных стычек и научился держать удар.
Уже через минуту он находился на приличном расстоянии от места преступления, и пока все шло по плану, вот только маршрутки словно вымерли – по мокрой, блестящей в свете фар и фонарей дороге, мимо автобусной остановки, щедро поливая грязной водой тротуар, проезжали самые разные автомобили – легковые и грузовые, какие угодно, но только не маршрутки. Попытки поймать такси успехом не увенчались – водители не останавливались или, на секунду притормозив, снова ускорялись, исчезая за поворотом.
Пробормотав вслед очередному скрывшемуся таксисту несколько недобрых слов, Рома почесал затылок и поморщился. «Ну и досталось же мне сегодня…» – с горечью подумал он, бережно ощупывая приличных размеров шишку. Затем приложил руку к носу и обрадовался, не обнаружив на пальцах свежей крови: кровотечение наконец-то прекратилось.
Шишка появилась за несколько часов до происшествия, в результате очередной ссоры с отчимом, которая впервые закончилась для Ромы подзатыльником. Семейный конфликт с применением рукоприкладства случился на кухне – в последнее время дядя Саша все чаще возмущался, что не желает видеть загаженную пасынком кухню и столовую, спотыкаться о его разбросанные по коридору ботинки и так далее по списку. Претензии отчима казались Роме просто мелочными придирками, и как он ни старался, так и не смог понять, почему каждый раз, вернувшись с работы, дядя Саша приходит в бешенство.
«Он просто до меня докапывается…» – так Рома объяснял маме природу подобных стычек после их завершения.
Чаще всего ссоры начинались за ужином, во время разглагольствований дяди Саши о том, чего не хватает современным подросткам для нормальной жизни. Игнорировать нравоучения отчима не получалось – чем больше Рома их слушал, тем сильнее начинал раздражаться, а затем наступал момент, когда он не выдерживал, вступал в перепалку и вскоре разговор переходил на повышенные тона. Финал, как правило, был одинаковым: с грохотом оттолкнув стул, Рома покидал столовую, оставив на столе тарелку с недоеденным ужином и чашку с недопитым чаем.
Однако к сегодняшней ссоре обычные инсинуации дяди Саши прямого отношения не имели: ссора была тщательно спланирована и спровоцирована самим Ромой, который решил поставить жирную точку в этих бесконечных разбирательствах. Результат превзошел его ожидания
